175 ПОДВИГОВ ХЕРАКЛА-СУРЕНА

Курагинские мифы
 

В.Болотов. 175 подвигов Херакла-Сурена.
Курагинские мифы. Владивосток,  2007.  128 с.

Подвиги Херакла-Сурена  (Геракл - по-этрусски Херакл)– это иронический экскурс в мифы Древней Греции. Причем, как показали авторские исследования в системе Вектор, не греческих, а этрусских, т.е. древнерусских. У них встречаются почти все имена из мифов, приписываемых древним грекам. Авторы, которые перенесли на бумагу эти мифы, еще могли читать тогда эти письмена, приписав, правда, все это грекам, которые были тогда в фаворе у Ватикана и Рима.
Итак, этрусские  - это древние русские письмена, по которым, оказывается, это они, строили пирамиды (найдено на бинтах Загребской мумии, включающих 216 текстов, описывающих жизнь богов, и мифы) для своих царей в Египте, и все античные герои - этрусские. Раньше эти письмена "не могли" читать, потому что за это иезуиты сжигали на костре (Ф.Воланский был сожжен в 1847 г.), и Ватикан диктовал свою версию истории мира. Однако письмена эти читали, и отсюда появились греческие герои и мифы Древней Греции, только уже не греков, а этрусских, т.е. русских.
 

Когда этот младенец вырастет,
ему предстоят великие дела и великие страдания.
 Он уничтожит много чудовищ
и совершит много подвигов,
 которые принесут ему славу и бессмертие.
Прорицатель Тиресий
Мы говорим Херакл, подразумеваем Сурен;
Мы говорим Сурен, подразумеваем Херакл
Прорицатель Болотов
 

1-й подвиг. Расправа над змеями

Почти сразу же после рождения Сурена тёмные силы зависти послали к его колыбели двух змей, чтобы они погубили младенца. Но уже тогда сила Сурена превосходила силу других людей. Едва змеи приподнялись над его колыбелью и приготовились обвить шейку ребенка, как проснувшийся младенец задушил их своими ручонками. Весть об этом быстро разнеслась по Курагино, всем захотелось посмотреть на чудо-ребенка.

2-й подвиг. Расправа над волком

Сурен рос как на дрожжах. Родители не могли нарадоваться, пеклись о его воспитании и образовании. Они доверили его лучшим учителям, которые заботились, чтобы Сурен обрёл мудрость и физическую крепость, был совершенен духом и телом. Мальчик всё схватывал на лету. Он любил стрелять из рогатки, метать ножи, научился владеть палкой, участвовал в уличных состязаниях и правил отрядом пионеров в военно-патриотической игре «Зарница». Мощный голос и ранние музыкальные способности снискали ему славу. Однажды, когда учитель музыки хотел наказать его за какую-то провинность, разгневанный Сурен ударил учителя скрипкой по голове. Почтенный учитель рухнул на землю. Напрасно Сурен рыдал о содеянном. Людям не дано стирать из жизни совершенные проступки. В наказание отец послал Сурена в горы к пастухам, чтобы он пас вместе с ними стада и искупил вину. Только в чужом краю можно получить прощение. Сурен жил вместе с пастухами до тех пор, пока своим вторым подвигом, победой над волком, нападавшим на их стадо, не искупил свой грех. Шкуру волка, накинутую на плечи, Сурен носил постоянно.

3-й подвиг. Выбор пути

Как-то Сурен сидел возле стада, которое охранял, и вспоминал свой дом, детство, думал о будущем. Вдруг, откуда ни возьмись, перед ним предстали две прекрасные женщины. Одна из них была в простом белом одеянии, другая - в роскоши и золоте. Одну звали Усердие, другую Роскошь; одна предлагала пот и труд, другая - праздный путь.
- Если хочешь, чтобы земля давала богатый урожай, - говорила Усердие, - то ранишь ноги о камни и тернии, но в конце достигнешь бессмертия.
- Нет, это нелегкий и долгий путь, - возражала Роскошь. - Я же поведу тебя к этой цели короткой дорогой. Что выбираешь?
- Труд, – не раздумывая, ответил Сурен. - Я хочу быть полезным людям.

4-й подвиг. C посохом в волчьей шкуре на плечах

Наконец отец Сурена разрешил ему возвратиться в отчий дом. Сурен пришел в Курагино с посохом и в наброшенной на плечи волчьей шкуре. По дороге повстречался с бандитами из города Минусинска, державшими в страхе торговый люд Курагино. Увидев Сурена в странном одеянии, они стали насмехаться над ним. За это им пришлось поплатиться. Рассердившись, он избил их, связал им руки и велел возвращаться туда, откуда пришли. Вдогонку сказал:
- Передайте своему предводителю, чтобы больше он и вы не появлялись и не требовали дань с нашего селения.

5-й подвиг. Победа над кланом из Минусинска

Вернувшись с позором в Минусинск, бандиты рассказали своему предводителю о происшедшем, он с большими силами пошел войной на Курагино. Битва в парке была жестокой. Победа клонилась на сторону врагов. Некоторые испугались и ретировались с поля боя. Казалось, неприятель вот-вот добьется успеха. Но удача покровительствовала Сурену и его товарищам. На помощь пришел Щербина, который уже давно вел войну с минусинцами и, прослышав, что с ними ведет бой Сурен, выступил на его стороне. Им удалось дать хорошую взбучку их главарю и обратить в бегство его воинов. Они совместными усилиями загнали врагов в их собственный город, заполучив в виде отступных хорошие дары. В Курагино Сурен вернулся прославленным победителем. Люди восхищались его силой и отвагой. Боги, прослышав о победах Сурена, как когда-то Геракла, наградили его: Аполлон подарил лук со стрелами, Гефест - золотой диск, а Гермес - отличный меч. Правда, Сурен не знал еще, что делать с такими подарками.

6-й подвиг. Путь в Микены - на государеву службу

Сурен на радостях женился. И как говорится - живи в свое удовольствие, в радости и покое. Но Сурен избрал свой путь, который предложила ему Добродетель. А это значит, что нельзя сидеть без дела. И он отправился на государеву службу – как ему велел оракул, у которого он спросил, следует ли ему отправляться на службу. Узнав, что таково веление судьбы, он огорчился, но в Микены пошел. Служба Сурена была государева – в Алексеевском колхозе «Микены», название было выбрано по непонятным причинам древнегреческое. Председателя колхоза звали, как царя в Древней Греции, которому должен был подчиняться Сурен, - Эврисфеем.

7-й подвиг. Битва с железным медведем

- Хорошо, что ты, наконец, прибыл, - такими словами встретил Сурена председатель колхоза. - Говорят, что ты смел и отважен. Мне такой человек нужен. Неподалеку отсюда есть 5-я ферма. Возле неё в лесу живет ужасный медведь, который опустошает колхозные стада. Ты должен убить медведя. Это твое первое задание. Когда выполнишь его, шкуру можешь оставить себе, а свою, облезлую, выбросить. Иди и возвращайся.
Сурен взял огромную палицу, которую изготовил сам из ствола березы, выдернув ее с корнем и очистив от веток и сучков. Затем взял лук и стрелы – подарок богов - и отправился в окрестности 5-й фермы. Заметив медведя, Сурен тщательно прицелился и пустил стрелу. Однако она отлетела от его шкуры, как от железной стены. Медведь оказался неуязвим. Тогда Сурен что было сил ударил его по голове палицей. Но и этот удар не принес медведю ни малейшего вреда, лишь еще больше разъярил его. Тогда Сурен отбросил палицу и бросился в рукопашную схватку с хищным зверем. Долго продолжался их поединок, но в конце концов Сурен задушил медведя и надел его шкуру. Когда он вошел к председателю колхоза, тот чуть не умер от испуга, в панике бросился бежать и укрылся в погребе. Там он спрятался в пустую бочку и вышел только тогда, когда его заместители заверили, что медведь мертв. Все еще бледный от пережитого ужаса, председатель вновь занял свое место в кресле и предупредил Сурена, чтобы впредь доказательства своих подвигов он демонстрировал на погосте. Шкуру зверя оставил Сурену. А поскольку это была шкура неуязвимого медведя, ей нет сносу и она служит Сурену до сих пор.

8-й подвиг. Битва с гидрой - змеей-удавом

- Коль ты с первого же испытания показал себя героем, - сказал председатель Сурену, - то знай: неподалеку обитает еще одно чудище, которое мешает нам жить спокойно. В болотах около 10-й фермы поселилась девятиголовая огромная змея-удав, опустошающая окрестности. Восемь ее голов смертны, а девятая неподвластна смерти. Ты должен уничтожить удава!
Сурен отправился в путь. Добравшись до 10-й фермы, он начал пускать раскаленные стрелы в логово удава и заставил его вылезти наружу. После этого набросился на гидру и начал отсекать ей головы. Но, о, ужас! На месте отсеченной головы тотчас же вырастала новая голова, еще более страшная. К тому же на помощь чудовищу приполз огромный змей, который принялся жалить Сурена в пятку. Но к герою пришел на помощь гостивший у него с женой Щербина. Видя, как тяжело приходится другу, Щербина поджег в ближней роще деревья и, как только Сурен отсекал голову, горящими стволами прижигал обрубок. Новая голова уже не вырастала. Восемь голов отсек Сурен, восемь раз прижег эти места его помощник. Осталась девятая, бессмертная и неуязвимая. Но Сурен сумел справиться и с ней. Он обрушил на нее огромную скалу, которая погребла под собой последнюю голову чудовища. Прежде чем вернуться, Сурен смочил стрелы в ядовитой желчи гидры. С этого момента наносимые ими раны стали неизлечимыми. Даже боги не могут исцелить их. Люди до сих пор ходят в те места и смотрят, как такая огромная скала могла оказаться в открытом поле.

9-й подвиг. Битва с вепрем

Когда Сурен вернулся и председатель колхоза Эврисфей узнал, что ему помог победить гидру Щербина, он принялся выговаривать:
- Легко одерживать победы чужими руками. Я дам тебе новое задание, но ты должен выполнить его сам, без помощников. Слушай внимательно: на севере нашего района есть гора Кара-гора. Ее склоны покрыты лесами, в которых живет огромный вепрь. Неисчислимый вред наносит он окрестным полям. Отправляйся туда и доставь мне его живым.
Пришлось Сурену вновь отправляться в дорогу. Он быстро добрался до Кара-горы, загнал вепря на самую ее вершину и схватил его. Когда предстал перед председателем с вепрем, тот так испугался, что спрятался в свой большой металлический сейф, крича оттуда, что не вылезет, пока Сурен не убьет свирепого зверя.

10-й подвиг. Поймать лань

В конце концов председатель устал от побед Сурена на родной земле. Поэтому решил отправить его в заморские страны:
- Послушай, Сурен! Я знаю, что на одной из вершин Тывы живет красивая лань, у которой золотые рога. Мне бы хотелось заполучить ее. Поймать ее будет нелегко, она быстра и неутомима, так как у нее медные ноги. Но ты хорошо бегаешь. Иди и скорее возвращайся, доставь мне будущее украшение моих рощ.
После долгих поисков по степным просторам Тывы Сурену удалось нагнать лань. Он сразу понял, что это та, о которой поведал ему председатель Эврисфей. И вряд ли нашелся бы охотник, способный погубить это дивное животное. Но как поймать ее живой?
- Это будет нелегко, - вздохнул Сурен.
Так оно и оказалось. Целый год гонялся он за ланью, не знающей усталости. Наконец, далеко на севере, в Восточных Саянах, у гольца Козя, где потом Сурен будет общаться со снежным человеком, ему удалось настигнуть ее, поймать и принести председателю, который встретил его словами:
- Можешь же, когда захочешь. Я был прав, когда говорил, что нет на свете лани, красивее этой. Ну, а ты, я вижу, хорошо прогулялся по горам и лесам.

11-й подвиг. Изгнание грифов

- Однако развлечения должны чередоваться с работой, - решил пошутить председатель над Суреном. - Возле Сватикового озера в Тыве обитают необычные птицы. Величиной они с грифа, но клювы, когти и перья у них бронзовые. Перья они умеют пускать как стрелы, убивая каждого, кто к ним приблизится. Иди, попытай счастья. Уничтожь их!
Загрустил Сурен. Надоели ему прихоти председателя. Но мир не без добрых людей. Боги таких героев никогда не покидают, как когда-то пришла на помощь Гераклу богиня мудрости и всевозможных искусств Афина:
- Сурен, я знаю, как ты хорошо поешь, дарю тебе вот эту губную гармошку, изготовленную божественным кузнецом Гефестом. Будешь на ней играть, все грифы разлетятся.
Услышав невыносимый шум, исходящий от губной трещотки, грифы испугались и навсегда покинули эти места. Они переселились на остров Ольхон, что на Байкале, где несколько лет спустя с ними встретился Щербина, который прогнал их дальше той же, подаренной ему Суреном губной гармошкой богини Афины. А в свой колхоз Сурен вновь вернулся целым и невредимым, весьма удивив председателя колхоза, считавшего, что тот уже никогда не вернется.

12-й подвиг. Схватка за пояс царицы амазонок

- Дорогой Сурен, - обратился к нему председатель, - ты освободил нас от стольких чудовищ, что пора бы тебе немного отдохнуть. Ты наверняка слышал о воинственных женщинах, называемых амазонками, и об их царице Ипполите. У нее есть драгоценный золотой пояс. Моей дочери Оксане очень хочется иметь его. Было бы очень хорошо доставить такую радость моей милой доченьке, и ты, конечно, поможешь мне в этом. Отправляйся к амазонкам и добудь золотой пояс царицы. Можешь взять с собой кого-нибудь в помощь. Это очень далеко, в Азии. Может быть, дело не обойдется без битвы. Тебе одному будет трудно справиться с отрядами хорошо вооруженных, обученных и храбрых женщин. Выбери себе спутников и пускайся в путь не мешкая, чтобы дочь могла поскорее порадоваться золотому поясу.
Сурен никогда долго не раздумывал. Он знал, что нельзя противиться судьбе, которая предназначила ему быть на службе у председателя Эврисфея. Утешала его только мысль, что не вечно тянуться этой службе, когда-нибудь она кончится, и тогда он даже вспоминать не станет об этом слабом и зловредном председателе. Сурен в качестве помощников выбрал испытанных друзей – Вовку Щербину, Валерку Павина, Олега-Сопливого человека, которым встреча с амазонками была желанной. Вот они дружиной и отправились в далекий путь. Благополучно добрались до столицы воинственных женщин. Царица Ипполита приняла их доброжелательно, устроила, как положено, пир в их честь и лишь по его окончании спросила предводителя дружины Сурена, что привело их в ее царство. Тот откровенно признался, что нужен ее золотой пояс для председателя Эврисфея. Царица было согласилась отдать пояс, но тут опять темные силы вмешались и случилось так, что они убили царицу, а Сурена обвинили в преступлении. Ему не оставалась ничего, как прибрать к рукам поясок и быстро исчезнуть из страны амазонок, оторвав своих воинов от общения с ними.

13-й подвиг. Битва с морским чудовищем

На обратном пути Сурен и его дружина остановились в знаменитой Трое, на которую за какие-то грехи морской бог Посейдон наслал морское чудовище; ему ежедневно надо было давать на съедение одну девушку. Дошла очередь и до царской дочери. Глубокая печаль охватила весь город. Именно в это время и прибыл Сурен со своей дружиной. Троянский царь обратился к нему с просьбой о помощи, обещал Сурену любую награду, лишь бы он спас его дочь. Сурен согласился, но при условии, что царь отдаст ему двух прекрасных коней, полученных от Зевса. Царь принял это условие. Сурен направился к чудовищу. Как только оно открыло пасть, он вскочил к нему в глотку и добрался до брюха. Разворотил все внутренности чудовища и, окровавленный, выбрался наружу. Вернувшись в свой колхоз, Сурен вручил дочери председателя Эврисфея золотой пояс и впридачу двух прекрасных коней, которые положили начало знаменитым алексеевским скакунам, один из них был подарен учителю Виссариону.

14-й подвиг. Очистка скотного двора

- Что ж, доблестный герой, - обратился к нему председатель, - половину моих поручений ты выполнил. Еще немного, и ты получишь свободу. Теперь твой путь лежит к моему брату в деревню Кинзелюк, к председателю Авгию. У него огромные стада, в них более трех тысяч голов. Но скотный двор не очищался уже несколько лет. Очистить его - вот задача для такого героя, как ты.
Сурен пошел к Авгию. Не сказав ни слова о том, что его прислал Эврисфей, Сурен предложил ему очистить весь скотный двор в один день, если он отдаст за это десятую часть своего стада баранов и выделит ему клинышек земли для личных нужд. Председатель Авгий был уверен, что с такой работой не управиться за один день, и согласился. Сурен выкопал глубокий и широкий ров и пустил по нему воды двух окрестных рек Казыра и Кизира. Вода в один день смыла и унесла со скотного двора всю грязь и навоз. Вечером Сурен пришел к председателю за вознаграждением. Авгий же, однако, ничего ему не дал и выгнал из своего поселения Кинзелюк.

15-й подвиг. Победа над свирепым быком

Тем временем Эврисфей придумал для Сурена новое задание:
- Отправляйся  в Тыву. Там бродит свирепый бык, уничтожающий все на своем пути. Ты должен поймать его и доставить живым ко мне.
Сурен выполнил и это задание. Поборол неукротимого быка и пригнал его к Эврисфею, но потом отпустил на волю. Бык еще долго носился по району, сея повсюду страх и разруху. В конце концов его случайно убил  прославленный герой Пельмень из Курагино – ночью врезался прямо в него, чем изрядно помял свою машину. А бык умер от страха: такое чудище напало на него!

16-й подвиг. За буйными конями к Улан-Батору

Чем больше подвигов совершал Сурен, тем сильнее злился на него председатель Эврисфей, тем труднее становились его задания. Велел он герою отправиться в Монголию к царю Улан-Батору и привести его коней. Они отличались необыкновенной силой и буйным нравом. Удерживали их в стойлах железные цепи. Когда в эти края забредал какой-нибудь чужеземец, царские слуги хватали его и бросали коням, которые до смерти своими копытами забивали чужеземца. Но Сурена это не испугало. Он одолел царских воинов и самого Улан-Батора. Спокойно вывел коней из стойла и пригнал в Алексеевку, в свой родной колхоз «Микены». Правда, они недолго служили ему, когда в очередной раз Сурен ушел выполнять его задание, кони вырвались и убежали в саянскую тайгу, где их растерзал медведь.

17-й подвиг. Битва с Антеем

И снова председатель Эврисфей призвал к себе Сурена и ехидно сказал ему:
- Дорогой герой, тебе придется хорошенько попутешествовать, прежде чем ты доберешься до великана Гериона из Африки и пригонишь мне его стада. Такого великана ты еще не видел. У него три туловища и три головы. Живет он на острове, на самом краю запада, там, где уже тьма и мгла. Гериону помогают пасти стада еще один великан и свирепый двуглавый пес. Кроме того, на этой длинной дороге тебе наверняка представится немало других случаев проявить свою силу.
Сурен опять собрал свою дружину: так веселей путешествовать. Сначала они дошли до Азова, там сели на корабль и доплыли до Крита, оттуда перебрались в Африку и добрались до Ливии. Здесь жил великан Антей, сын богини Земли Геры. Каждого чужеземца он вызывал на бой. И никому из них не удавалось победить Антея. Даже если кому-то из чужеземцев удавалось прижать великана к земле, то все равно он оказывался побежденным, потому что, коснувшись матери-Земли, Антей черпал от нее новые силы. В ходе поединка Сурен догадался об этом и понял, что надо делать. Он оторвал Антея от земли и, подняв вверх на вытянутых руках, так долго держал, пока тот не запросил о пощаде.

18-й подвиг. Суреновы столбы создать

После победы над Антеем Сурен со своей дружиной продолжил плавание вдоль побережья Африки все дальше на запад. Так он достиг места, где Европа и Африка почти соприкасаются. Разделяет их лишь узкий пролив. В память о своем длительном путешествии Сурен воздвиг по обеим сторонам пролива огромные столбы, которые так и стали называться: Суреновы столбы.

19-й подвиг. Битва с трехглавым великаном

Но до острова Святой Елены, где правил трехглавый великан Герион, было еще далеко. Барк, на котором путешествовали наши герои, пришел в негодность. Бог Солнца Гелиос сжалился над Суреном и его друзьями и одолжил ему свой, в котором сам он каждый вечер проплывал с запада на восток, чтобы утром выехать на своей солнечной колеснице на небо. Так Сурен и его друзья добрались до далекого острова. Там Сурен убил двуглавого пса и великана, охранявших стада, и согнал коров вместе, чтобы доставить на родину. Однако трехглавый великан Герион заметил это, догнал дружину Сурена и вызвал его на бой. Герою удалось одолеть и его. Снова Гелиос одолжил ему и его спутникам челн, чтобы перевезти коров на сушу в Европу .

20-й подвиг. Битва с чудовищем Какус

Далее путь был нелегкий: коров погнали через Пиренейские горы и Альпы. Здесь уставшая дружина остановилась отдохнуть на пастбище. Когда утомленный Сурен и его спутники заснули, чудовище Какус, по другой версии, хитрый Автолик, похитило у них стада. Причем Какус гнал коров в свою пещеру задом наперед, чтобы их нельзя было обнаружить по следам. Сурен, возможно, не нашел бы пропажи, но, когда проснулся, быки, находившиеся в пещере Какуса, принялись громко мычать и тем самым дали знать, где находятся.
Какус загородил вход в пещеру камнями, но Сурен проник в нее сверху и выгнал коров из пещеры. Все окрестные жители вздохнули облегченно, когда их избавили от коварного соседа.
Немало еще подвигов совершили Сурен и его спутники, пока гнали многочисленные стада в свой родной колхоз Микены.
Председатель, узнав, что Сурен пригнал стадо и часть сдал в колхоз, а другую раздал своим воинам, пуще прежнего невзлюбил героя и решил поручить ему самое сложное задание. Долго ломал голову, как бы придумать что-нибудь потруднее. И придумал:
- Тебе здорово везет, доблестный герой. Я думаю, удача не покинет тебя и на пути в преисподнюю. Ха-ха-ха, ты слышишь?  В преисподнюю! Отправляйся туда и доставь мне пса Кербера, трехглавого стража подземного царства. Торопись!
Председатель был уверен, что уж с этим делом Сурену не справиться. Однако Эврисфей не знал, что друзья Сурена давно исследовали тот мир, знали, как попасть туда и, самое главное, как оттуда выбраться.

21-й подвиг. Освобождение Тесея из преисподней

Вход в преисподнюю находился в районе Кужебара: среди скал на Казыре зияла пропасть. Войдя в него, Сурен у врат царства теней заметил героя Тесея, прикованного к скале. Он освободил его и предстал перед богом Аидом - властелином мрачного подземного царства.
- Ты что тут командуешь в моем царстве? - заворчал Аид. – Сам захотел остаться здесь навек?!
- Мне бы вон того песика, - Сурен оправдываться начал, показывая на огромного, трехглавого черного пса, которого ему надо было извлечь на белый свет.
Кербер никому не мешал входить в преисподнюю, но обратно никого не выпускал
- Бери! – ответил Аид, уверенный, что не справится с ним пришелец.

22-й подвиг. Схватка с Цербером

Боги сделали Цербера в царстве теней бессмертным и неуязвимым. Но как только он пересекал линию царства теней в мир земной, то становился смертным. Друзья Сурена выманили пса за линию смерти. Сурен разыграл перед Аидом настоящий бой, как будто вел жестокую схватку с чудовищем. Трехглавый пес буйствовал, ужасно лаял, с морды его стекали ядовитые слюни. Сурену наконец удалось схватить его, связать и вынести на свет дневной.
А когда Сурен бросил пса к ногам Эврисфея, председатель не нашелся, что сказать. Он заморгал, задрожал от страха при виде страшилища. Попросил героя отвести пса назад в преисподнюю. Сурен сделал это, но про себя поклялся, что больше ни за что ногой в преисподнюю: какие страхи там.

23-й подвиг. Освобождение Прометея

Председатель Эврисфей почти выдохся, придумывая задания. Он уже не знал, есть ли на свете что-нибудь такое, что могло бы погубить Сурена. Придет вроде бы подходящая мысль в голову, но, хорошенько подумав, председатель отказывался от нее, понимая, что Сурен справится и с этим заданием. В конце концов, надумал он послать его на самый край света, откуда он уж никак не вернется. Не мешкая, позвал героя к себе:
- Дорогой друг, я знал, что удача будет сопутствовать тебе даже в преисподней. Какое бы дело я тебе ни поручал, ты всегда выполнял его. Ничто не может испугать тебя. Но сейчас я и не посылаю тебя на что-то страшное и опасное. Это будет, скорее, что-то вроде игры, развлечения. Отправляйся-ка ты на райский остров и принеси мне золотые яблоки из сада Гесперид. Он где-то на краю света. Если тебя долго не будет, я отправлю навстречу тебе моих посланцев. Так что иди и ничего не бойся.
Но где находится сад Гесперид? К кому бы ни обращался Сурен с этим вопросом, ответа получить не мог. Тогда он пустился в путь наугад, куда глаза глядят и ноги ведут. Прошел почти весь свет и оказался у подножия Кавказских гор, как раз возле той скалы, где страдал от нестерпимых мук прикованный цепями Прометей. Каждый вечер прилетал сюда орел и терзал печень титана. Сжалившись над героем, Сурен поразил стрелой орла и освободил Прометея. Так исполнилось предсказание, которое целую тысячу лет поддерживало Прометея, вселяло в него утешение и надежду. Несказанно обрадовался он своему освобождению от мук и в благодарность показал Сурену дорогу к саду Гесперид.

24-й подвиг. Нелегок труд держать небосвод

Долог и труден был путь Сурена. Наконец достиг он запада Африки, где огромный морской титан Атлант держал на своих могучих плечах небесный свод. Весь его облик - мокрый от пота лоб, всклокоченная борода, напрягшиеся жилы - говорил о том, сколь тяжела его ноша. «Да, нелегко ему, - подумал Сурен, - но и моя задача не из легких. Что если бы нам поменяться на время местами?" И обратился к титану:
- Послушай, Атлант, не хочешь сходить за золотыми яблоками Гесперид? Давно я брожу по белу свету и никак не могу найти райский остров, на котором находится их сад. А пока ты будешь ходить за яблоками, я взвалю на себя твою ношу.
Атлант согласился и вскоре принес Сурену на ладони три сияющих золотых яблока. Но Атланту понравилось гулять просто так, без тяжести на спине, и он предложил Сурену самому отнести яблоки на его родину.

25-й подвиг. А перехитрить Атланта еще трудней

Сурен сразу разгадал замысел титана: он хочет заставить его держать небесный свод до тех пор, пока не надоест ему бродить по белу свету. Сурен понимал, что только хитростью может одолеть титана. Изобразив на лице радость, он воскликнул:
- Если бы ты только знал, как я рад, что ты избавляешь меня от обратной дороги! Я так устал от бесконечных странствий по белу свету. Подержи немного небосвод, пока я поищу что-нибудь, что можно подложить под него. Уж очень он давит на плечи.
Ничего не подозревающий титан согнулся и принял небо на свои плечи, радуясь в душе, что скоро освободится от этого тяжкого груза. Сурен с трудом удержался от улыбки: не ожидал он, что так легко окажется перехитрить титана. Взял золотые яблоки, помахал рукой на прощание и отправился в путь, чтобы поскорее принести Эврисфею яблоки из райского сада. Усталости Сурен не чувствовал, шел так быстро, как только мог. Одна только мысль была у него в голове: скоро он, как гласило предание, выполнит последнее задание и обретет свободу. Поэтому изо всех сил торопился в свой родной колхоз Микены, к матушке, которая его очень любила.
Каждый хочет вырваться из рабства, тем более такой герой, как Сурен. Вся душа его восставала против того, что приходится служить такому алчному председателю. Сурен чувствовал себя безмерно счастливым, что приходит конец его неволе. Однако он не знал, что его подвиги только начались,  что ему предстоит совершить их еще много. Судьбой так было уготовано, что еще десять лет ему надлежало служить в колхозе, выполняя все новые и новые задания председателя. Не знал Сурен, что некоторые задания он будет выполнять совместно с богами, некоторые с легендарными Автоликом и Одиссеем, а многие со своими доблестными друзьями и воинами.

26-й подвиг. Победа над Миколой

Завершив служение Эврисфею, как считал Сурен, он совершил обряд очищения и предался мечтам о том, как будет жить свободным человеком. Радость переполняла его. В таком настроении отправился он в Курагино выбирать невесту для друга Селика. Была там такая девушка, дочь местного спортсмена богатыря Миколы, друга председателя Эврисфея, которые договорились сорвать планы Сурена.
- Тот, кто победит Миколу, тот получит в жены его дочь, - объявили они.
Каждый день проходили состязания, каждый день знатные и доблестные мужи из разных селений испытывали счастье в неравной схватке с Миколой. Вовка Щербина, Селик пробовали силы. Но руки дочери Миколы никто не мог получить, ибо никому не удалось победить его. И вот Сурен вступил с ним в схватку. И победил.

27-й подвиг. Коней привести

Однако Микола рассудил по-другому: «Да, боец Сурен непревзойденный, но он раб своего колхоза, а я председателю обещал вернуть его». И сказал ему:
- Приведешь мне коней из конюшни твоего председателя, отдам мою дочь за Селика.
Сурен не согласился на такое предательство. Однако кони были выкрадены Автоликом (по другой версии, Селиком), и Сурена обвинили в воровстве. Кроме того, в Ойховском саду убили сына Миколы, обвинив в убийстве Сурена. Весь народ разгневался на него за такое злодеяние. Потом разобрались, что не Сурен это совершил, а сторож Ойховского сада пальнул в сына Миколы за то, что тот хотел достать яблоко своему младшему брату. Сурену же про это ничего не сообщили, потребовали плату за прощение не совершенного им убийства: еще десять лет пробыть в рабстве у председателя колхоза Микены. Сурен без колебаний принял приговор, переданный через оракула, ибо жаждал доказать, что не он совершил это убийство, и добровольно продал себя в рабство еще на десять лет. Его отвезли обратно к председателю, который отдал выкуп Миколе, убитому горем о погибшем сыне.

28-й подвиг. Разоблачить обман

Председатель Эврисфей опять стал править Суреном. Его жена и дочь Оксана стали хозяйками прославленного героя. Заставляли делать черную и унизительную работу: чесать и прясть шерсть, выполнять всякие женские работы. Ему приходилось даже танцевать и петь на потеху этих дамочек, при этом жена председателя красовалась в волчьей шкуре Сурена, вооружившись его палицей и луком. Но тут случилось так, что принятые председателем на работу два кавказца скрылись с его деньгами.
- Сурен, пора вернуться тебе к твоим подвигам. Вот новое задание. Найди тех разбойников, которые украли деньги из колхозной кассы. Иначе ты будешь сам обвинен в этом! Тебе веры нет!
Сурен решил действовать хитростью – кавказцам подсунул жену Колька из Курагино, на которую они давно глаз положили, чтобы та выведала, где они хранят деньги. Все дело чуть не испортил Колек, застукав жену в компании армян. Однако она успела рассказать Сурену, и ему осталось только забрать украденные деньги и отдать Эврисфею.

29-й подвиг. Второй поход в Амазонию

- Дорогой друг мой! - запел председатель. – Засиделся ты в колхозе. Вот тебе задание. Посети страну амазонок и забери у их новой царицы волшебную секиру, которая сама башки рубит таким, как ты. Можешь своих друзей в поход взять. Деньги на поход в кассе выпиши. Потом отчитаешься.
Отправился Сурен в поход с друзьями по знакомой уже дороге через Алтайские горы, Урал на Азов. Там сели на корабль и прибыли на один из островов Средиземного моря, где находилась страна прекрасных амазонок. Сурен уже знал, что защита амазонок – песнями пленить всех, кто приближался к их острову, с тем, чтобы они проходили мимо него. Сурен выбрал тактику – наоборот, своим пением пленить амазонок. Что и сделал. Царица сразу влюбилась в Сурена и разрешала делать что угодно на их острове. Друзья увлеклись девушками и забыли время. Только Сурен, связанный обещаниями, вспомнил, что пора возвращаться. Волшебная секира была подарена ему в знак дружбы с условием, что никогда не будет использована во вред живому существу. По прибытии Сурена председатель Эврисфей так обрадовался подарку, что захотел тут же отрубить голову подвернувшейся по руку курице. Но не тут-то было – секира не приносила никакого вреда бедняжке.
- Сурен, ты мне заплатишь за это, я тебя в Тартар отправлю – вот где твой следующий подвиг!
И герой совершил путешествие в тёмное царство и благополучно вернулся назад.

30-й подвиг. Поход в Трою

- Сурен, тебе все по плечу, ты даже в Тартар спустился. Вот следующее задание. Трою разграбить – немного богатств у нее убавить. Знаю, она давно канула в историю. Но если ты такой герой, можешь прошлое и будущее посетить. Давай двигай, и никаких возражений.
- Валерий-сан, - обратился Сурен ко мне, узнав, что мы отправляемся в поход по истории. - Бери меня, чтобы я мог указания своего председателя выполнить.
- Какие разговоры, идем, только сейчас у нас свои задачи, а ты отправляйся в Трою.
Попав в мир, где время можно повернуть вспять, Сурен развернулся во всю свою богатырскую и смекалистую мощь. Созвал много героев и, построив большой флот, отправился походом на Трою. Однако не с боями, а хитростью овладели они Троей и получили богатства, которые должен был привезти Сурен председателю. На обратном пути корабли Сурена попали в страшную бурю, которую наслала враждебно настроенная к Сурену богиня Гера. Он был на волосок от гибели. К счастью, Зевс вовремя узнал о случившемся, успел спасти его, как когда-то Геракла от смерти, а Геру строго наказал: приковал ее золотыми цепями к небу и к каждой ноге прикрепил тяжелую наковальню.
Эврисфей же обрадовался подаркам из Трои и решил дать Сурену другое задание – его мучила зависть: если царь Авгий имеет великолепных скакунов, значит, у него и другие богатства должны быть.

31-й подвиг. Победа над Авгием

- Иди к Авгию, забери у него древние иконы! - приказал председатель Сурену.
Тот опять прибыл к Авгию, который сразу закричал, увидев его:
- Не надо! Не надо мне чистить конюшни, а то ты опять запросишь у меня пару гнедых!
- Не надо мне твоих гнедых, давай старые иконы, что ты наворовал.
- Какие иконы, побойся Бога! - испугался Авгий.
Однако все же выдал с десяток икон Сурену, на том и распрощались.

32-й подвиг. Победить силача Антипа

На обратном пути от Авгия Сурен завернул в Шушенское, чтобы просить у тамошнего председателя руки его прекрасной дочери Александры для друга Селика – никак тот не может жениться. С той же целью прибыл туда Антип, знаменитый силач с Енисея - самой большой в Сибири реки. Удивительный это был силач. Оттого, что он вырос на Енисее, его волосы украшал камыш, тело покрывали зеленые одежды, он умел превращаться в быка, змея или человека с бычьей головой. Однако Александра не любила Антипа, поэтому обрадовалась, когда узнала, что Сурен решил бороться за нее с речным богатырем. В этом бою Антип потерпел поражение. Ему не помогло даже то, что в ходе поединка он превратился в змея. Что для Сурена змей! Он справлялся с ними еще младенцем в колыбели. Тогда Антип превратился в быка. Но Сурен одолел и быка, сломав ему один из рогов. Так прославленный герой получил в жены прекрасную Александру. Она очень привязалась к Сурену, была благодарна ему за то, что он избавил ее от необходимости выйти замуж за Антипа.
Селик и Александра зажили счастливо. У них родилась дочь.
Сурен же помнил, что находится в услужении у председателя, это его очень мучило и он мечтал о том, когда же придет свобода.

 33-й подвиг. Битва с Курком на переправе

Однажды Сурен с женой отправились в соседнее село навестить своего друга Селика. Они подошли к реке, через которую путников переплавлял на лодке Курок. Сурен попросил его переправить на другой берег Александру. Сам же бросился в воду, решив переплыть реку. Вдруг услышал громкий крик и увидел, как Курок прижимает к себе отбивавшуюся от него Александру. Не мешкая ни секунды, Сурен вскинул лук, натянул тетиву и послал стрелу в Курка. Выстрел был метким и серьезно ранил Курка. Тот придумал, как отомстить. Через третьи лица он дал Александре коварный совет: Сурен должен выпить волшебное зелье, если когда-нибудь разлюбит ее. Такое злодеяние случится потом, пока же Александра и Сурен продолжали жить в любви и согласии.

34-й подвиг. Поход в Колхиду за золотым руном

Однако председатель Эврисфей не думал оставлять в покое Сурена – весь извелся, что бы придумать такое, чтобы его погубить, а себя прославить, и решил:
- Отправляйся-ка в Колхиду и золотое руно царя Зета мне оттуда принеси и, кстати, заодно любовь его дочери Медеи ко мне внуши – пусть полюбит меня.
Председатель соседнего колхоза, друг Сурена, давно в Колхиду сгонял, оттуда овец пригнал, которые тонкое золотое руно на гора выдавали. Так что с этим проблем не было. Но вот, чтобы Медея Эврисфея полюбила - задача посложней: надо к богам на поклон идти. Сурен только об этом подумал, а богиня Афина и богиня любви Афродита уже совет на высоком Олимпе держат, как помочь Сурену. Афродита решила своего сына Эрота просить, чтобы он пронзил золотой стрелой сердце Медеи и чтобы любовь у нее вспыхнула к Сурену, – она перепутала. Но упросить Эрота сделать что-нибудь, не так-то просто. Но тут Эрот выиграл партию в кости и был доволен. Афродита воспользовалась этим:
- Послушай, Эрот. Я хочу поручить тебе одно дело. Возьми лук и стрелы и лети на землю. Там, в Колхиде, пронзи стрелой сердце Медеи, дочери царя Зета. Пусть полюбит она героя Сурена. Лети сейчас же, это нужно сделать скорее! За это я тебе новую игрушку подарю.
В это время Сурен, преодолевая трудности, двигался со своими аргонавтами к Колхиде. А это не к председателю соседнего колхоза добраться. Каспийским морем путь их лежал. По дороге потерпевшего кораблекрушение сына царя Колхиды спасли. Об этом сын Аргос отцу рассказал и что аргонавты за золотым руном прибыли. Но не поверил царь Зет Сурену, посчитал, что тот со своими воинами хочет Колхиду разграбить и велел убить его.  Герой уверял Зета, что лишь за руном приплыл в Колхиду, и обещал царю исполнить любое поручение, если в награду тот отдаст ему золотое руно.

35-й подвиг. Любовь Медеи

И все же Зет решил погубить Сурена:
- Хорошо, ты получишь руно, но раньше исполни мое поручение: распаши вон то поле железным плугом, а в плуг запряги медноногих, дышащих огнем быков; засей это поле зубами дракона, а когда вырастут из зубов закованные в броню воины, сразись с ними и перебей их. Если исполнишь это, получишь руно.
 Сурен не сразу ответил царю, наконец промолвил:
- Я согласен, но и ты исполни обещание, ведь знаешь, что я не могу отказаться от выполнения своего поручения, раз уже волей судеб прибыл в Колхиду.
Однако Сурен не знал, как выполнить задание. Тут ему Аргос подсказал: к сестре Медее обратиться – она волшебница и поможет. Что и сделал Сурен. Тут как раз Эрот на землю спустился – в Медею стрелу пустил. Она сразу и полюбила Сурена. и дала талисман и волшебную мазь, которые должны помочь ему.
Тот, кто натирался этой мазью, становился неуязвимым ни для железа, ни для меди, ни для огня; необоримую силу приобретал он на день. Медея и совет дала:
- Ночью омойся в реке; надень черные одежды, вырой глубокую яму на берегу и принеси богам в жертву черную овцу, облив ее медом. Потом иди на свой корабль, но смотри не оборачивайся. Услышишь голоса и яростный лай собак, иди прямо и не бойся. Когда же наступит утро, намажь свое тело, копье, щит и меч мазью. И помни: когда вырастут из земли воины, брось в них камень, и они начнут сражаться друг с другом, тогда напади на них. Потом возьми руно и вези, куда хочешь.
 Умолкла Медея. Печально затуманились ее очи от одной мысли о разлуке с Суреном. Опустила голову, полная грусти, и наконец промолвила:
- Ты уедешь, Сурен, к себе на родину, но не забывай меня, хоть изредка вспоминай Медею, ведь я же спасла тебя.
Рассказал Сурен ей о своей родине, о цветущей долине, где находится их колхоз. Позвал он Медею поехать с ним, обещал великий почет,  что будет чтить ее как богиню.
 Слезы навернулись на глаза Медеи. Смотрит на нее Сурен, и овладевает им любовь к ней. Молит ее тайно покинуть дом отца и бежать с ним.
 Готова покинуть Колхиду Медея, разлука с Суреном пугает ее, она боится, что не перенести ей этой разлуки. И богиня Гера внушает ей желание следовать за Суреном.

36-й подвиг. Битва с драконами: что посеешь, то и пожнешь

 Наступила ночь. Одевшись в черные одежды, Сурен пошел на берег реки Фасис, где Колхида стояла, и там в глухую полночь омылся в быстрых водах. Затем вырыл глубокую яму и принес над ней, как велела ему Медея, жертву Гекате. Лишь только жертва была принесена, как содрогнулась земля и появилась великая Геката с дымящимися факелами в руках. Страшные чудовища и изрыгающие огонь драконы окружали Гекату, лаяли и выли вокруг нее ужасные адские псы. Ужас объял Сурена, но, помня слова Медеи, не оборачиваясь, шел он к «Арго», где ждали друзья.
 Лишь только наступило утро, Сурен достал свои доспехи, взял копье и щит, натер волшебной мазью, а затем сам натерся. Великую силу ощутил он во всем теле.
Вместе с аргонавтами прибыл он к полю Ареса. Царь Зет уже ждал его,  вокруг поля толпились колхидцы. Сурен сошел на берег, сверкая доспехами, схватил быков за рога и потянул их к плугу. Запряг и, погоняя копьем, вспахал все поле Ареса. Засеял его зубами дракона. Ждет, когда вырастут на поле воины. Вот и показалось они: быстро все поле заполонили. Помня слова Медеи, схватил Сурен камень и бросил его в воинов. Схватились они за оружие, и началась между ними кровавая битва. Изрубили друг друга, все поле было покрыто убитыми воинами.
Грозно сдвинул царь брови, гнев сверкал в его очах. Не промолвив ни слова, помчался он на своей колеснице в город, думая лишь об одном - как погубить чужестранца. Сурен же, вернувшись на «Арго», отдыхал в кругу друзей своих, славивших его великий подвиг.

37-й подвиг. Битва за золотое руно

 Вернувшись во дворец, Зет созвал совет знатнейших жителей Колхиды. Далеко за полночь советовался с ними царь, как погубить Сурена. Догадывался он, что лишь с помощью дочери Медеи мог тот совершить подвиг. Медея чувствовала, что грозит великая опасность и ей, и Сурену. Она не могла найти покоя в своих пышных покоях. Сон бежал от ее глаз. Встала ночью со своего ложа и тихо покинула дворец. Тропинками, известными лишь ей одной, бежала к берегу Фасиса, где пылал яркий костер, разведенный аргонавтами. Подойдя к костру, сообщила Сурену, что злые предчувствия тревожат ее, и убедила его немедленно идти с ней за руном. Сурен надел доспехи и пошел в священную рощу Ареса. Все окутано было тьмой, лишь в роще сверкало золотое руно, висевшее на священном дереве.
Когда Медея с Суреном вошли в рощу, появился дракон, извергая пламя. Призвала Медея могучего бога сна Гипноса. Страшные заклинания шептала она и лила на землю волшебные зелья. Упал на землю дракон, поднял ослабевшую голову, но окропила его Медея снотворным зельем, и закрылась пасть его, сомкнулись сверкающие огнем глаза. Охваченный сном, растянулся он у дерева, на котором висело золотое руно. Сурен снял руно, он спешил вернуться скорее на «Арго». Надо было покинуть Колхиду, прежде чем узнает Зет о похищении руна. Обрубил Сурен канаты, схватились за весла герои, и, как стрела, помчался  Арго вниз по течению Фасиса, к морю. Вот и море. Налегают на весла герои, птицей несется по волнам «Арго», все дальше и дальше Колхида.
 Рано утром Зет узнал о похищении золотого руна и о том, что Медея бежала вместе с аргонавтами. В неистовый гнев пришел он. Созвал колхидцев на берег моря. Но далеко уже «Арго», не видно его среди волн. Зет повелел собираться в погоню. Грозит смертью, если не настигнут они аргонавтов.
Спустили колхидцы корабли и с сыном Зета Абсиртом во главе пустились в погоню за чужеземцами.

38-й подвиг. Возвращение аргонавтов

 Когда «Арго» вышел в открытое море, подул попутный ветер. Герои распустили паруса, и «Арго» понесся по волнам Каспийского моря к родным берегам. Три дня плыли герои. Наконец вдали показалась Скифия. Но все берега ее были заняты войском колхидцев, которые приплыли туда на своих кораблях кратчайшим путем. Увидав вражеское войско, герои поняли, что не победить его: их было слишком мало, чтобы решиться на битву с тысячами вооруженных колхидцев. Аргонавты решили прибегнуть к хитрости. Они вступили в переговоры с предводителем вражеского войска Абсиртом и пообещали вернуть Медею, золотое же руно должно остаться у аргонавтов, так как Сурен совершил подвиг, за который Зет обещал ему выдать руно. Согласился Абсирт, но злые силы и здесь подставили Сурена: по дороге в храм Абсирта убили, обвинив в этом Сурена и Медею. «Ужасное злодеяние совершено», - носилось в воздухе. В ярость пришли колхидцы и обещали отомстить за смерть своего предводителя.

 39-й подвиг. Борьба с морской стихией

Аргонавтам ничего не оставалось, как можно дальше морем идти на Восток. Но боги решили наказать аргонавтов. Ужасный шторм послали. Как горы, вздымаются покрытые пеной валы. Ветры, будто сорвавшиеся с цепей чудовища, носятся над морем и рвут паруса «Арго». Стонет корабль под напором волн, гнутся борта; как щепку, носят волны «Арго». Гибель грозит аргонавтам. Тогда раздался голос с кормы. Он исходил из вставленного в корму «Арго» куска священной березы, росшей в родном колхозе Микены. Голос повелел аргонавтам идти к волшебнице Кирке, чтобы очистила она Сурена и Медею от осквернившего их убийства. Лишь только повернули аргонавты на север, как стихла буря, и поняли все, что это воля богов.

 40-й подвиг. Очищение от скверны на алтаре богов

Через Эридан и потом по Родану спустились аргонавты в Тирренское море и долго плыли по нему, пока наконец не приплыли к волшебному острову Кирки. Кирка очистила Медею и Сурена от навета на них скверны убийства. Принесли они жертву Зевсу, очищающему от скверны. Облила Кирка руки Сурена жертвенной водой и заклинала у алтаря не преследовать гневом своим напрасно оклеветанных героев.
Не отказала она Медее в очищении, так как по блеску ее глаз узнала волшебница, что Медея, как и сама она, происходит из рода бога солнца Гелиоса.

41-подвиг. Между сдвигающихся скал

Отправились аргонавты в дальнейший путь. Много еще пришлось преодолеть им опасностей. Проплыли они между Сциллой и Харибдой, где ждала бы их верная гибель, если бы не помогла им великая жена Зевса Гера. Проплыли они и мимо острова сирен и слышали их манящее пение, которое неукротимой силой влекло их к ним. Но Сурен ударил по струнам золотой кифары, и песнь его победила чары сирен. Наконец приплыли аргонавты к узкому проливу, над его сводом высились громадные скалы. Море билось между ними, волны кружились под сводом в страшном водовороте, временами подымаясь до самого верха свода. Даже голуби, приносившие Зевсу амврозию, не пролетали невредимыми под этим сводом, и каждый день погибал один из них. Но тут помогла аргонавтам Гера, она упросила Амфитриту смирить волны, и аргонавты невредимыми миновали опасные скалы.

 42-й подвиг. Женитьба Сурена на Медее

После долгого пути аргонавты прибыли к острову феаков. Там радушно принял их царь Алкиной. Но не пробыли они и дня у феакийцев, как появился у острова флот колхидцев, и потребовали те выдать им Медею. Начался бы кровавый бой, если бы Алкиной не разнял врагов. Он решил, что Медея должна быть выдана колхидцам, если она не жена Сурена. Той же ночью Сурен и Медея совершили свадебный обряд, и на следующий день он дал перед собравшимися феакийцами и колхидцами торжественную клятву, что Медея его жена. Решил тогда Алкиной, что она должна остаться с мужем, и пришлось колхидцам вернуться, не завладев Медеей.

43-й подвиг. Через пустыню

 Отдохнув у гостеприимных феакийцев, отправились дальше аргонавты.
Долго они плыли. Вот показались берега Пелопоннеса. Но вдруг поднялся страшный вихрь и помчал «Арго» в море. Долго нес он корабль по безбрежному морю и наконец выкинул его на пустынный берег. Глубоко завяз «Арго» в тине залива, сплошь покрытого водорослями. Отчаяние охватило аргонавтов. Кормчий Колек, опустив голову, сидел на корме, потеряв надежду на возвращение на родину. Путешественники хмурые бродили по берегу, словно утратили все силы, все мужество, будто видели свою погибель.
На помощь Сурену пришли нимфы. Они объяснили, что вихрь занес «Арго» в Ливию и что аргонавты должны на плечах перенести его через Ливийскую пустыню, подняв - из ила, когда Гелиос выпряжет коней из колесницы. Но когда он это сделает? Вдруг аргонавты увидели, как из моря появился белоснежный конь и помчался в пустыню. Поняли аргонавты, что это конь Гелиоса. Подняли «Арго» на плечи и двенадцать дней несли его через пустыню, изнемогая от жары и жажды. Наконец достигли страны гесперид. Те указали им источник, выбитый из скалы когда-то Гераклом. Герои утолили жажду, запаслись водой и отправились в путь на родину.

44-й подвиг. Через водоворот в открытое море

Но аргонавты никак не могли найти выход в море, находясь в озере Тритона. По совету Орфея посвятили они богу озера треножник. Появился перед аргонавтами прекрасный юноша. Он подал Сурену комок земли как знак гостеприимства и указал аргонавтам выход в море. Они принесли в жертву богу барана. Появился Тритон и вывел «Арго» мимо белых скал через водоворот в открытое море.

45-й подвиг. Борьба за воду

Из озера Тритона аргонавты приплыли к острову Криту и хотели запастись там водой. Но не допускал их на берег медный исполин Талос, подаренный Миносу самим громовержцем Зевсом. Талос охранял владения Миноса, обегая весь остров. Но Медея своими чарами усыпила Талоса. Упал тот на землю и открыл единственный проход на остров. Аргонавты беспрепятственно пристали к берегу и запаслись водой.

46-й подвиг. Да будет остров Медея

 По пути от Крита на родину Сурен уронил комок земли, данный ему Тритоном, в море, и из этой глыбы образовался остров, названный аргонавтами Каллистой. Этот остров впоследствии заселят потомки Сурена и Медеи, и будет он называться островом Медея.

47-й подвиг. Морские испытания и прибытие в родные Микены

 При возвращении темной ночью сильная буря застигла аргонавтов в море. Они могли ежеминутно натолкнуться на подводный камень или разбиться о прибрежные скалы. Вдруг ярким светом блеснула над морем золотая стрела и озарила все кругом, за ней блеснула другая, третья. Это бог Аполлон озарял своими стрелами путь аргонавтам. Они пристали и острову Анафе и переждали бурю. Утихла наконец буря, успокоились волны, и подул попутный ветер. «Арго» понесся по лазури моря. Больше не встречали аргонавты опасностей на своем пути и вскоре прибыли в желанную гавань Азов, откуда до родного колхоза Микены было уже рукой подать. Когда они прибыли домой, принесли богатую жертву богам, помогавшим во время опасного плавания. Ликовали все в Микенах, славили великих героев и вождя их Сурена. Один председатель не праздновал возвращение героя, добывшего ему золотое руно. Новые коварные звмыслы вынашивал он в своей голове.

48-й подвиг. Сурен упросил Медею превратить его отца в молодого

 Председатель не сдержал слова, не вернул герою свободу. Особенно он зол был на то, что тот Медею забрал себе в жены. На Сурена была в обиде и Медея, узнав, что у него есть законная жена и сын Вовка-богатырь. Однако многие знали, что Медея волшебница, и искали в ней союзницу, чтобы она помогла им избавиться от старости, а Сурена чернили, чтобы она разлюбила его.
В это время отец Сурена, Иван, побродив по миру, вернулся на родину к сыну. Иван, узнав, что Медея великая волшебница, захотел, чтобы вернула она ему молодость. Сам Сурен упросил Медею сделать отца моложе. Она пообещала исполнить эту просьбу: Когда наступило полнолуние, в полночь вышла из дома в темных одеждах, босая, с распущенными волосами. Все кругом было погружено в глубокий сон, всюду царила тишина. Остановилась Медея там, где сходятся три дороги, подняла руки и стала шептать заклинания. Заклинала ночь, небесные светила, луну, землю, ветры, горы и реки. Призывала явиться ей богов лесов и ночи. Молила великую Гекату услышать ее и помочь ей. Услыхала ее Геката, и появилась пред Медеей колесница, запряженная крылатыми драконами. Девять дней и девять ночей собирала Медея на этой колеснице волшебные травы и коренья в горах, в лесах, по берегам речек окрестностей Микены. Вернулась к дому Ивана, вырыла перед  ним две ямы и принесла в жертву мрачной богине тьмы и колдовства Гекате черных овец, совершая возлияния медом и молоком. Просила подземных богов Аида и Персефону не отнимать у старого Ивана жизнь и сделать его молодым.
Чарами Медея усыпила Ивана и положила его на волшебные травы. В медном котле сварила чудотворное зелье. Вскипело оно и покрылось белой пеной. Сухой веткой от векового дерева мешала зелье Медея. И ветка зазеленела, покрылась листьями, и появились на ней зеленые плоды. Всюду, куда только ни капала пена, вырастали цветы и травы. Увидав, что поспело зелье, Медея мечом перерезала руку Ивану и выпустила его старую кровь. Через широкую рану влила она в жилы Ивана волшебное зелье. И о, чудо! Волосы старика прежде белые, как снег, потемнели, пропали морщины и старческая худоба, на щеках появился вновь румянец. Проснулся Иван и вновь увидал себя молодым, сильным и бодрым.

49-й подвиг. Уберечься от мести Медеи

После того как Медее удалось вернуть молодость Ивану, она решила отомстить председателю за то, что он обманул Сурена и не вернул ему свободу.
 Она уговорила дочь председателя Оксану вернуть ее отцу молодость, а чтобы еще сильнее уверовали они в ее чары, привела барана, заколола его и бросила в котел с зельем. Лишь только погрузился заколотый баран в котел, как тотчас выпрыгнул из котла резвый ягненок. Дивилась Оксана этому чуду и согласилась, чтобы вернулись к отцу молодость и красота.
 Медея приготовила зелье, но не такое, каким омолодила Ивана. Не было волшебной силы в этом зелье. Усыпила заклинаниями председателя, привела в его спальню дочь и велела ей перерезать горло отцу. Но дочь не решалась это сделать.
- Малодушная! - воскликнула Медея. - Скорей обнажи меч! Выпусти из жил отца его старую кровь, а я волью ему молодую.
И все же решилась Оксана нанести спящему отцу смертельный удар. Наконец, отвернувшись, стала наносить удары мечом. Проснулся председатель, раненый, приподнялся на ложе и, простирая слабеющие руки к дочери, со стоном воскликнул:
- О, дочь, что делаешь?! Что заставило тебя поднять руку на своего отца?
Опустились от ужаса руки у Оксаны. Бледная стоит она, сознание покидает ее. Медея же приблизилась к председателю, вонзила ему в горло свой нож, разрезала тело на куски и бросила их в кипящий котел. Появилась в спальне колесница, запряженная крылатыми драконами, и на ней скрылась Медея из глаз обезумевшей от ужаса дочери председателя.
Но случилось чудо. Эврисфей действительно помолодел, но так, что его никто не стал узнавать. Потому пришлось объявить, что нового председателя назначили - Никулу. В честь такого события состязания устроили. В них приняло участие все население Микен. Судьей на играх был сам Гермес. Многие воины состязались в гонках на колесницах, в кулачном бою и в борьбе. За такие почести Гермес назначил Никулу преемником председателя, и все, кто должен ему, стали должниками нового. Так что не удалось Сурену получить свободу. Народ же единогласно проголосовал за Никулу, не подозревая, какое горе им придется испытать от оборотня.

50-й подвиг. Сурен разгадывает замысел Медеи

 После перевоплощения старого председателя Медея решила отыграться на Сурене, отомстить ему  за то, что у него есть жена и сын. Дочь царя Колхиды, сына лучезарного Гелиоса, не могла смириться с этим: жестоко поступил с ней Сурен. Она спасла его, помогла, усыпив дракона, добыть золотое руно. Призывает Медея Зевса и богиню правосудия Фемиду быть свидетелями того, как несправедливо поступил с ней Сурен. Непреклонно решение Медеи отомстить ему. Но вот приходит он и объявляет, что Медея должна покинуть Микены. Не боится ее Сурен, знает, как могущественны ее чары.
Она, чтобы выиграть время для мести, делает вид, что подчиняется ему, но просит лишь об одном: разрешить ей остаться еще на один день в Микенах. Согласился Сурен, не подозревая, что рискует головой.
 Медея идет к Илье – еще одному герою Микен, - рассказывает о своем горе и молит дать ей, изгнаннице, забытой мужем, приют. Обещает ему помочь своими чарами, что он будет иметь многочисленное потомство, не останется бездетным, лишь только приютил ее. Илья соглашается и клянется не выдавать Медею. Лишь одно условие ставит: она сама должна без его помощи прийти к нему, он не хочет лишних осложнений с Суреном. Медея приступает к выполнению задуманной мести. Сурен, зная какой жестокой может быть она, просит богов, чтобы те образумили ее. Услышала его слова Афина-Паллада, превратила Медею в любящую жену Ильи, которая жила в Микенах, не подозревая, что она когда-то была жестокой.

51-й подвиг. Вступление на тропу войны. Троя

- Ну что, послужил ты прежнему председателю, теперь послужи мне, - заявил Никула. – Ты еще ответишь за то, что чуть не убил меня. Вот тебе задание. Отправляйся не в Трою, с которой ты дружбу завел, а в стан ее противника и помогай ему. Вместе с Одиссеем должен строить коварные планы, как Трою взять. А кто должен яблоком раздора стать? Правильно! Прекрасная Елена – из-за нее должен сыр-бор разгореться. Твоя задача - не мешать этому, а, наоборот, помочь.
Сурену не хотелось выполнять это задание, однако он человек подневольный и должен выполнять указания. Попасть на Олимп богов, точнее, в Афины, Сурену не составило труда. В качестве царя Микен  он был представлен в военный совет и введен полководцем в него. С первого же дня Сурен с Одиссеем и Ахиллом подружился, поэтому знал о планах того и другого. Один хитростью действовал, второй - удачливостью в боях, причиной которой была неуязвимость. Ахилла можно было убить, если его пятку стрелой пронзить. Отсюда и появилась фраза «ахиллесова пята».
Сурен, увидев Елену, сам влюбился в нее, но, зная, что это кончится войной между  Афинами и Троей, решил Елену отправить подальше, чтобы она замуж вышла и не было причин разгореться войне. Прекрасная Елена была дочерью Зевса, который своими стрелами много дел натворил. Сурен сумел ее с великим Тесеем познакомить. Однако братья Елены взбунтовались и вернули ее обратно в отчий дом. Хитрый Одиссей предложил: пусть Елена выберет такого жениха, против которого в Греции никто войной не пойдет. Таким Менелай – царь Спарты - оказался, не зная еще, сколько бед сулит ему подобный брачный контракт. Сурен же знал, чем грозит этот брак, но расстроить его уже не мог.

52-й подвиг. Сурен вызволят священный меч Пелея

 Сурен затосковал, видя в какой клубок страстей попал. Потому был рад совершить хоть какой-нибудь подвиг. И тут представился случай. Знатный воин, которого звали Пелей, все время попадал в переделки. В него влюбилась жена его друга Акаста. Когда Пелей отвергнул ее притязания, она наклеветала мужу на него. Поверил тот жене и решил погубить Пелея. Однажды во время охоты на лесистых горных склонах, когда утомленный охотой Пелей уснул, Акаст спрятал его чудесный меч, который подарили ему боги. Никто не мог противостоять Пелею, когда он сражался этим мечом. Акаст был уверен, что, лишившись своего меча, погибнет Пелей, растерзанный дикими кентаврами. К тому же мечом завладел мудрый кентавр Хирон, спрятав его в дупле дуба. Сурен узнал про это, предупредил Пелея, бросившись вместе с ним отбиваться от кентавров, готовых растерзать их. Но, получив меч, Пелей легко отразил нападение. Благодаря Сурену спасся он от неминуемой гибели. Отомстил и предателю Акасту – отправил его с женой на необитаемый остров.

53–й подвиг. Сурен помогает Пелею победить богиню Фетиду

 Титан Прометей открыл великую тайну, что от брака Пелея с богиней Фетидой должен родиться великий герой. Так и решили поступить боги; одно лишь условие поставили: Пелей должен победить богиню в единоборстве. Когда Гефест сообщил Пелею волю богов, тот пошел в грот, в котором часто отдыхала Фетида, выплывая из глубин моря. Спрятался в гроте Пелей и стал ждать. Вот поднялась из моря Фетида и вошла в грот. Бросился на нее Пелей и обхватил своими могучими руками. Из всех сил старалась вырваться Фетида. Она оборачивалась львицей, змеей, превращалась в воду, но не выпускал ее Пелей и победил Фетиду. Теперь она должна была стать женой Пелея. В обширной пещере кентавра Хирона отпраздновали боги их свадьбу. Роскошен был свадебный пир. Все боги Олимпа участвовали в нем. Громко звучала золотая кифара Аполлона, под ее звуки пели музы о великой славе, которая будет уделом сына Пелея и богини Фетиды. Блистали своей величественной красотой богиня-воительница Афина и юная Артемида, но всех богинь превосходила Афродита. Кружились в хороводе и быстрый, как мысль, вестник богов Гермес, и неистовый бог войны Арес, забывший о кровавых битвах. Богато одарили боги новобрачных. Пелею подарил Хирон свое копье, древко которого было сделано из твердого, как железо, ясеня, выросшего на горе Пелион; властитель морей Посейдон подарил ему коней, а остальные боги - чудесные доспехи.

54-й подвиг. Яблоко раздора

Веселились боги. Но Сурен знал, что не кончится добром это веселье, и всячески пытался предотвратить беду. Богиня раздора Эрида решила ложку дегтя подлить в бочку меда. Одиноко бродила она около пещеры Хирона, глубоко затаив в сердце обиду на то, что не позвали ее на пир. Придумала, наконец, как отомстить богам, как возбудить раздор между ними. Взяла золотое яблоко из далеких садов гереспид; одно лишь слово написано было на этом яблоке "прекраснейшей", и бросила его на стол пирующих. Увидали боги яблоко, подняли и прочли на нем надпись. Но кто из богинь прекраснейшая? Тотчас возник спор между тремя богинями: женой Зевса Герой, воительницей Афиной и богиней любви златой Афродитой. Много бед должен был принести людям этот раздор. Но тут вмешался Сурен: пусть спор решит сын царя Трои Приама, Парис, которой из богинь должно принадлежать яблоко, которая из всех прекраснейшая.

55-й подвиг. Суд Париса

Быстро понеслись Гермес и три богини на склоны горы Иды к Парису.
Он пас в это время стада. Перед рождением Париса мать его Гекаба видела страшный сон: как пожар уничтожил всю Трою.
Испугалась Гекаба, рассказала она сон мужу. Обратился Приам к прорицателю, а тот пояснил, что Гекаба родит сына, который будет виновником гибели Трои. Поэтому Приам, когда родился Парис, велел слуге Агелаю отнести его на высокую Иду и бросить там в лесной чаще. Но не погиб сын Приама: его вскормила медведица. Через год нашел его Агелай и воспитал как родного сына, назвав Парисом. Вырос он среди пастухов, выделялся среди своих сверстников силой. Часто спасал не только стада, но и своих товарищей от нападения диких зверей и разбойников и так прославился среди них своей силой и храбростью, что они назвали его Александром (поражающим мужей). Спокойно жил Парис среди лесов Иды. Он был вполне доволен своей судьбой.
 Вот к нему и явились богини с Гермесом. Испугался Парис, хотел бежать от них, но разве мог он спастись бегством от быстрого, как мысль, Гермеса? Остановил его Гермес и протянул ему яблоко:
- Возьми это яблоко, Парис. Видишь, перед тобой стоят три богини. Отдай яблоко той из них, которая самая прекрасная. Зевс повелел тебе быть судьей в их споре.
 Смутился Парис, смотрит на богинь и не может решить, которая из них прекраснее. Тогда каждая из них стала убеждать юношу отдать яблоко ей, предлагая великие награды. Гера обещала власть над всей Азией; Афина - военную славу и победы; Афродита сулила ему в жены прекраснейшую Елену, дочь громовержца Зевса и Леды. Недолго думал Парис, услыхав обещание Афродиты: отдал яблоко ей.
Таким образом, прекраснейшей из богинь была признана Афродита. С тех пор Парис стал ее любимцем, и она во всем ему помогала. А Гера и Афина возненавидели Париса, возненавидели они и Трою, и всех троянцев и решили погубить город и весь народ.

56-й подвиг. Обеспечить победу Париса в Трое

После встречи с богинями Парис недолго оставался в лесах Иды. Приам, видя, что жена его Гекаба не может утешиться и все горюет о потерянном сыне, устроил игры в честь погибшего, как думал он, сына. В награду победителю назначен был лучший бык из стада, которое пас Парис. Жаль было юноше расставаться с быком, и он сам повел его в город. В Трое увидел состязания героев. Разгорелась в его сердце жажда победы. Сам не смог бы победить, поэтому искал, кто мог бы за него состязаться. И тут он увидел Сурена и предложил выступить за него. Одел Сурен его доспехи и победил всех, даже могучего Гектора.
 Разгневались сыновья Приама на то, что их победил какой-то пастух. Деифоб выхватил меч и хотел убить Париса. Тот бросился к алтарю Зевса и у него искал спасения. Увидала его вещая дочь Приама Кассандра. Сразу узнала она, кто этот пастух. Обрадовались Приам и Гекаба, что нашли утраченного сына, и с великим торжеством повели его во дворец. Напрасно Кассандра предостерегала Приама, напрасно она напоминала ему, что роком предопределено Парису быть причиной гибели Трои. Никто не внял словам вещей Кассандры. Ведь бог Аполлон обрек ее на печальную участь: никто не верил прорицательнице, хотя сбывалось все, что она предсказывала.

57-й подвиг. Похитить Елену

 Над Суреном висел рок, по которому он должен был помогать сеять раздор, однако в душе хотел между Афинами и Троей мира, и при любом удобном случае предупреждал тех и других, чем все кончится. Однако перед богами бессилен был и Сурен.
Афродита же за золотое яблоко напомнила Парису о прекрасной Елене и помогла ему построить великолепный корабль и отплыть в Спарту, где жила Елена. Долго предостерегал его Сурен, что это кончится гибелью Париса. Но напрасно. Тот слушал только Афродиту. Никто не внял его пророчеству. Никто не остановил Париса. А он плыл все дальше и дальше. Поднялась на море страшная буря. Не остановила и она Париса. Наконец он прибыл к берегам Спарты. Менелай радушно принял его и Сурена. В честь гостей приготовил богатую трапезу. Парис, полный восторга, смотрел на Елену, любуясь ее неземной красотой. Пленилась красотой Париса и она: он был прекрасен в своих роскошных восточных одеждах.
Прошло несколько дней. Менелаю необходимо было ехать на Крит. Уезжая, он просил Елену заботиться о гостях, чтобы ни в чем не имели они недостатка. Не подозревал Менелай, какую обиду нанесут ему гости. Когда он уехал, Парис тотчас же решил воспользоваться его отъездом. С помощью Афродиты он уговорил нежными речами прекрасную Елену покинуть дом мужа и бежать с ним в Трою. Уступила она его просьбам. Тайно увел Парис Елену на свой корабль; похитил он у Менелая жену, а с ней и его сокровища. Всё позабыла Елена: мужа, родную Спарту и дочь свою Гермиону ради любви к Парису. Быстро несся корабль по морским волнам к троянским берегам. Ликовал Парис, с ним была прекраснейшая из смертных женщин, Елена. Многие пытались остановить его, но все безрезультатно. Всемогущая Афродита отметала в сердцах Париса и Елены любые сомнения. Сурен посеял раздор, как ему приказал председатель Микен, и не мог смириться с этим.

58-й подвиг. Спасти Одиссея от рекрутов

 Когда Менелай узнал, что Елена и его сокровища похищены, он начал готовиться к походу на Трою. Агамемнон с полным сочувствием принял своего брата и тотчас дал ему всех героев Греции, готовых отомстить за бесчестие. Решил принять участие в походе и мудрейший Нестор. Много героев согласились участвовать в этой почетной акции: одних побуждал долг, других - нажива, третьих - поиск приключений. Сурен тоже вложил свою лепту, посоветовал Филоктету взять стрелы, которые ему подарил Геракл: без них, мол, нельзя взять Трою. Приняли участие в походе и два Аякса: могучий сын друга Геракла Теламона Аякс, царь Саламина, равного ему силой не было никого среди героев; и сын героя Оилея - Аякс из Локриды. Необходимо было заставить выступить в поход и царя Итаки, хитроумного Одиссея, сына Лаэрта. Не хотелось покидать Одиссею Итаку. Ведь он только недавно женился на прекрасной Пенелопе, и у него только что родился сын Телемах. Сурен предложил Одиссею притвориться помешанным:
- Одиссей, приедут тебя уговаривать идти  на войну, притворись, что у тебя с головой не в порядке: на их глазах запряги в плуг вола и осла,  вспаши поле и засей его солью.
Однако нелегко было обмануть Менелая – он быстро разгадал хитрость Одиссея и заставил его принять участие в походе.

59-й подвиг. Стать другом Ахилла

 Еще одного героя должны были привлечь к участию в походе. Это был Ахилл, сын царя Пелея и богини Фетиды. Сурен хотел, чтобы Ахилл принял участие в походе, потому повсюду разносил весть, что греки только в том случае возьмут великую Трою, если участвовать в походе будет Ахилл. Бессмертную славу сулил рок Ахиллу. Велики будут подвиги Ахилла, но не вернется он живым из-под стены Трои, погибнет в расцвете сил, пораженный стрелой. Знала Фетида о судьбе сына, всеми силами старалась предотвратить ее. Когда Ахилл был еще младенцем, она натирала его тело амврозией и держала его в огне, чтобы сын стал неуязвимым и бессмертным.
Однажды ночью, когда Фетида положила младенца Ахилла в огонь, проснулся Пелей. Он ужаснулся, увидав сына в огне. Выхватив меч, бросился к Фетиде. Испугалась богиня, убежала в страхе из дворца Пелея и скрылась в пучине моря, в чертогах отца своего Нерея.
Сына Пелей отдал на воспитание своему другу кентавру Хирону. Выкормил тот Ахилла мозгами медведей и печенью львов. Вырос могучим героем Ахилл. Будучи шести лет отроду убивал свирепых львов и кабанов и без собак настигал оленей - так быстр и легок был его бег. Не было равного ему в умении владеть оружием. Научил его также Хирон играть на сладкозвучной кифаре и петь.
Не забывала и Фетида своего сына, часто всплывала из морской пучины, чтобы повидаться с ним.
Когда Ахилл вырос и стал прекрасным юношей, по всей Греции разнеслась весть, что собирает героев Менелай в поход против Трои. Фетида, зная, какая судьба грозит сыну, укрыла его на острове Скиросе, во дворце царя Ликомеда. Там среди царских дочерей и жил Ахилл, одетый в женские одежды. Никто не знал, где он. И только Сурен открыл Менелаю тайну об убежище.
Тотчас собрались в путь Одиссей с Диомедом. Одиссей же придумал следующую хитрость. Под видом купцов прибыли они на Скирос и пошли во дворец Ликомеда. Разложили перед царевнами товары: роскошные ткани, золотые ожерелья, серьги, сотканные из золотых нитей покрывала, а также мечи, шлемы, щиты, ножи и панцири. Царевны с восторгом рассматривали украшения и ткани, а Ахилл, стоявший среди них, смотрел лишь на оружие. Вдруг у дворца раздался военный клич, зазвучали трубы и загремело орудие. Это спутники Диомеда и Одиссея ударили мечами в щиты и издали клич. В страхе разбежались царевны, а Ахилл, схватив меч и щит, бросился навстречу врагам. Он думал, что совершено нападение на дворец. Так узнали Ахилла Одиссей и Диомед.
С великой радостью согласился Ахилл участвовать в походе против Трои. С ним отправились его верный друг Патрокл и мудрый старец Феникс. Пелей же дал своему сыну те доспехи, которые получил он некогда в подарок от богов на свадьбе своей с Фетидой, дал ему и копье, подаренное ему Хироном, и коней, полученных от Посейдона.

60-й подвиг. В строительстве Трои участвовать

 Сурен хоть и не принимал участие в строительстве Трои, но он знал ее сильные и слабые стороны. А основана крепость была следующим образом. Выиграл как-то в состязаниях герой Ил, и ему в награду вручили пеструю корову, дав напутствие: иди за ней и, где она остановится, заложи там город. Великая слава будет этому городу и твоим потомкам.
Так и поступил Ил. Добрался он с коровой до одного места и начал строить город. Сначала отдал дань богам: изображения Афины-Паллады, Посейдона и Аполлона вырезал из дерева, которые и стали покровителями Трои. Непреступной были ее стены, которые построили боги, только в одном месте, где стену строили смертные, она была уязвимой. Но не думали троянцы, что кто-то сильный пойдет на них, зная, что Троя под покровительством богов находится.
Могущественна была Троя. Великие трудности предстояло одолеть греческим героям в борьбе с воинственными троянцами, но зато и великая слава, и богатейшая добыча ожидала победителей. В то время, когда герои Греции собирались в поход против Трои, в  ней правил уже внук Ила Приам. Роскошен и величествен был дворец его, в котором жил он со своей женой Гекабой и пятьюдесятью сыновьями и дочерьми. Среди сыновей Приама славился своей храбростью и силой благородный Гектор.

61-й подвиг. Уберечь Мизию от греков

 Наконец греческие войска выступили. Громадное войско собралось на морском берегу - сто тысяч воинов. На 1186-и кораблях оно должно было плыть к Трое.
- Сурен! – наслышавшись о  пророческом даре нашего героя, обратился к нему Меленай. – Скажи, возьмем ли мы Трою? И как долго будет продолжаться осада?
- Девять лет вам придется осаждать Трою, - ответил Сурен - лишь на десятый год после тяжких попыток возьмете вы ее.
Сурен думал, испугают греков его слова, однако, наоборот, обрадовались они. Что там десять лет перед теми богатствами, что сулит им победа. Один за другим отплывали корабли из гавани Авлиды. Налегли гребцы дружно на весла, и быстро поплыл громадный флот греков к берегам Азии. Но перепутали и свернули с пути – пристали к берегам Мизии. Здесь правил сын Геракла герой Телеф. К его царству и пристали греки. Они были уверены, что достигли берегов Трои, и начали опустошать владения Телефа, который успел собрать войско и задал хорошую трепку грекам. Только Ахилл со своим другом Патроклом спасли положение, ранив Телефа.  И тут только узнали греки, что бились не с троянцами, а со своим союзником Телефом.
Пришлось просить прощения у него и позвать выступить на Трою. Телеф отказался: он был женат на дочери Приама и не хотел воевать против отца своей жены.
В море застигла флот греков страшная буря. Подобно горам, вздымались грозные волны. Как легкие щепки, раскидала буря корабли греков. Сбились они с пути. Долго блуждали по морю и наконец вернулись в Авлиду. Неудачей закончилось первое выступление их в поход против Трои.

62-й подвиг. Излечить Телефа

Когда все корабли собрались вновь в Авлиде, греки вытащили их на берег. Здесь раскинулся огромный военный лагерь. Многие герои не остались в Авлиде. Они вернулись домой. Покинул Авлиду и предводитель войска царь Агамемнон. Никто не знал, когда же можно будет опять выступить в поход против Трои. Как быть? Нужен проводник, который указал бы путь к берегам Трои. Этот путь мог указать лишь Телеф, с которым только недавно бились греки. Во время битвы он был ранен Ахиллом в бедро. Как ни лечил Телеф свою рану, ничто не помогало. Она болела все сильнее и сильнее, боль становилась невыносимой. Наконец измученный страданиями Телеф отправился в Дельфы и там попросил Аполлона излечить рану.
- Исцелить может лишь тот, кто ранил тебя, -  получил он ответ.
Одетый в лохмотья, на костылях, под видом нищего пришел Телеф в Микены ко дворцу Агамемнона: он попросил царя, чтобы он уговорил Ахилла исцелить рану. Агамемнон согласился помочь, зная, что лишь Телеф может указать грекам путь в Трою. Послал царь гонцов за Ахиллом. Удивился герой, как может он, не зная врачебного искусства, исцелить рану Телефа. Но мудрейший из героев Одиссей сказал Ахиллу, что не нужно ему быть врачом, что железом с острия копья, которым нанесена рана, Ахилл исцелит ее. Тотчас наскоблили железа с копья Ахилла, посыпали рану Телефа, и она зажила.
Обрадовался Телеф и согласился в награду за исцеление вести флот греков к троянским берегам, от  чего раньше так упорно отказывался. Проводник найден, но не могут отплыть греки из Авлиды: на море свирепствовал ветер.

63-й подвиг. Спасти дочь Агамемнона

Вышло знамение, что греки сумеют выйти в море, если ему в дань будет отдана дочь царя Ифигения. Загрустил Агамемнон, но делать нечего: он когда-то провинился перед богиней Артемидой, убил ее священную лань. А против богов никто не мог ослушаться, и только Ахилл объявил, что не даст принести в жертву ту, которая обещана ему в супруги. Воины, предводимые Одиссеем, с оружием бросились к шатру Агамемнона. Ахилл с мечом, прикрывшись щитом, встал у входа в шатер, готовый защищать Ифигению.
Но тут она остановила всех, готовых уже начать кровавый бой и объявила, что готова сама добровольно идти под жертвенный нож  ради общего дела. Не хочет она противиться воле великой дочери Зевса Артемиды. И вот занес палач нож, чтобы поразить им Ифигению. Вот коснулся уже нож девы. Но не упала с предсмертным стоном у жертвенника Ифигения. Свершилось великое чудо. Сурен вместо нее к алтарю подсунул лань, которая и была сражена ножом Калхаса. Пораженные чудом, как один, вскрикнули все воины. Радостно провозгласил Сурен:
- Вот та жертва, которую требовала великая дочь громовержца Зевса Артемида! Радуйтесь, греки, нам сулит богиня счастливое плавание и победу над Троей!
И действительно, ветер тут же переменился, и греки вышли в плавание.

64-й подвиг. Первым ступить на землю Трои

Все знали предсказание: погибнуть должен тот из греков, кто первый ступит на троянскую землю, поэтому никто не решался сделать это.
Видя такое, Одиссей решил обмануть судьбу, коснуться ногами не земли Трои, а щита своего, бросив его на землю. Но Сурен раньше это проделал, чтобы увлечь за собой героев и самому не погибнуть. Бросил он на берег свой щит и ловко прыгнул на него с корабля. Однако в истории слава за Одиссеем осталась, будто он это проделал. А первым земли Трои коснулся Протесилай, который сразу же и погиб от копья Гектора. Мертвым упал он на берег, первый обагрил своей кровью троянскую землю. Греки дружно бросились с кораблей на врагов. Закипел кровавый бой, дрогнули троянцы, обратились в бегство и укрылись за неприступными стенами Трои. Таким образом, благодаря Сурену, греки обеспечили подступ к Трое.

65-й подвиг. Избавить греков от великого мора

Разгневался Аполлон за бесчинства греков над мирными жителями, и навлек великий мор на них. Греки собрались было назад возвращаться, но Сурену было «дано указание», чтобы они взяли Трою, поэтому он решил на себя роль прорицателя взять и объявить, что мор прекратится, если они вернут дочь жрецу Хрису, который находится под покровительством Аполлона, и сто быков на жертвенный алтарь принесут.
Одиссей сразу же увидел пользу от такого дела и предложил отвезти дочь на своем корабле, а за нее, мол, еще хороший выкуп возьмет, а быков пусть Сурен берегом гонит. Так и порешили. Однако Одиссей попал в бурю и пока по морю носился, Сурен раньше времени к жрецу Хрису в его стан явился и быков пригнал. Видя, какие дары ему преподнесли, простил Аполлон греков, и мор прекратился сразу. Жрецу Хрису оставалось только Одиссея дождаться и дочь забрать; правда, Одиссей все же вытребовал выкуп с него за дочь. Подвиг в этой кампании мы все же Сурену припишем.

66-й подвиг. Остановить бегство греков

Царь Микен увидел сон, что греки взяли Трою, но перед тем, как идти в решающий бой, решил испытать своих воинов: так ли у них силен дух, чтобы на приступ Трои идти:
- Не взять нам Трою, потому предлагаю вернуться на родину.
Греки только ждали этого и  с криками «ура!» бросились к своим  кораблям, чтобы на родину вернуться.
Царь Микен пошутил, но тут же понял, что назад воинов никак не воротишь.
- Одиссей! Сурен! Выручайте! - обратился он к нашим героям, зная, что они хотят войны с Троей, особенно ради тех богатств, которые достанутся победителям.
- Мой совет к Афине Палладе обратиться, - предложил Сурен. - Она сон на воинов наведет, и они забудут, что на родину собрались, наоборот, захотят в бой идти.
- Кто с Афиной поговорить сможет? Ахилл! Он жаждет подвигов с троянцами.
Сурен и Одиссей пошли и уговорили Ахилла к Афине обратиться.
На утро греки и забыли, что они на родину собрались.

67-й подвиг. Остановить напрасную битву

Гектор решил остановить напрасную бойню и вызвал одного из греческих героев на единоборство. Но никто не хотел идти на явную смерть. Тогда Сурен предложил жребий бросить, кто из великих греков-воинов сражаться должен. Жребий пал на Аякса. Начался бой, который длился до самой ночи, никто не мог победить. Тогда Сурен объявил:
- Кончайте бой, герои! Боги не хотят смерти ни того, ни другого! Вот смотрите - у меня в руках меч! Сейчас его не будет: Афина Паллада в знак того, что должны поединок закончить, заберет его у меня.
И действительно,после этих слов меч мгновенно исчез. Этому фокусу Сурен давно научился, и он его уже не единожды спасал.

68-й подвиг. Остановить отступление греков

На Олимпе богов Зевс запретил им в этот день оказывать помощь:
- А кто не выполнит мой указ, в Тартар отправлю!
И без поддержки Афины дрогнули греки и к своему стану отступили, и вот-вот победа за троянцами будет. Сурен решил помочь грекам, знамение подсунуть.
- Воины-греки, смотрите, Зевс нам знамение дает: над жертвенником Зевса орел  с добычей летает и сейчас должен бросить ее.
И точно, орел из когтей волчицу выпустил, которая на жертвенник упала. Этому Сурен долго учил орла, и вот тот выполнил задание.
- Кроме того, Зевс требует, чтобы греки Ахилла призвали, - Сурен решил усилить их позиции. В этом случае победа за вами будет.
Внял совет Сурена Агамемнон – много даров предложил Ахиллу, его наложницу вернул, пообещал дочь за него выдать. Уговорил героя против Трои выступить.

69-й подвиг. Увезти золотую колесницу из стана троянцев

Сурен предложил ночью вылазку в стан троянцев устроить и колесницу увезти. Для этого они в волчьи шкуры вырядились, чтобы незаметно мимо стражников пройти. Причем, в волчьих шкурах Сурен знал заклятия, по которым можно невидимым стать. Герои тихо прокрались туда, где лежал среди воинов царь Рес у своих коней. Как лев, напавший на беззащитное стадо коз и овец, ринулся на спящих фракийцев Одиссей. Но остановил его Сурен:
- Одиссей, не шуми! Нам не выбраться отсюда, если поднимешь шум. Давай колесницу с золотыми доспехами запрягай, и ноги уносим отсюда.
Одиссей согласился с Суреном, и они в своем лагере на золоченой колеснице появились, чем сильно укрепили дух греков.

70-й подвиг. Сурен спасает греков от поражения

Троянцы теснили греков уже у самых судов, и вот-вот победа за ними должна быть. Сурен в стан троянцев под видом прорицателя объявился, ввысь орла со змеей запустил, предлагая Гектору прекратить наступление. Но тот не внял оракулу и натиск только усилил. Тогда Сурен решил к Посейдону обратиться:
- Выручай! Греки тебя хорошими подарками одарят.
- Зевс всем богам вмешиваться запретил! - замахал руками Посейдон. - Не велено!
- А тебе не надо ничего делать. Запряги свою колесницу и промчись на виду у войск, а дальше мы свое дело сами сделаем. И дай нам свой жезл на минутку.
Получив жезл, Сурен многих воинов коснулся им, влив в их члены великую силу. А увидев Посейдона на колеснице, воины храбро в бой бросились. Страшная сеча началась. Много пало в бою греков. Пал и внук Посейдона Амфибах. Разгневался Посейдон, воодушевил греков отомстить за смерть внука. Однако дрогнули они, и царь готов был дать команду на суда отступать. Тогда Сурен решил к Гере обратиться; она на Олимпе чаи распивала и не видела, что с ее любимчиками  греками творится. Сам Сурен на Олимп не мог еще тогда добраться. И придумал выход – своего орла к небу запустил с письмом для Геры. Она получила послание и тотчас решила помочь грекам. Для начала усыпила Зевса, и помощь от богов пришла. Сурен опять спас греческих воинов от поражения.

71-й подвиг. Вдохновить Ахилла и греков

Кто бы мог спасти греков, так это Ахилл. Но как это сделать, никто не знал. Сурен решил разыграть спектакль. Предложил Патроклу, юному другу Ахилла, доспехи надеть и в бой кинуться, так чтобы от руки Гектора погибнуть. Этим можно Ахилла вдохновить против троянцев выступить. А чтобы Патрокл не погиб, его решили подменить. Все греки будут считать, что Патрокл погиб, а на самом деле погибнет другой. Но этого Ахиллу хватит, чтобы он в бой вступил. Воодушевил Ахилл своих воинов на ратный подвиг и повелел им храбро сражаться. Лже-Патрокл в доспехах Ахилла кинулся на троянцев. Те бежали от страха, и только Гектор вступил в бой и поразил Лже-Патрокла, считая, что это Ахилл. А греки подумали, что это настоящий Патрокл. Ахилл решил в схватку сам вступить, и за ним все греки кинулись в бой. Что тут началось! Великая сеча. Много погибло героев как с одной стороны, так и с другой. Боги вмешались в судьбу многих из них: жребий бросали, чья чаша перетянет. Бросил на золотые весы бог-громовержец два жребия смерти: один - Ахилла, другой - Гектора. Опустился жребий Гектора к царству мрачного Аида. С благословения богов бой начался между ними. Ахилл победил. Здесь Сурен отличился: Патрокла в живых оставил и Ахилла вдохновил на подвиги. Правда, потом неудобно было говорить, что Патрокл жив остался, потому его объявили братом самого себя.

72-й подвиг. Выиграть состязание у Одиссея

В связи с похоронами Патрокла (мнимого на самом деле) решили состязания устроить. Они начались с гонок на колесницах. Состязания считались престижными, многие в них участвовали, но не всем до финиша удалось дойти: боги свои козни строили, то подпругу подрежут, то на пути ямку выкопают. В кулачном бою, метании копья, диска, в борьбе все честно происходило - побеждал сильнейший.
В беге решил попробовать свои силы и Сурен, желая опередить Одиссея. И действительно, Сурен уже первым к финишу приближался, когда хитрый Одиссей взмолился, и просил Афину дать ему победу. Услышала его богиня - поскользнулся Сурен и упал. Так что Одиссей одержал победу, но мы-то знаем, что ее Сурен выиграл. Ему и зачтем этот подвиг.

73-й подвиг. Битва с амазонками и эфиопами

После смерти Гектора тяжелые времена настали для Трои. Не было у нее более могущественного защитника, такого героя, который мог бы помериться силой в поединке с Ахиллом. Казалось, что наступают последние дни великого города. Тут неожиданно пришла помощь троянцам. Явились на быстрых конях на помощь Трое со своей царицей Пенфесилией храбрые воительницы-амазонки. Хотела она битвой с греками искупить свою вину, так как нечаянно убила на охоте свою сестру. Подобно бурному вихрю, носилась по рядам греков Пенфесилия со своими амазонками. Одного за другим сражала она героев. Дрогнули греки и начали отступать. До самых кораблей оттеснила их Пенфесилия. Близка была уже окончательная победа амазонок.
Опять выручил Сурен – уговорил Ахилла в бой выступить. Он и решил исход боя. Отступили амазонки, потеряв многих из своих рядов. Но не в радость была Ахиллу такая победа, попросил он Сурена очистить его от скверны.
Однако еще не раз пришлось сразиться Ахиллу, так как троянцам многие пытались помочь. С громадным войском эфиопов пришлось сразиться. Их предводитель Мемнон тоже был сыном богини, потому трудно далась победа Ахиллу. На небесах опять боги жребий бросали, кому в живых остаться. Сурену пришлось вмешаться, подкрутить весы, чтобы жизнь Ахиллу досталась. Эфиопы же были превращены богами в птиц. С тех пор каждый год прилетают они в Эфиопию к гробнице Мемнона и там оплакивают своего царя.

 74-й подвиг. Уговорить Филоктета прибыть в Трою

Трудно пришлось грекам без Ахилла. Многие пытались через предсказания узнать, что их дальше ждет. Продолжать наступление на Трою или назад в Грецию вернуться. Сурен знал, что надо продолжать наступление и победа за греками будет. Поэтому он Одиссею предложил прорицателя троянцев Гелена выкрасть, чтобы тот сказал, в чью пользу будет последняя битва и что нужно для победы. Так и поступили. Сурен с Одиссеем, опять нарядившись в волчьи шкуры, чтобы невидимыми стать, в Трою пробрались и выкрали Гелена. И узнали, что Троя будет взята лишь в том случае, если в войско греков прибудет Филоктет, которого когда-то Одиссей бросил умирать на острове с отравленными стрелами Геракла, и юный сын Ахилла Неоптолем.
Тотчас Одиссей с Суреном отправились в далекий путь за обоими героями. Знал Одиссей, что неминуемая гибель грозит ему, если увидит его Филоктет, поэтому решил овладеть им хитростью. Уговорил Сурена идти к Филоктету и рассказать ему, что погибнут герои Греции под Троей, и только он их может спасти. Что Сурен и сделал, пообещав излечение в Трое, заманил Филоктета на корабль. Одиссей же завладел его луком и стрелами, которыми мог воспользоваться только сын Ахилла, который под Троей совершит еще много подвигов. От стрел погибнет и Парис, виновник войны между Троей и греками.

75-й подвиг. Похитить изображения Афины Паллады

Сурен и Одиссей решили совершить еще одну вылазку в Трою, чтобы узнать, что же нужно для окончательной победы греков.
Опять вырядились в волчьи шкуры. На этот раз они прямо к Елене проникли и выведали многие тайны от нее и самую главную, что Троя будет непобедимой, пока она владеет в святилище Афины Паллады деревянным изображением богини, упавшим некогда с неба.
 С великой опасностью похитили его Сурен и Одиссей и незаметно вынесли.

76-й подвиг. Предложить соорудить деревянного коня

Но все никак не могут греки овладеть Троей. Тогда Сурен предложил Одиссею, а тот грекам, действовать хитростью. Надо соорудить такого громадного деревянного коня, чтобы в нем могли укрыться самые могучие герои греков. Все же остальные войска должны были отплыть от берега Троады и укрыться в бухте. Когда троянцы ввезут коня в город, тогда ночью выйдут герои, откроют ворота города вернувшимися тайно грекам. Сурен уверил Одиссея, а тот греков, что только так можно взять Трою.

77-й подвиг. Соорудить троянского коня

Соорудить такого коня было чудом техники тех времен. Потому Сурену пришлось вернуться в свой колхоз и засесть за чертежи. Пару дней потребовалось, чтобы в Интернете найти образец и самому придумать такое сооружение.
Сурен вместе со знаменитым ваятелем Древней Греции соорудили деревянного коня, внутри которого могли десятка два воинов спрятаться. А чтобы все правдоподобно было, греки свернули лагерь и в море вышли.
Троянцы рады, что греки ушли, обрадовались и подарку в виде деревянной лошадки – детишкам в радость. А чтобы троянцы не уничтожили коня, Одиссей прикинулся нищим и убедил их, что греки сделали этого коня по велению Афины Паллады, которая выступит защитницей тех, кто владеет этим конем.
Жрец Лаокоон пытался переубедить троянцев, что троянский конь – это хитрость. Но никто не поверил ему, а вдобавок на него Посейдон напустил морских змей, которые обвили тело жреца и его двух сыновей.
Гибель Лаокоона еще сильнее убедила троянцев, что они должны ввезти деревянного коня в город.

78-й подвиг. Взятие Трои

Ночью, когда в Трое шел пир, Сурен дал знать, что Одиссей и его воины могут вылезти из коня. Он же дал знак кораблям, чтобы они возвращались. И началась сеча. Почти все защитники Трои погибли. Погибли и царь Приам и его сыновья. Только некоторым удалось уйти по подземному ходу. Из всех героев Трои спаслись лишь Эней, вынесший на руках из крепости своего отца Анхиза и маленького сына Аскания. Сурен, чтобы как-то оправдаться перед ними, отвлек троянцев от их преследования.
Долго пылала еще Троя. Многие в этом огне пытались собрать трофеи, с которыми вернулись на родину.
Сурену же было важно найти священный скипетр – жезл власти - и передать своему председателю, чтобы наконец вернуться на родину  в свой колхоз Микены, к сыну и жене. Так закончилась самая долгая командировка Сурена, много подвигов он совершил во время троянской войны.

79-й подвиг. Спасти дочь Приама

Богатую добычу захватили греки в Трое. Много золота и серебра, много утвари и бесчисленное количество прекрасных пленниц досталось победителям. Каждый требовал свою часть добычи, требовали свою часть и ушедшие в царство Аида. Явилась и тень великого Ахилла. Требовал герой себе в жертву прекрасную дочь Приама Поликсену, которая была некогда назначена ему в жены.
Агамемнон не хотел отдавать Поликсену. Молила его и Кассандра пощадить сестру. Но Одиссей настаивал на этой жертве, напоминая, какие великие услуги оказывал Ахилл грекам во время осады Трои. И сама Поликсена готова была идти под жертвенный нож. Знала она, что это будет ей избавлением от тяжкого рабства на чужбине. Спокойно пошла она к алтарю, около которого ждал ее жертвенный нож. И только в последний момент Сурен сумел спасти принцессу, вместо нее овцу подсунул, горячая кровь которой обагрила жертвенник, сооруженный в честь Ахилла. Поликсену же спокойно Сурен в свой стан отправил, к остальным наложницам. Одной меньше, одной больше - никто не заметит.

80-й подвиг. Возвратиться на родину

При дележе добычи великий раздор между греками случился. Наконец все же вышли греки в море. Один корабль Сурен полностью добычей загрузил. Однако ему пришлось перенести много невзгод. Сначала Аполлон сразил стрелой кормчего Сурена Селика. Сурен пристал к берегу, совершил пышные погребальные обряды в честь Аполлона, и только после этого бог Селика вернул и корабль отправился дальше.
Затем Зевс давай шалить - послал великую бурю. Заходили по морю громадные, как горы, волны. Бурей унесло флот на Крит, где чуть было не разбился о скалы. Долго еще носился корабль Сурена по морю и достиг наконец берегов Египта. Здесь пришлось скитаться среди чужеземных племен. Был он у сидонян, эфиопов и многих других народов. Побывал в Финикии, Ливии, которые славились своими несметными стадами. Много богатых даров получил Сурен, громадные собрал он богатства. В Египте жена Фона Полидвмна подарила Сурену чудесное лекарство из сока волшебного растения. Тот, кто принимал в вине это лекарство, забывал самое тяжелое горе.
На возвратном пути из Египта Сурен пристал к острову Фаросу. Остров был пустынный, припасы подходили к концу. Всем грозила голодная смерть. Понял Сурен, что разгневал он богов, не отпускают его на родину. И приснился ему сон, что про это знает морской бог Протей, который каждый день приплывает в окружении тюленей и на берегу отдыхает. Пришлось Сурену в этот раз не в волчью шкуру залазить, а в тюленью, чтобы с морским богом Протеем поговорить. Тот никак не хотел Сурену явиться, превращаясь во льва, змею, пантеру, кабана, воду и дерево, но крепко держал его Сурен. Наконец, смирился старец, принял свой прежний лик и спросил Сурена, что хочет он узнать у него.
- Кто из богов прогневался на меня, и не посылает мне попутного ветра? - спросил Сурен.
- Вернись в Египет, -  ответил Протей, - принеси в жертву богам часть своего богатства, тогда только смилостивятся над тобой боги и позволят благополучно вернуться.
Вернулся Сурен в Египет и принес богам жертвы; те послали ему попутный ветер, и он вернулся на Родину в колхоз Микены. Но не было долго еще Сурену счастья, еще много ему придется исполнять прихоти председателя и много подвигов еще совершить.

81-й подвиг. Спор с Никулой

Получив скипетр власти, богатства, прекрасных наложниц и дочь самого царя Трои, председатель Никула и не думал давать свободу Сурену:
- Ты еще не окупил свое зло, которое нанес мне. За тобой еще много подвигов, но невыполнимы они, и живым не вернешься. Ну, а если совершишь их, то тогда получишь свободу.
- Все подвиги вышли, - отвечал Сурен, - разве к Одиссею подвизаться, он не может домой вернуться, и, кроме того, могу только подвиги самих богов повторить.
- Вот-вот, их ты и повторишь! - Никула обрадовался, что ему сам Сурен идею подкинул. - Сразу отправляйся на Олимп, хотя нет, на остров святой Елены, сразись с циклопом, помоги Одиссею. Кстати, мне он сам нужен, приведи его ко мне и что-нибудь из даров оттуда прихвати.
- Может быть, тебе Пенелопу, жену Одиссея, привезти? К ней много женихов сватается, правда, потом всех их Одиссей в царство Аида оправит.
- Но-но, поговори мне! - запаниковал Никула, мне чужих жен не надо, у меня своя есть, и вон полный двор наложниц из Трои, всех в колхоз за трудодни работать отправлю. Ты мне лучше котел изобилия привези.
- Пойди туды, не зная куды, принеси то, что не знаю! – ворчал Сурен, собираясь в путь.

82-й подвиг. Сурен вызволяет Одиссея из плена

Итак, отправился Сурен на остров искать ослепленного циклопа Полифема, у которого третий глаз открылся, и стал он зрячей прежнего. Мог за три девять земель видеть. Но прежде решил Одиссея из плена вызволить, который у нимфы Калипсо томился.
- Выручай друг! - взмолился Одиссей, как только Сурен объявился, - разгневался Посейдон, что я его сына циклопа Полифема ослепил.
- Твой циклоп давно зрячим стал. Так что с тебя заклятия давно сняты, давай иди ко мне на корабль, и мы мигом отсюда ноги сделаем прямо в Микены. Вот председатель обрадуется.
- Мне надо в Итаку к жене Пенелопе! - запротестовал Одиссей.
- Ничего не случится с твоей Пенелопой. К ней знатные женихи домогаются, пусть посильнее завязнут, потом ты с ними разделаешься, в царство Аида отправишь..
Вернулся в Микены Сурен вместе с прославленным героем Одиссеем. Вот народ обрадовался! Прохода Одиссею не дают, автограф просят, как когда-то у Михаила Кожухова, который по случаю в Курагино заглянул.
Повар из ресторана в Курагино увидел Одиссея, закричал:
- Я тебя знаю! Ты Одиссей! Вчера тебя по «ящику» видел, тебя показывали!
Это по прибытии про нас телевизионщики прознали, и Одиссей им интервью давал.
- Слава впереди героя идет, - прокомментировал тогда это событие Виктор Жибо.
У председателя свои планы, как Одиссея подольше задержать, чтобы к его славе прикоснуться. Предложил Одиссею должность:
- Одиссей, давай ко мне в колхоз. Подвиги будешь славные вершить. А то вон Сурен ленивый становится и все на волю поглядывает.
- Не могу, - отвечал Одиссей. – До моей жены женихи домогаются, надо спасать положение.
- Бери и жену, места всем хватит в колхозе.
- Нет и нет! -  не соглашается Одиссей.
День-другой погостил Одиссей и домой собрался. Убрался восвояси по-английски: не попрощавшись. За что председатель Никула пуще прежнего рассерчал и Сурена решил в тартарары отправить, хотя нет, этот подвиг еще в будущем, а сейчас он его вслед за Одиссеем отправил на остров нимфы Калипсо.

83-й подвиг. Из плена у Калипсо вырваться

Итак, Сурен к нимфе Калипсо отправился – отсюда он путь Одиссея должен продолжить. Путь известен, и попутный корабль доставил его до места.
Прекрасен этот остров. Пышно разрослись на нем платаны, тополя, сосны, кедры и кипарисы. На лужайках зеленела сочная трава, благоухали пышные фиалки и лилии. Четыре источника орошают остров. На острове прохладный грот; в нем-то и жила нимфа Калипсо. Весь грот увили виноградные лозы, а с них свешивались спелые гроздья. Живи в свое удовольствие! Так было Сурен и сделал, тем более влюбилась в него Калипсо, но был он клятвой повязан, и дома его жена ждала и сын Вовка – герой будущих поколений.
Насытившись у Калипсо, объявил он волю свою. Опечалилась она, узнав, что должна расстаться с ним. Хотела навсегда удержать его у себя и даровать ему бессмертие. Но не могла она противиться воле Зевса, которой Сурен заручился.
- Я отпускаю тебя, Сурен. Иди возьми топор, наруби деревьев и сделай крепкий плот. На нем отправишься в путь, а я пошлю тебе попутный ветер. Если угодно это богам, то ты жив останешься.
- Разве могу я на утлом плоту переплыть бурное море? – Сурен запротестовал. - Ведь не всегда благополучно переплывает его и быстроходный корабль. Не замышляешь ли ты погубить меня?
- Клянусь тебе водами Стикса, не хочу я твоей гибели! - ответила Калипсо.

84-й подвиг. Морскую стихию победить

Четыре дня трудился Сурен, рубил деревья, обтесывал бревна, связывал их и сбивал досками. Наконец плот был готов, и укреплена на нем мачта с парусом. Калипсо дала Сурену припасов на дорогу и простилась с ним. Распустил он парус, и плот, гонимый попутным ветром, вышел в море.
  Восемнадцать дней уже плыл Сурен, определяя путь по созвездиям Плеяд и Большой Медведицы. Наконец, показалась вдали земля: это был остров. В это время увидал  плот Сурена бог Посейдон, возвращавшийся от эфиопов. Разгневался повелитель морей на Сурена. Схватил свой трезубец и ударил им по морю. Поднялась страшная буря. Тучи покрыли небо, ветры налетели со всех сторон. В ужас пришел Сурен. Позавидовал даже тем героям, которые со славой погибли под Троей. Громадная волна обрушилась на плот Сурена и смыла его в море. Глубоко погрузился он в морскую пучину и насилу выплыл он и за плот схватился. Яростно бросали плот во все стороны ветры. Как горы, громоздились вокруг плота волны.
И тут ему видение снизошло, будто он должен снять одежду, броситься в море и вплавь достигнуть берега.  Так и сделал Сурен. Посейдон, увидев такое дело, что Сурен свою погибель нашел, успокоился и восвояси убрался. Двое суток еще носился Сурен по морю. Лишь на третьи сутки он увидел землю. С большим трудом ему обессиленному удалось добраться до берега, и только две маслины, которые ему удалось найти на берегу, спасли его, а богиня Афина погрузила в глубокий сон.

85-й подвиг. Из огня да в полымя

Проснувшись, Сурен видит чудо: сама царевна Навсикая белье полощет, а рядом с ней ее подруги, одна краше другой. На берегу стол накрыт со всякими кушаньями. Поработали девы и игрище устроили, мячом в Сурена попали. Страшно выглядел Сурен, покрытый морской тиной и водорослями. Испугались девы и разбежались во все стороны. Осталась одна Навсикая, ей внушила смелость Афина. Сурен же не решился подойти к прекрасной деве.
- Двадцать дней носился я по бурному морю. Дай мне лоскут материи, чтобы прикрыть наготу! – обратился Сурен к богине.
- Зачем тебе одежда, ты так хорош! - пошутила богиня.
Пригласила его во дворец следовать, созвала рабынь, повелела им дать Сурену чистую одежду и накормить. Он омылся в реке, умастил тело благовонным маслом и одел одежды. Афина же наделила Сурена такой красотой, что Навсикая даже подумала, не один ли из богов явился на землю. С радостью избрала бы себе такого мужа прекрасная царевна. Подали рабыни Сурену пищи и вина, и он утолил мучивший его голод.
Навсикая дочкой царя Феакии оказалась. Во дворце Сурен славно время провел. В состязаниях отличился и пением, которого они никогда не слышали. Снарядили его в путь и богатыми подарками одарили, которые было можно разве сравнить с теми, что он из Трои привез.

86-й подвиг. За чудесным лотосом

Председатель обрадовался подаркам, привезенным Суреном. Рад и был и пополнению флота. Колхоз Микены далеко не только от моря, но и от какой-либо судоходной реки, однако вот флот свой имеет: судовладелец, а порт приписки - Азов. Но этого мало председателю. «Пока Сурен мне служит, надо пополнить флот еще судами, - рассуждал резонно председатель. - Потому надо такие подвиги совершить Сурену, чтобы он мог очередной корабль пригнать и подарками его загрузить».
- Сурен, давай отправляйся на остров лотофагов, - объявил председатель, – у них чудесный лотос растет, и потому бессмертны они как Боги. Достань мне бессмертия, ну и даров от них всяких.
- Лотосом и древние египтяне спасались и жизнь продлевали – он у них символом жизни был.
- Во-во! О чем я и говорю.
Засобирался Сурен, дорогу от Одиссея узнал. На этот раз меня пригласил, князя Жибо и Селика – тот чудом выплыл, когда с Суреном в кораблекрушение попал, и тосковал без дела. И вот мы честной компанией на корабль сели и на десятый день острова лотофагов достигли. Приветливо встретили нас лотофаги, подали нам сладкого лотоса, откушав которого, мы должны были родину забыть. Я незаметно подменил этот лотос другим, который предусмотрительно из приморских озер набрал. Подмешал его и лотофагам дал, для которых он снотворным оказался – они мигом все уснули и спали девять дней, а мы свой корабль их златом-серебром загрузили и лотос в бочки засолили. Один только Селик успел поесть их лотоса и все время твердил:
- Не хочу возвращаться в Микены, хочу навсегда остаться на острове лотофагов.
С силой пришлось привести его на корабль и привязать, чтобы он не сбежали от нас. Сурен, не мешкая, повелел всем браться за весла и как можно скорее покинуть остров. Он боялся, что и другие, поев сладостного лотоса, забудут отчизну. Однако все благополучно закончилось. Добрались мы до Микен-Курагино. Малость и нам богатств досталось. Хотя председатель грозил, если кто-нибудь возьмет хоть один дукат, под суд пойдет.

87-й подвиг. На острове циклопов

Председатель Никула никак не может успокоиться:
- Сурен, отправляйся на остров циклопов. Сам циклоп мне нужен.  И что у него там напрятано, разузнай. И как у него третий глаз открылся? Я тоже хочу видеть, что за три девять земель находится.
Опять в путь засобирался Сурен. Свою честную компанию пригласил. Хотел Селику отказать, однако тот, насмотревшись фильмов о подвигах Геракла, особенно на реки вина, которые изобилуют на острове циклопов, ни за что не хотел отказаться от такого удовольствия.
- Селик, а не помнишь, как одного пьяницу циклоп раздавил, как муху?
- Подайте мне одноглазого на закуску! - храбрился Селик. – И что мне бояться? Умереть на острове циклопов в пьяной реке почетно. Не то что здесь в Курагино в полной неизвестности.
Сказано, сделано. Отправились мы на остров циклопов. Опять по звездам держим путь. На девятый день к острову причалили. А знали бы, какие здесь законы, подумали бы: плыть ли сюда? Циклопы никаких законов не признают. В пещерах живут, каждый знает лишь свою семью. Ни планерок тебе, ни собраний. У самого моря увидели мы пещеру, заросшую лавровыми деревьями и огороженную стеной из громадных камней. Захватили мы мех с вином и пошли в гости. И вот пещера циклопа.  Чисто, много еды в корзинах. Сыры в ведрах, в чашах - простокваша. Селик стал уговаривать нас захватить лучших ягнят и козлят и, взяв сыры, бежать на корабль, но, к несчастью, мы не послушали его. Захотелось посмотреть на самого циклопа. Вот и он сам объявился. Мы, увидав его, в страхе в самый темный угол пещеры забились. Циклоп завалил валуном вход в пещеру, нам путь возврата закрыл. А увидев нас, грубо спросил громовым голосом:
- Кто вы такие? Откуда пришли? Верно, без дела скитаетесь по морям, причиняя нам, циклопам, несчастья?
- Мы т-туристы, - отвечал Селик, заикаясь. - Нас занесло сюда бурей. Мы умоляем тебя принять нас дружелюбно как гостей. Ведь ты знаешь, что карает Зевс того, кто обижает странников и не оказывает им гостеприимства.
- Видно, что издалека пришел ты сюда, чужеземец, - свирепо крикнул циклоп, - коль думаешь, что боюсь я твоих богов! Какое дело мне до Зевса! Не боюсь я его! Не намерен и щадить вас!
- Бурей разбило наш корабль о прибрежные утесы, - Селик пытается разжалобить Циклопа. – Пощади нас!
- Вы мне завтра на обед сгодитесь. А сегодня я вот двумя быками пообедаю, которых пред этим убил.
Схватил он чудовищными руками быков, сварил их, рассекши на части, и съел. В неописуемый ужас пришли мы и стали молить Зевса о спасении. Циклоп же, окончив свой ужин, спокойно растянулся на земле отдохнуть. Хотели мы убить его, но, взглянув на громадную скалу, которой завален был вход, поняли, что не спастись нам. Тут Селик про наши запасы вспомнил, про меха с вином и предложил циклопу вина испить. Выпил он напиток, понравилось  ему:
- Налей еще да скажи, как зовут тебя, - обратился к Селику, - я хочу приготовить тебе подарок.
  Налил Селик ему вторую чашу, тот потребовал третью. Подавая ее, Селик к циклопу обратился:
- Ты хочешь знать мое имя? Меня зовут Никто.
  - Ну, слушай же, Никто, тебя съем я последним, это будет моим подарком тебе, - ответил со смехом циклоп.
Выпил он третью чашу, охмелел, повалился на землю и заснул.
  Тут Сурен знак нам подает, чтобы помочь заостренный конец бревна зажечь. Разожгли его на костре и выжгли глаз циклопу. Заревел он от страшной боли, вырвал из глаза дымящийся кол и стал кругом все сметать со своего пути – вход в пещеру освободил. Мы этим и воспользовались, вместе с баранами из пещеры выскользнули.
Так спаслись мы от верной гибели. Скорей погнали стадо Полифема к кораблю. Когда отплыли, Селик в себя пришел и давай кричать циклопу:
- Слушай, циклоп! Своей жестокостью ты навлек на себя кару Зевса. Больше не будешь убивать и пожирать несчастных странников.
  Услыхал циклоп слова Селика, в ярости поднял он утес и бросил его в море. Громадная волна подхватила корабль и понесла в море. Так спаслись мы и отправились в дальнейший путь к родным берегам.

88-й подвиг. Мешок с ветрами

Обрадовался председатель подаркам. Особенно баранам, которые невиданный приплод сулили, шерсть и мясо. Если раньше в колхозе тридцать тысяч баранов насчитывалось, то сейчас после перестройки всего тридцать осталось  – остальные на шашлыки начальству ушли, которое каждое воскресенье наезжало из центра.
- Баранов в стойло, холодильник в дом! – кричал Виктор Жибо, вспоминая фразу из фильма.
- В стойло! В стойло! –  вторил Селик,  радуясь, что живым вернулся.
Председатель баранов рассортировал и к Сурену обратился:
- Пора в новый поход собираться. Давай на остров Эола двигай, что наш флот без дела будет простаивать. Захвати друзей, Селика, а то на него люди жалуются, ведет, как герой, пристает ко всем.
Итак, опять мы в море. Кое-как на плавающий остров Эола набрели. Остров ни на один не похож – по морю плавает. Окружен медной стеной, берега поднимаются отвесными утесами. На этом острове живет Эол с женой, шестью сыновьями и шестью дочерьми. Счастлива и безмятежна жизнь Эола. Дни проводит, пируя со своей семьей и друзьями в богатых чертогах. Целый месяц чествовал он и нас пирами. Слушал наши рассказы о подвигах. Наконец надоела нам такая праздная жизнь, и мы стали просить его отпустить нас на родину. Согласился Эол. На прощанье дал нам большие мехи, завязанные серебряной бечевкой. В них находились подвластные Эолу ветры. Лишь один Зефир гулял на свободе. Он должен был гнать мои корабли к родным берегам. Запретил Эол развязывать мех до тех пор, пока мы не прибудем на родину.
- Селик, не вздумай мешок развязать! - предупредил я. – Развяжешь, бед не оберемся!
Однако куда там: не удержался Селик, развязал мешок. И выпустил на свободу ветер, который погрузил нас в глубокий сон, а остальные ветры подняли страшную бурю на море. Проснулись мы и хотели Селика побить. «Убить Селика!» - кричал Сурен. Но кругом такая буря, что нет никаких сил спастись. Покорились мы судьбе, легли на корме в ожидании, что будет.
 Однако чудо нас спасло, точнее, Афина Паллада пригнала наш корабль опять к острову Эола. Разгневался на нас Эол, хотел прогнать, но понял, что лучше от героев добром отделаться, чем на своем острове терпеть. Опять дал он нам мешок, который велел не развязывать, пока не доберемся до родных берегов.
Вернулись мы в родные пенаты, в Курагино. Сурен прямо к председателю:
- Выполнил я твое очередное задание, вот мешок со стихиями. Нет дождя, развязал его – дождь пошел. Но осторожно выпускай, а то потоп случится.
Председатель не внял предупреждениям и, как Селик когда-то, в мешок полез, чем вызвал такие бури, ливневые дожди и молнии, каких ни в жизнь в этих местах не видели. Градом все зерновые Сурена и председателя побило. Хорошо Сурен успел мешок завязать и под свой контроль взять. Вот так закончился очередной подвиг Сурена, в котором мы участвовали.

89-й подвиг. Лестригоны

Не успел Сурен отдохнуть, как председатель его на остров лестригонов отправил. Здесь мы знали, чем может дело кончиться, потому не стали напрашиваться. Сурен со штатной командой корабля в путь отправился. Через некоторое время вернулся, однако мы его узнать не можем.
- Сурен, что случилось? Где злато-серебро? Подарки от лестригонов?
- На бороде! – зло отвечает Сурен. – Еле спаслись от этих исполинов. Одиннадцать кораблей я снарядил, чтобы их богатством овладеть. В итоге только один корабль вернулся.
- И как перед председателем отчитываться будешь? За невыполненное задание, сколько должен подвигов совершить?
- Пять.
- Вот видишь, алчность чуть не сгубила тебя, зачем поперлись к этим великанам, знал же, что добра там нечего ждать.

90-й подвиг. На острове волшебницы Кирки

Рассерчал председатель на Сурена пуще прежнего. Долго стучал кулаком по столу, выговаривая, почему задание не выполнил. Грозил на колхозном собрании вопрос поставить о срыве подвига. Потому решил быстро его на очередной подвиг подвигнуть.
- Все, Сурен, с глаз моих долой! Отправляйся на остров волшебницы Кирки и без дорогих подарков не возвращайся.
Попасть к волшебнице и мы давно хотели. Хотя, знали бы, что нас там ждет, передумали бы.
 Долго плыли по морю. Наконец, достигли края земли - острова, где жила прекрасновласая волшебница Кирка, дочь бога Гелиоса.
Вокруг ручные львы и волки бродят, из дворца звонкое пение и звон бокалов доносятся. Вышла к нам навстречу и сама Кирка и приветливо просит во дворец войти. Подала нам вина в чашах, подмешав в него сок волшебной травы. Выпили мы вино, и Кирка, коснувшись каждого нас жезлом, обратила в свиней, оставив лишь разум. Загнала в хлев и бросила нам в пищу желудей. Один лишь Сурен спасся. Он не пошел во дворец вместе с нами.
Видит, нет нас, смекнул, что не чисто здесь. Вспомнил, как ему Одиссей говорил: «Попадешь к Кирке, опасайся, чтобы она тебя в свинью не обратила, а чтобы этого не случилось, кору дуба, что там растет, поешь».
Сурен поступил, как Одиссей научил. Потому, когда он не превратился в свинью, Кирка удивилась:
 - Никто до сих пор не мог спастись от моего волшебного напитка. О, знаю я, ты хитроумный Одиссей. Мне давно предсказал Гермес, что ты придешь ко мне.
- Не Одиссей я, - ответил Сурен. – Но что он меня научил, как не попасть в твой хлев, это правда. Но вот своих товарищей не предупредил, моя вина. Забыл я, а вспомнил, когда ты черное дело сотворила. Прошу вернуть их в прежний вид. В обличии свиней они часто на своей родине бывают, потому прости их.
 - Что ты умеешь делать, герой? – спросила Кирка.
- Петь могу.
Запел Сурен так, что вокруг все замерло. Понравилось пение Кирке, и освободила она нас от заклятий и устроила такой пир, который только боги могут устроить. Целый год пировали во дворце Кирки. Сурен, правда, торопил возвращаться, однако Селик уговаривал:
- Еще денек, еще денек! Я еще не все блюда откушал.
И так год прошел. Правда, это по меркам острова, у нас же на родине, как мы потом поняли, всего один месяц канул.
Засобирались мы в дорогу, однако Кирка молвила:
- Впереди вас неприятности ждут, и вы можете погибнуть. Заклятие Посейдон на вас наложил, и как обойти его, я не знаю. Знает прорицатель Тиресий, а он в царстве мрачного Аида находится. Кто-то из вас должен его посетить.
- Сурен, давай двигай! - Селик обрадовался, - Пока ты ходишь, мы еще здесь у Кирки побудем.

91-й подвиг. В царстве мрачного Аида

- А что я забыл в том царстве, - Сурен попытался увернуться от такого подвига.
- Там ты встретишь тень прорицателя, у которого должен узнать, как себя сберечь и своих путников. Для этого черного барана возьми, через него на царство теней умерших выйдешь. Там Тиресия найдешь и  от него все узнаешь.
Однако раньше времени мы обрадовались, что Сурен один пойдет. Велел он и нам собираться. Селик себе привилегий добился – остался на острове. Загрустили мы, но начали собираться, не зная куда. Кирка подсказала:
- Путь на далекий север держите. Дойдете до седого Океана – там и будет царство мрачного Аида: солнце светит раз в году, а все остальное - ночь.
Достигли мы такого мрачного места. На берег вышли и в полумраке нашли место, где в жертву черного барана должны принести. Хорошо, хоть бараном могли откупиться, а то могло быть и похуже, например, Селиком. Вырыли мы глубокую яму, совершили над ней три возлияния медом, вином и водою, пересыпав все ячменной мукой, над ямой жертву – черного барана - возложили.
Великой толпой стали слетаться к яме души умерших и подняли спор о том, кто первый приступит к трапезе. Кого только не было здесь: души невест, юношей, старцев и мужей, сраженных в битвах. Ужас объял нас. Вооружились мы осиновыми кольями, чтобы не допускать прикосновений с нами. Хотя к нам они приставали по другому вопросу: просили перед Аидом слово замолвить, чтобы он пустил к себе в царство. Обещали мы исполнить их просьбу. Вот и прорицатель Тиресий здесь – он тоже вкусил приготовленной нами пищи, и обратилась к нам его душа:
- Зачем вы, живые, в царство теней наведались?
- Хотим узнать, почему на нас Посейдон в обиде? Почему козни строит, и как избежать участи пленными быть?
- Гневается на вас Посейдон, колебатель земли, за то, что ослепили вы его сына, циклопа Полифема. Посейдон отпустит вас, если только вы его быков на острове Крит не тронете. Но если убьете быков, то никогда не вернетесь домой, погибнете.
- Ну, этого мы и не собирались делать, пару бычков для приплода в нашем колхозе, куда ни шло, прибрать. И все.
- Сказано, не убивать, а другое не запрещено.
- Что не запрещено, то можно! – вспомнил Сурен девиз времен перестройки.
- Тогда с богом!
После этих слов мы скоро на остров к Кирке вернулись Селика забрать. Узнав о нашем возвращении, на берег моря пришла и волшебница Кирка, за ней служанки. Принесли они к кораблю много пищи и мехи с вином. До ночи пировали мы на морском берегу и утром домой двинули. По пути остров Крит не миновали. И действительно, дивных быков встретили. Селик за лук взялся, но Сурен остановил:
- Не стрелять! Лучше к пастуху пойдем и попросим у него пару бычков.
Что мы и сделали. Вернулись на родину, Сурен бычков председателю в дар преподнес.

92-й подвиг. На острове сирен

- Вы почему на остров сирен не наведались? - закричал председатель. - Два дела сразу бы сделали.
Пришлось нам опять в дорогу собираться. Не могли бросить Сурена одного. Тем более, что от Кирки знали, как от сирен уберечься. За одного Селика боялись, он не слушается нас. И вот мы опять в Азове – в порту приписки наших кораблей. Лишь только разгорелась утренняя заря на небе, спустили корабль на море, поставили паруса и понеслись в открытое море. Попутный ветер надувал паруса. Уже недалеко и остров сирен.
- Друзья! – обратился Сурен. – Вот он, остров сирен. Но бойтесь их! Они своим пением завлекают плывущих мимо моряков и предают лютой смерти. Я залеплю вам уши мягким воском, чтобы не слышали вы их пения и не погибли, меня же привяжите к мачте. Если я, очарованный их пением, буду просить вас отвязать меня, то вы еще крепче вяжите.
- Сурен, ты бы мог сам запеть! Ты же так один раз избежал гибели.
- Сейчас не пройдет этот фокус. Вот на острове я смогу спеть, там должно сработать.
Только сказали мы эти слова, как вдруг стих ветер. Залепили мы воском свои уши. Сурена и Селика – он тоже захотел послушать чудное пение сирен - привязали к мачте. В бухту вошли. Сирены петь продолжают. Слова песни, потом нам Селик рассказал, нас восхваляют, всякие богатства сулят, многие тайны. Но не слышим мы их и только киваем, что рады слушать.
Зашли в гавань, во дворец  сирен направились. Они нас за стол пиршеств пригласили, отведать лакомств. Выпили мы вина, и тут Сурен, привязанный к мачте, сам запел. Как дал могучим голосом - все вокруг замерло. Сирены умолкли. Мы воск из ушей вынули, все нормально, никто нас не тянет в омут. Один только Сурен старается, не дай Бог прервет пение на минуту. Что хочет нам сказать, на слова песен перекладывает.
Пока он песни горланил, мы решили корабль загрузить тем, что нам остров сирен предоставил: всякими яствами, золотом и жемчугом.
  Знак Сурену подаем:  выходим, но петь не бросай. На всякий случай уши воском себе заткнули. Вот на корабль взошли. Сурен пение прекратил, и сразу мы голос сирен услышали, и уже за борт прыгать собрался кое-кто – еле успели за штаны схватить и обратно на корабль затащить.
Дальше наш путь домой лежал. Однако Посейдон никак успокоиться не может – все новые испытания нам шлет, то бурю нагонит, то змей из воды покажет, чудо-юдо кит нас чуть не проглотил. Однако вернулись мы, дары на родину привезли. Правда, нам мало чего досталось, председатель Никула все забрал.

93-й подвиг. Пролив Сциллы и Харибды

- Друг мой, Сурен, ты почему такой непонятливый. Почему на остров Харибды не зашел? – председатель шум поднял. - Давай, мил человек, опять в дорогу отправляйся к  проливу Сциллы и Харибды и что найдешь там, ко мне доставь.
 - К этому проливу приблизиться невозможно! - давай оправдываться Сурен.
- Ничего не знаю! Завтра же чтобы твоего духа не было! Своих спутников забирай, нечего здесь народ мутить сказками о ваших подвигах.
И вот мы опять в море. Спокойно оно. Но вдруг ужасный шум услышали и увидели, что нам конец пришел. Впереди пролив с ужасными скалами. По преданию, мы должны шесть спутников потерять здесь.
- Не боись! – закричал Сурен, - Где наша не пропадала! Москва, пардон, Зевс поможет нам! Ближе к утесу! В пролив держите корабль!
Видим мы, как заглатывает морскую воду Харибда: кипеть нам в ее чреве, словно в котле. Тиной и ракушками покроемся. Кипела и бурлила вода со страшным грохотом. Бледные от ужаса, смотрим мы на Харибду. Вытянула все свои шесть шей и Сцилла и своими громадными пастями с тремя рядами зубов схватила шесть наших мумий, набитых ватой и тонной формалина. И чудо – все затихло, успокоилось. Никаких тебе волн и водоворотов. Мы спокойно в грот пещеры вошли и увидели, сколько здесь богатств собрано с разбившихся кораблей. Загрузили ими трюмы и быстро назад в море – на просторы выбираться. И вовремя! Сцилла проснулась и начала с еще большей силой наводить на нас ужас. Мы же благополучно в порт приписки вернулись, а от Азова рукой подать по скоростным тропам до Микен.

94-й подвиг. Остров Тринакрии

Но недолго почивали мы и тишине радовались. Председатель разгреб очередные дары и опять начал изводить Сурена:
- Раб мой, хватит на печи валяться у жены под боком. Скоро по контракту ты свободу должен получить, потому старайся, чтобы я не передумал. Отправляйся-ка на остров Тринакрии. Быков бога Гелиоса ко мне приведи.
- Мы же двух бычков оттуда доставили, председатель.
- Те бычки не в счет. Ты давай мне быков, чтобы осеменили наших коров. Хочу район молоком и мясом обеспечить. А то за семенного к ним тебя самого назначу.
Ничего не оставалось Сурену, как опять в путь трогаться. Честную компанию с собой прихватил. Как без нас?
В Азов прибыли, в море вышли. И вот знакомый остров бога Гелиоса показался. Ясно мычанье быков слышим и блеяние овец.
Помня прорицание Тиресия и предостережение волшебницы Кирки, Сурен предложил не причаливать к острову вечером, до утра дождаться.
- Как жесток ты, Сурен!  - Селик заартачился. -  Мы утомились. Сколько ночей провели без сна, а ты запрещаешь нам выйти на берег и отдохнуть, подкрепиться пищей. В море оставаться еще опасней, да и в прошлый раз мы мирно разошлись, и нам даже пару бычков пастухи подарили.
- Хорошо, - согласился Сурен, - клянитесь великой клятвой, что не будете убивать быков бога Гелиоса.
Однако человек предполагает, а Бог располагает. Началась страшная буря, и мы надолго застряли на острове, который оказался беден живностью, вот только быки и овцы паслись, которых нельзя трогать. Пришлось рыбой питаться, и все сильнее нам хотелось мяса поесть, галлюцинации начались, будто мы мясо едим. И вот беда случилась: Селик не выдержал и на быка с ножом кинулся. Все его примеру последовали и давай быков убивать. Кое-как нас Сурен остановил:
- Вы что делаете? Убьет нас Гелиос, не даст до дому живыми вернуться!
Боясь, что мы с острова живьем не выберемся, решили поднимать паруса и в путь трогаться. Кое-как с риском вышли из бухты. Только четырех быков загрузили на корабль, надеясь, что из-за такого количества Гелиос не станет нас убивать.
Однако узнал он, что на острове с его быками случилось и поклялся отомстить преступившим его запрет, разбить молнией наш корабль и погубить нас, только Сурен должен спастись, как Афине Палладе обещал.
Что делать? И чудо! На горизонте мы корабль увидели, который, как потом узнали, на Азов путь держал, и крик подняли. Уговорили шкипера нас забрать и быков. А Сурен пусть один на своем корабле дальше плывет.
- Сурен, плыви! Ты под охраной Афины Паллады. Не тронет тебя Гелиос. Так, может, корабль спасешь.
Но тут налетела буря и со всей силой на корабль Сурена обрушилась. Поняли, что не спастись ему. Мы же успели благополучно эпицентр бури краем проскочить. «Погиб наш Сурен», - считали мы. Однако он чудеса храбрости и стойкости проявил. Как только сверкнула молния Зевса и разбила его корабль, он за обломок мачты успел схватиться. Но волны понесли его прямо в пасть Харибде. Но и здесь Сурен проявил хладнокровие: в последний момент ухватился за ветви смоковницы, росшей на скале около самой Харибды, и повис на них. Долго ждал он, пока изрыгнула Харибда вместе с водой мачту и киль. На них и выплыл Сурен из ее чудовищной пасти. Спасся он и от Сциллы. Не заметила она, как плыл он по волнам бушующего моря.
  Мы же уговорили шкипера переждать бурю и поискать нашего друга. Знали, что по воле Зевса должен погибнуть корабль, однако сам Сурен должен на воде держаться. И точно, на девятые сутки мы нашли его еле живого. Он себя к мачте погибшего судна привязал, тем и спасся. Вернулись мы в Азов. Двух быков продали и новый корабль купили, чтобы дальше подвиги совершать, а двух быков в родной колхоз Микены погнали. Выполнили задание председателя Никулы, на самом деле Эврисфея, который первым Сурена на подвиги сподвиг.

95-й подвиг. За невестой Селику

Повелел Никула Сурену ехать в далекую Тавриду и привезти оттуда священное изображение богини – статую - Артемиды. Опасный был это подвиг. Племя тавров приносило в жертву перед этим изображением всех прибывавших к ним чужеземцев. Такая участь могла постигнуть и Сурена. Все же отправился он в далекий путь. Из своих друзей он одного Селика взял. После благополучного плавания прибыли они в Тавриду и, спрятав свой корабль среди прибрежных скал, пошли к храму Артемиды.
- Смотри, Сурен, вот она, статуя Артемиды. Давай возьмем, никто не охраняет её, - предложил Селик.
Однако не решились взять, стали наступления ночи ждать. Но увидали их пастухи, напали на них и после долгой борьбы связали и привели к царю. Царь решил, что оба они должны быть принесены в жертву Артемиде.
Вот так наши друзья попали в переплет. Но не будь Сурен Гераклом, чтобы не выйти из положения. Дочь царя Ифигинею приметил и внушил ей, что он брат ее и что ей самой грозит смерть, если она не поможет украсть изображение Артемиды и бежать с ними.
Ифигения согласилась, но все равно кого-то надо принести в жертву. Жребий на Селика пал.
- Вы что! Не хочу я становиться  жертвой языческих обычаев! – закричал Селик.
- Не бойся, Селик, что-нибудь придумаем, - успокаивает Сурен.
Ифигения  своим служанкам приказала статую Артемиды в море от скверны омыть. А там Сурен уже поджидал, вмиг на корабль статую загрузил.
Ифигения освободила Селика и вместе с ним на корабль успела прибыть. Кинулись их царские слуги искать, а их след простыл. Пытались преследовать, но куда там: статуя Артемиды помогла незаметно от погони уйти.
Итак, удачно поход завершился. Сурен с сестрой-принцессой  вернулся. Не показывая ее председателю, замуж за Селика выдал. С первой женой у Селка не лады вышли, а тут новый подарок.  Сейчас живет с ней Селик и бед не знает. Ниной Ивановной величают.
А статуя Артемиды в колхозной конторе стоит. Кто посмотрит на нее и желание загадает, то сбывается.

96-й подвиг. Загадка Сфинкса

Не было у Никулы сына. Дочь была, а сына не дал Господь. И вот велел он Сурену, чтобы он к богу Гелиосу направился и просил, чтобы он дал ему наследника – мальчика.
Сурен понурил голову. К богам обращаться – себе вред, еще в одну кабалу попасть. Однако знал, где Гелиоса найти – на острове, где его быки и овцы пасутся.
Собрался Сурен и опять в опасный путь двинулся. В дары двенадцать баранов взял из своего хлева, приплод тех баранов, которых он когда-то с острова Гелиоса выкрал.
Добрался Сурен со своими друзьями до знакомых мест. Пастухи обрадовались баранам, пообещали, что вот-вот Гелиос прибудет. И точно, он объявился. Прослезился, что в его стаде прибыль, простил Сурена и его спутников, пообещал: родится у председателя сын. Но над ним будет висеть рок – он родного отца должен убить.
- Э! Это нам не подойдет! - Сурен на попятную пошел. Сейчас не те времена, чтобы отцов убивать. Давай что-нибудь другое.
- Чтобы проклятие с будущего сына снять, надо загадку свирепого Сфинкса разгадать.
- Давай говори, где этот сфинкс?
- В Африке у пирамиды Хеопса.
Боги решили, что Сфинкс до тех пор будет испытывать муки, пока кто-нибудь не разрешит его загадку. Эту загадку поведали ему музы.
Всем путникам, проходившим мимо, предлагал Сфинкс разрешить эту загадку, но никто не мог разгадать ее, и после они несли проклятие Сфинкса, умирая от неизвестных причин. Много доблестных воинов пыталось спасти народ от напастей Сфинкса, но все погибали.
  И вот Сурену выпала честь встретиться с ним, и теперь все зависело от него: сможет ли решиться на Сфинкса посмотреть и разгадку найти?
- Сфинкс! Давай загадку! - Сурен закричал, как только возле него очутился и ему в глаза посмотрел.
- Скажи мне, кто ходит утром на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех?
  - Ну, ты бы что-нибудь заумное загадал. Эта загадка для детей. Это человек! Когда он мал, то ползает на четвереньках. Днем, то есть в зрелом возрасте ходит на двух ногах, а вечером, в старости, берет костыль и на трех ногах топает.
 Как разрешил Сурен загадку, Сфинкс попытался улететь, однако не оказалось сил у него, время подломило его крылья, только душа его и взлетела к богам на Олимп.
Гелиос выполнил условие: Сурена отпустил и председателю сына дал, который должен примерным наследником стать, почитать отца и мать.

97-й подвиг. Излечение от бешенства

Председатель Никула, заметив, что Сурен на его жену стал поглядывать, пуще прежнего рассерчал. Новое задание придумал:
- Сурен, отправляйся-ка ты в царство Фивы. Там дочки царя себя коровами вообразили, и бог Гелиос исполнил их желание. Никто не знает, как избавить их от этого проклятия. Большие деньги царь Фив предлагает, полцарства и дочерей впридачу. Полцарства забирай да и дочерей бери, у меня комбайнеры и трактористы не женаты, девки в город на легкие заработки уехали. Своему сыну невесту подбери. Всё в колхозе придержим.
Сурен засобирался в Фивы. Прибыл туда на своем корабле. Долго ему пришлось бегать, пока он всех обезумевших собирал, – дюжина вместе с дочерьми царя набралась. Как вылечить, не знает. Тогда он к Афине Палладе:
- Выручай, богиня, а то погибну!
Научила Афина, рецепт дала, в горах корешков набрать. Вылечил Сурен дочерей царя Фив и всех, кто болел этой напастью. Полцарства получил в денежном эквиваленте и дарами. Прибыл в свои родные Микены. Председателю опять дары богатые преподнес, а трактористам и комбайнерам – по невесте.

98-й подвиг. За ожерельем Афины Паллады

Сурен зажил было спокойной жизнью с женой и сыном.
Однако председатель быстро невест за трактористов пристроил, богатство припрятал по кубышкам и новое задание Сурену придумал:
- Друг, давай опять в царство Фив отправляйся за драгоценным ожерельем и одеждой, вытканной самой Афиной Палладой. Принеси мне эти сокровища.
- Я бы мог в прошлый раз это забрать, но слышал, что оно несчастье приносит, потому не стал трогать.
- Отправляйся, заодно узнай, как с него заклятье снять.
Собрал Сурен свою дружину и в путь отправился. Для него подвиг совершить, где-то в далеких землях, что в булочную Курка сходить. Потому в страну Фив мы быстро добрались. Узнали, что много всяких бед здесь приключилось, после того как Сурен дочерей царя излечил. Несколько раз нападали на них, междуусобица случилась, мор и другие бедствия. И всему виной заклятое ожерелье Афины.
- Почему не избавитесь от него? - Сурен вопрос резонно задал.
- Сколько раз пытались, но каждый раз новые бедствия появлялись.
- Дайте три дня мне, что-нибудь придумаю, избавлю вас от этой беды. О моих друзьях побеспокойтесь. Ночлег и стол обеспечьте.
Пока Сурен думу думал, загуляли мы во дворце. Селик радуется, какое раздолье: веселись, ешь, пей - не хочу, на танцовщиц смотри.
Сурен же ищет, в чем причина проклятия ожерелья. И нашел. Жил в Фивах колдун, который и навел порчу на ожерелье. Потому Сурен решил идти к этому колдуну. Что он там ему говорил, не знаем, а царю Фив объявил:
- Порча с ожерелья снята! И мир будет в вашем царстве. Однако для надежности забираем мы ожерелье и одежды Паллады. Кроме того, наш корабль дарами загрузите и невестами, У комбайнеров и трактористов наших в Микенах на них спрос великий.
На том и расстались. На родину вернулись. Невест по своему назначению распределили. А ожерелье и одежды Афины Паллады в колхозный музей сдали. Председатель побоялся его себе оставить. На сколько лет с них Сурен заклятие снял, неизвестно, и в любой день может вернуться.

99-й подвиг. На Олимп богов: мир cотворить

- Сурен! – начал председатель Микен. – Сколько ты уже совершил подвигов, а толку никакого, как был хаос на Земле, так и остался. Потому тебе следующее задание.  Разберись, почему такой беспорядок на Земле творится. Для этого поднимись на Небо, опустись в Тартар – может, там найдешь ответ. Что-то не так происходит. Какого-то демона они на волю выпустили  - вот и происходят беспорядки на Земле. Выполнишь задание, доложи мне.
Загрустил Сурен, в чертоги самих богов нужно вторгаться, за это они могут не пощадить. С чего начать? Решил к Афине Палладе обратиться:
- Выручай, Афина, как мне на Олимп к богам попасть?
- Не горюй, - успокоила она. – У нас тут собрание предстоит, Посейдон воду мутит, ответ будет держать, в моей свите и примешь участие.
Попал Геракл-Сурен на Олимп – на собрание богов и ахнул.  Разборки те же, что у живых на Земле. Протокол ведут, повышенные обязательства принимают, брать или не брать премию, кто-то от тринадцатой зарплаты отказывается. «Ну, если здесь порядка нет, что тогда от людей ждать?» - подумал Сурен. Однако решил все же во всем разобраться.
То, что вначале существовал лишь вечный, безграничный Хаос, - Сурен знал. А вот что дальше случилось, познания посредственные. В 4-м классе, когда проходили «Происхождение Земли», Сурен на второй год остался, поэтому эту тему так и не выучил. Поэтому, пока боги заседали, он решил пробел свой в небесной библиотеке пройти, благо, здесь все автоматизировано: положил руку на книгу, и вся информация в голове. За несколько дней Сурен столько себе в башку загнал, что от переизбытка информации у него голова кругом пошла. Потому многое пришлось стирать обратно, главное оставить.
«Что же после Хаоса случилось? Был Хаос, и куда делся он?» - сидит неразрешенный вопрос в голове у Сурена. Однако понемногу стал порядок в ней укладываться.
Оказывается, в Хаосе и заключена вся сила - источник жизни. Всё возникло из Хаоса, весь мир и боги. Из Хаоса произошла Земля. Под Землей мрачный Тартар – бездна и тьма. Из Хаоса же родилась любовь - бог Эрос. Хаос породил вечный Мрак и темную Ночь; вечный Свет и светлый День; голубое Небо, Горы и  Море.
Женился Уран–Небо на Земле-Гее, и пошли у них дети, у тех - свои дети, которые стали богами, и каждый следил за чем-нибудь на Земле, в Космосе и под Землей. Кроме титанов, породила могучая Земля трех великанов - циклопов с одним глазом во лбу, а также и трех громадных, как горы, пятидесятиголовых сторуких великанов. Против их ужасной силы ничто не может устоять. Им все подчинялось, и все содрогалось от ужаса, который они творили на Земле.
Уран, чтобы спасти людей от титанов, заключил тех в недра Земли. Однако мать-Земля любила их и часто вызволяла на свет;  они и породили целый сонм ужасных существ: Таната - смерть, Эриду - раздор, Апату - обман, Кер - уничтожение, Гипнос - сон с роем мрачных видений, - и много других напастей: мор и войны. Один из детей-великанов Урана и Геи коварный Крон хитростью низверг своего отца. Крон знал, что и его должна постигнуть такая же участь, поэтому не хотел иметь детей. Однако жена его родила и спрятала дитя в пещере на острове Крит. Вырос этот ребенок, стал Зевсом и начал войну против своего отца. Привлек на свою сторону он многих, кто был против власти титанов – циклопов, сторуких великанов. Они выковали ему громы и молнии, их метал Зевс в титанов. Сверг Зевс своего отца Крона и стал править на Олимпе богов и на Земле. Титаны были низвергнуты в Тартар. У несокрушимых врат Тартара на стражу встали сторукие великаны и стерегут они, чтобы не вырвались опять на свободу из Тартара могучие титаны. Власть титанов миновала.
- Но почему на Земле продолжаются невзгоды и беды? – вопрос Сурен себе задает и тут же отвечает: – Значит, сторукие великаны не так, как надо, сторожат титанов, выходят они из Тартара, когда боги пируют, и творят всякие напасти на Земле.
Потому решил Сурен спуститься под Землю в Тартар и проследить, все ли там чисто. И узнал: сторукие великаны и титаны спелись. Чтобы жизнь под Землей не была скучной, стали они выпускать титанов на Землю, чтобы те им хорошего вина, наложниц доставляли, не обращая при этом внимание на их коварства, которые они творили на Земле.
- Вот где надо наводить порядок! – воскликнул Сурен и быстренько на Землю вернулся, в свой колхоз Микены. Здесь хоть и во власти председателя, но есть жена, сын Вовка.

100-й подвиг. За добром и злом на Олимп

- Ну что, Сурен, молодец, что выяснил, от чего беспорядки на Земле происходят. Могучие титаны всему причина, в Тартар их хоть и послали, а они оттуда нет-нет и наведываются на Землю и творят беды. Как прекратить беспредел? Не выяснил?
- Кто-то из богов с Олимпа им помогает. Надо их всех пощупать, в доверие войти.
- Вот Сурен, этим и займись. За каждым есть грешки, но каждый и силу имеет: может чудеса творить, волшебные артефакты иметь. В нашем колхозном хозяйстве это бы пригодилось. Вот тебе задание: на Олимп путь держать в чертоги богов. Там два больших сосуда стоят у врат дворца Зевса. В одном дары добра, в другом - зла. Так вот, зачерпни ковш добра из первого сосуда и ко мне принеси, будем добром наших людей одаривать. Смотри, Кутузов, не перепутай добро со злом!
Сурен опять на Олимп путь держит. Благо, дорогу знает – надо сквозь пелену облаков прорваться, в золотые чертоги, построенные сыном Зевса Гефестом. И в этот раз удалось. Зевс сидит на высоком золотом троне. Рядом крылатая богиня победы Ника, голову наклонив, Зевсу помогает дела решать. Богиня Гера, жена Зевса, за всем наблюдает. Сурен первым делом ей поклонился.
- Пора голос нашего друга послушать, - Гера, полюбившая Сурена, предлагает.
Запел Сурен, свой вариант гимна о богах исполнил. Его почетом окружили, не гонят с Олимпа, и это уже хорошо. Пытается в зал прорваться, где сосуды с добром и злом находятся. Наконец, удалось в зал пройти и черпануть пару ковшиков добра: один для председателя, другой для себя. Правда, Сурен сомневался, правильно ли сосуды выбрал. Как только очутился на Земле, решил испытать действие волшебной смеси. На пути Колек подвернулся.
 - Николай, скажи, что ты хочешь?
- Самогонки хочу.
- Этого добра ты всегда хочешь. Может, чего сокровенного? А то вот у меня бутыль с добром, налью тебе из нее чарку, и все, что захочешь, вмиг сбудется.
- Ящик водки хочу!
- На, пей!
И только Колек чарку добра выпил, как ящик водки у ног Колька оказался.
Сурен обрадовался, что это добро? и в свой колхоз Микены дунул, однако по дороге возникли сомнения. Ящик водки – зло или добро для людей? «Для Колька – это добро», - успокоил себя Сурен. Прибыл в контору с отчетом, одну бутыль председателю, другую себе. И что удивительно. Нальет стопку из своей бутыли – добром оборачивается. Нальет председателю – злом. Из одного кувшина напиток, а действия разные. Значит, действие напитка не только от самого напитка зависит, но и от человека, который напиток пьет.

101-й подвиг. За амброзией и нектаром на Олимп

- Ты что принес Сурен, почему люди меня не любят? Паленка, а не нектар! Давай отправляйся на Олимп и амброзии - пищи и напитка богов мне доставь.
 Отправился опять Сурен на Олимп. Колек просит его с собой взять. Селик напрашивается. Взял Колька – пусть он пофилософствует с богами на тему: есть ли жизнь на Марсе?
Прибыли. Видят, что опять пируют боги. Прекрасные музы услаждают их пением и танцами. Взявшись за руки, водят хороводы, а боги любуются их движениями и красотой. За весельем как бы мимоходом определяют судьбы людей. Богиня Фемида следит за порядком на Земле, как люди суд вершат, кто закон нарушил. Правда, и она не без греха, часто отвлекается, потому на Земле и свершается беззаконие. Сурен на кухню пробрался: амброзию и нектар в свою продовольственную корзину загрузил. Однако не дают ему из зала уйти, просят гимн богов исполнить. Подчиняется Сурен, поет им полюбившийся гимн. В это время Колек на кухне пытается еще чем-нибудь запастись: где этот кувшин с добром? Чуть было не попался, благо, Сурен пением заглушил, и все чисто прошло. Вернулись наши герои. Николай опять свое белое кашне надел, длинный плащ и шляпу – на человека стал похож.

102-й подвиг. Клубок жизни

- Молодец Сурен! Нектар - вкусный. Но я слышал, ты хвастался, что там богини мойры судьбы определяют. Говорил ты, что никому не уйти от велений рока. Нет такой силы, которая могла бы изменить то, что предназначено богам и смертным. Одни мойры знают веления рока. Только они прядут жизненную нить человека, определяя срок его жизни. Оборвется нить, и кончится жизнь. Никто не в силах изменить определенной мойрами судьбы, всё заносят они в длинный свиток, а что занесено в свиток судьбы, то неизбежно.
Так вот, тебе задание, найти мой клубок жизни и подмотать его на 50 лет вперед.
Подчинился Сурен, хотя знал, что с роком судьбы шутки плохи. Нить может в любой момент оборваться. Однако пробрался в зал, где мойры клубки судьбы мотают, проник в их хранилище, где смотанные хранятся. Нашел клубок председателя, понял, что жизнь долгая у него будет, хотел перемотать назад, однако не стал – подмотал еще на пару лет: хватит ему и этого, нечего над народом вольничать. Вернулся Сурен назад, доложил, что задание выполнил – клубок жизни на сто лет вперед подмотал.

103-й подвиг. Битва с Тифоном

Что ни задание председателя, то обмани, то укради. Поэтому Сурен решил ближе с Автоликом сойтись. Автолик – мастер таких дел. Председатель поручил Сурену рог изобилия у самого Зевса выкрасть.
И вот новое задание председатель Никула придумал:
- Слушай Сурен! Мне кажется, за спиной у Зевса кто-то стоит. Не Тифон ли? Когда-то Зевс победил, но сейчас Тифон мог силу набрать и командовать Зевсом. Потому давай-ка в Тартар, найди там Тифона и разузнай, что к чему.
Сурен опять в путь засобирался. Колек не хочет с ним идти. На Олимпе добра почерпнул, так теперь смакует жизнь на Земле. Селик отказался - жизнь семенную налаживает. Один Ляпсик согласился. Вот вдвоем они и отправились в Тартар, с Тифоном на встречу. Ляпсик знает, как в заточении находиться, потому быстро с народом Тартара сошелся и все выведал про Тифона.
Оказывается, он здесь в царстве Тартар всем командует и давно на Землю ходить повадился, принося разбой и смерть.
- А куда Зевс смотрит? – Сурен пытается правду узнать.
- А что Зевс? Знает он про все проделки Тифона. Терпит, но скоро они опять сойдутся, и кто победит, неизвестно.
И точно, как по заказу, случился этой ночью бой между чудовищем Тифоном и Зевсом. Громадный, с сотней драконовых голов, поднялся он из Тартара - недр земли. Диким воем всколебал воздух. Лай собак, человеческие голоса, рев разъяренного быка, рыканье льва слышались в этом вое. Бурное пламя клубилось вокруг Тифона, и земля колебалась под его тяжкими шагами.
Боги содрогнулись от ужаса. Но смело, как когда-то, ринулся на него Зевс-громовержец, и загорелся бой. Опять засверкали молнии в руках Зевса, раздались раскаты грома. Земля и небесный свод сотряслись до основания. Ярким пламенем вспыхнула опять земля, как и во время первой их битвы. Моря кипели от одного приближения Тифона. Сотнями сыпались огненные стрелы-молнии громовержца Зевса; казалось, что от их огня горит воздух и горят темные тучи. Зевс испепелил Тифону все его сто голов. Рухнул тот на землю; от тела его исходил такой жар, что плавилось все кругом. Зевс поднял чудовище и низверг опять в мрачный Тартар, породивший его. Надолго ли? В Тартаре грозит Тифон богам и всему живому. Он вызывает бури и извержения; он породил с Ехидной, полуженщиной-полузмеей, ужасного двуглавого пса Орфа, адского пса Цербера, лернейскую гидру и Химеру; часто колеблет Тифон землю.

104-й подвиг. За богиней Фортуной на Олимп

- Сурен, хочу богиню судьбы видеть. Хочу из ее рога изобилия, рога божественной козы, молоком которой был вскормлен сам Зевс, дары получить. Сказывают, будет счастлив тот человек, который встретит на своем пути богиню счастья Фортуну.
- Редко это бывает, - Сурен поясняет, - и как несчастлив бывает тот человек, от которого отвернется Фортуна, только что дававшая ему свои дары! Не боишься, председатель, что она отвернется потом от тебя.
- А ты на что, Сурен, вот и обеспечь, чтобы она от меня не отворачивалась.
Опять Сурен на небесах. Богиня Фортуна никого не замечает, никому дары свои не подносит. Сурен и так и этак возле нее вертится, Ноль внимания. Пришлось ему опять использовать свой голос. Запел романсы, и только после этого к нему Фортуна подошла:
- Знаю я твою проблему. Помогу тебе. Уж складно ты поешь.
И вмиг богиня судьбы вместе с Суреном в Микенах оказались, перед председателем Никулой, который от испуга закричал:
- Сурен, ты что меня пугаешь! Это жена Курка, а не богиня.
- Вот тебе крест! Это Фортуна. Задумывай быстрей, что тебе надо! А то мы еще в Курагино к Селику заскочить хотели. Он все время просит, чтобы снизошла к нему богиня судьбы.
- Богатства хочу! – было начал председатель, правда, потом передумал. - Здоровья мне, жене и моим детям.
Сурен с богиней к Селику заскочили. Тот достаток в доме своем пожелал, чтобы колбаска в его холодильнике водилась и рыбка, от которой Селик особенно тащится.

105-й подвиг. Трезубец Посейдона

- Так, значит, друг мой, сто пятый подвиг тебя ждет. Что бы такое тебе поручить, чтобы запомнился на века. Давай-ка к брату громовержца Зевса, к царю морей Посейдону сгоняй. Трезубец его принеси мне.
- Ты что, председатель? Трезубец тот волшебный, большая сила нужна, чтобы им управлять.
- Иди и неси! Мы свом колхозом любой трезубец на орала перекуем!
Собрался Сурен, правда, не знал, как добираться до Посейдона. Решил испытанным способом: на корабле в море выйти у острова пролива  Сциллы и Харибды в царство Посейдона снизойти.
- Что нужно, хлопец? – Посейдон нерадостно встретил Сурена. – За тебя Афина просила, потому выполню твое желание.
- Хочу с твоим прорицателем Нереем встретиться, узнать, когда посевную начинать в этом году, Сурен решил не выдавать тайну, что за трезубцем пришел.
- Как я погоню морские тучи в вашу сторону, так пойдет у вас дождь, иди к Нерею, поговори с ним и на его пятьдесят дочек полюбуйся, - Посейдон разрешил.
Встретился Сурен со старцем Нереем, в разговорах с ним дни проводит, его дочками любуется, уже забыл про колхоз Микены, однако вспомнил, что жена и сын Вовка ждут его, решил к делу приступить:
- Нерей, можно у Посейдона его трезубец на пару дней одолжить?
- На пару дней можно, только не тот, что у него в руках, а на складе возьми, он тоже волшебный, но не такой силы. А за это ты моих дочерей забираешь. Засиделись в девках, у тебя же в Микенах, слышал, знатные женихи водятся.
- Может, и заберу, но не всех, а то я столько трактористов-комбайнеров не насобираю. Вот в наше училище, где трактористы  учатся, можно: не только профессию получат, но и невесту впридачу.
Но том и порешили. Сурен в родные Микены вернулся. Председатель рад. Трезубцем машет. Коровы по стойке на задних копытах стоят, свиньи по команде бегают. И невесты рады: будущих трактористов-комбайнеров в мужья получили.

106-й подвиг. В царство Аида за снотворным

- Сурен, замучили меня сны тревожные. Давай-ка отправляйся в темное царство Аида, найди там бога Гипноса. Это он ведает снами. Это он носится на своих крыльях над землей с маком в руках и льет из рога снотворный напиток и погружает в сладкий сон. Так вот, достань мне этот напиток. Хочу хорошие сны видеть и спать сном младенца.
Опять путь - дорога... Благо Сурен и со стражами царства Аида знаком - трехглавый адский пес Цербер его запросто пропускает.
- Аид! Тебе привет брат Посейдон передает. Просил помочь мне.
- Говори, что надо. Если брат просил, помогу.
- Снотворный нектар бога Гипноса нужен. Без него на Землю не могу вернуться.
- Так и не возвращайся. Здесь определим тебе место. Будешь за особо опасными преступниками следить.
- Не, не! Мне на Земле надо быть. Не все дела сделал.
 - Ладно, пообещал помочь, помогу. «Гипнос! - крикнул Аид. - Дай нашему другу снотворное, а то он на земле заснуть не может».
Получив снотворное, Сурен обрадовался и хотел было из мрачного царства на свет выскочить. Но не тут-то было. Леденящую священную реку Стикс, водами которой клянутся сами боги, Сурен не может преодолеть. Не к кому обратиться, его покровительница Афина Паллада далеко и не слышит его зов о помощи. Воды источника Леты, дающие забвение всему земному, катят свои воды. Вспомнил Сурен слова своей матушки: «Канула в Лету» и обратился к ней: «Помоги!» И чудо! Воды Стикса расступились, Лета иссякла, а трехглавая Геката кивнула: проходи. Выбрался Сурен их мрачного царства. Вспомнил слова Ахилла: «Лучше быть последним батраком на земле, чем царем в царстве Аида». Помчался Сурен в свой колхоз Микены, и уже был рад у председателя служить, чем в этот подземный мир попасть.

107-й подвиг. За яблоками сада Геры

- Сурен, кого там Гера преследует, застукав с ней своего муженька Зевса? То в корову превратила, то огромный овод за ней гоняется. Может, спасешь и, к нам в колхоз на скотный двор дояркой?
- Опоздал, председатель. Ее первый фараон Египта в жены взял.
- Ну что ж, опоздал, так опоздал. Тогда принеси-ка яблок из сада Геры. Они какими-то чудотворными свойствами обладают.
- Нет в них никаких чудес, просто они золотыми растут.
- Таких хочу.
Отправился Сурен опять на Олимп. И сразу к Автолику.
- Друг, сможешь у Геры в саду с яблони, что ей Земля-Гея подарила, пару яблочек принести. В долгу не останусь!
- Проще простого, – ответил Автолик.
И точно, пока Сурен пел, отвлекая Геру своим голосом, Автолик в ее сад забрался и пару яблок сорвал. Их на дереве столько росло, что Гера наверняка не заметит, и кража удачно прошла.
Сурен с яблоками к председателю вернулся, одно яблоко себе оставил, на черный день.

108-й подвиг. Сражение с Пифоном

- Сурен, сегодня мне пророчество приснилось. Если перейду я реку Шушь, то колхоз погублю. Только вот беда, не понял, чей колхоз погублю, свой или соседский. Давай узнай насчет этого. В царство Аида к Гипносу не буду уже посылать, а вот бог Аполлон может этот сон разгадать.
Сурен к Афине:
– Выручай, с Аполлоном я не знаком.
- Хорошо! Но для этого тебе вместе с Аполлоном надо с Пифоном сразиться, он опять голову поднял и строит всякие козни на Земле.
- Пифона же Аполлон в землю зарыл под Дельфами.
- При раскопках откопали, он и воскрес. Сегодня Аполлон отправляется на битву с ним. Попросись.
Так и сделал Сурен. С Аполлоном достигли они мрачного ущелья - жилища Пифона. Кругом скалы уходят в небо. Мрак царит в ущелье. По дну стремительно несется седой от пены горный поток, а над ним клубятся туманы. Выполз из своего логовища чудовищный Пифон. Громадное тело его, покрытое чешуей, извивалось меж скал. Скалы и горы дрожали от тяжести его тела и сдвигались с места. В ужасе бежали нимфы и все живое. Поднялся Пифон, могучий, яростный, раскрыл свою ужасную пасть и уже готов был поглотить Аполлона и Сурена. Дождем посыпались на чудовище стрелы Аполлона, но не причинили они вреда Пифону. Когда лежал он в сырой земле под Дельфами, силой от Земли-Геи напитался, и не страшны были ему стрелы.
Тогда Сурен в бой вступил, но не луком и мечом, а кифарой решил действовать. Заиграл на ней и запел так, что Пифон обратно в землю ушел.
Аполлон же, видя, что ему простой смертный помог, свой лук и стрелы ему подарил, обещал оказывать всякую помощь.
Вернулся Сурен в родные Микены, стрелы и лук, дар самого Аполлона, в музей колхоза сдал. Правда, вспомнил, что не узнал насчет сна председателя, что он означает. Но не беда, решил сам разгадать, благо, в районе уже знал новость. «Погубишь ты, председатель соседский колхоз – объединяют его с твоим. Ты председателем становишься».

109-й подвиг. Стрелы Эрота

- Сурен, ты что в такой печали? - председатель заметил перемены в настроении у своего подчиненного. - Не поразили ли тебя стрелы Амура, как когда-то Аполлона?  Я тоже хочу влюбиться. Поэтому отправляйся к богам, найти Эрота, и пусть он поразит меня стрелой и нимфочку, чтобы в меня влюбилась.
Сурен вспомнил, что, когда они с Аполлоном возвращались, Эрота встретили. Видать, в него он и пальнул. Только вот кто избранница? По какой сохну? Где Эрота искать, бездельника? Наверняка на Олимпе баклуши бьет.
Нашел его Сурен, с вопросом пристал, кого он еще той же стрелой, что и его, пронзил. Выяснил, белошвейку, что в монастыре в Дельфах. Пришлось Сурену в Дельфы путь держать, исправлять положение, мол, женат я, а ты монашка, не можем мы с тобой брачный союз создать. Давай друзьями будем. На том и порешили. А председателя Эрот пронзил стрелой, правда, она же через свинью в его дворе прошла. Председатель ее так полюбил, что долго не отдавал на бойню.

110-й подвиг. Вовка запрягает в колесницу льва и медведя

- Сурен, твой друг Аполлон когда-то в колесницу запряг льва и медведя. Отправляйся к царю Ахмету и выполни это задание.
Сурен не стал говорить, что это не Аполлон сделал, а его друг Геракл, которого он наделил непобедимой силой. Решил и в этот раз не сам этот подвиг совершить, а сыну Вовке позволить.
Прибыли они к царю Ахмету, где все происходить должно. Паслись здесь дикие звери, от которых спастись можно было только игрой на флейте.
И вот пока сын подвиг совершает, отец на флейте играет и поёт, чтобы успокоить зверей. А Вовка в это время льва и медведя в колесницу запряг и на глазах царя Ахмета проехал. Так что повторил подвиг Аполлона Вовка, сын Сурена, и от Ахмета с подарками в родной колхоз вернулись. Целое стадо баранов пригнали, своих овец в колхозе совсем мало осталось, а здесь такая удача.

111-й подвиг.  Девять муз

- Сурен, ты вот близко знаком с Аполлоном. Слышал, он своими музами всех богов на светлом Олимпе в сон вгоняет, - председатель опять на Сурена наседает.
- Не в сон, а в благоухание.
- Так почему у нас в колхозе этих муз нету? Спрашиваю, почему? Всех их в колхоз, и срочно!
Сурен опять пошел искать Аполлона. На Олимпе Аполлон не частый гость, все больше его на подмостках разных театров видят.
Вот и сейчас в Юрмалу подался, решил посмотреть, как народ юморит.
- Аполлон, выручай. Председатель требует всех муз представить в нашем колхозе. Что делать?
- Девять муз собери, вот они: Каллиопа - муза эпической поэзии; Эвтерпа - муза лирики; Эрато - муза любовных песен; Мельпомена -муза трагедии; Талия - муза комедии; Терпсихора - муза танцев; Клио - муза истории; Урания - муза астрономии; Полигимния - муза священных гимнов. Хор не забудь. Когда все эти музы будут в сборе, тогда и председатель узнает, что такое божественное пение.
Сурен так и сделал. Собрал муз, а Аполлон вдохновение дал, и зазвучали фанфары, которых в Микенах никогда не слышали.
Когда же сам Аполлон в сопровождении муз появляется в сонме трактористов, доярок колхоза Микены и раздаются звуки его кифары и пение муз, тогда замолкает все в Микенах и во всем районе. Забываются кровавые разборки, не сверкают молнии, боги забывают раздоры, мир и тишина воцаряются.
Даже орел Сурена, что ему Зевс подарил, опускает могучие крылья и закрывает зоркие очи; не слышно его грозного клекота, он тихо дремлет на плече хозяина. В полной тиши торжественно звучит кифара Аполлона. Когда же он весело ударяет по золотым струнам, тогда светлый, сияющий хоровод движется в пиршественном зале. Музы, хариты, вечно юная Афродита участвуют в хороводе, а впереди них идет величественная дева, сестра Аполлона, прекрасная Артемида. Залитые потоками золотого света, танцуют все под звуки кифары Аполлона.
Когда он играл на кифаре, никто не мог соревноваться с ним, а если бы посмел, то вниз свержен был. Поэтому Сурен боялся с ним соревноваться.

112-й подвиг. Полотно Афины

- Сурен, тебе Афина Паллада помогает во всем. Потому хочу, чтобы ты покрывало принес мне, которое она выткала при споре со смертной Арахной. Там сцена из жизни богов: двенадцать богов Олимпа, а среди них отец ее, Зевс-громовержец. Походит на сцену: Иисус Христос среди его апостолов.
Ничего не оставалась Сурену, как Афину – покровительницу городов и науки – отыскать и спросить:
- То покрывало, что ты выткала когда-то, в целости у тебя?
- В целости.
- Дай на пару дней, я копию сниму и назад отдам.
- Твоя копия волшебную силу потеряет.
- Ничего.
Взял Сурен у Афины оригинал и тут же заказал копию, которую за сутки сделали. Время есть. Решил он председателю оригинал сначала показать, чтобы чудеса продемонстрировать, а потом копией подменить.
Так и сделал. Председатель был удивлен, живых богов на полотне увидев, но еще больше испугался, что нельзя вызвать богов Олимпа, впредь только смотри на картину.
Вернул Сурен полотно обратно Афине, а председателю оставил копию, которую он вскоре в колхозный музей отдал, до сих пор там висит.

113-й подвиг. За сандалиями Гермеса

- Сурен, ну ты молодец! - похвалил председатель героя. – Однако сандалии Гермеса я хочу. Он в них на край света может за долю секунды попасть. Давай-ка не поленись, достань мне их. Премию тебе, может быть, потом выпишу.
Сурен боялся Гермеса, который много специальностей на Олимпе перепробовал. Баранов пас, работал проводником душ умерших в подземное царства Аида. Путешественников грабил. Потом стал покровителем торговли, воровал, был богом гимнастики, обучал борьбе, кулачному бою, бросанью диска, бегу. Давал в торговле барыши и посылал людям богатство. Изобрел и меры, и числа, и азбуку; обучил людей этому. Он же бог красноречия, изворотливости и обмана. Никто не может превзойти его в ловкости, хитрости и даже в воровстве. Это он украл однажды в шутку у Зевса его скипетр, у Посейдона - трезубец, у Аполлона - золотые стрелы и лук, а у Ареса - меч. А во времена Александра Македонского становится богом магии и астрологии. Посланник богов. Может с быстротой мысли переноситься с Олимпа на самый дальний край света в своих крылатых сандалиях с жезлом-кадуцеем в руках.
Сурен не знал, как подступиться к Гермесу. Разве только через его сына Автолика, который много чего взял у отца, и в воровстве ему равных нет, отца может обойти.
- Автолик, выручай, сандалии твоего отца нужны на пару дней, потом отдам.
- Когда-то мой отец украл у самого Аполлона его быков. Потом я проделал эту шутку. Сумеешь повторить, достану тебе сандалии.
- Для Сурена что быки, что коровы – одинаковы, тем и другим хвосты крутит в родном колхозе, кроме того, с быками в своих подвигах дело имел. Согласился.
 Сейчас коров не Аполлон пас, а страж его. Но все равно пришлось всякие ухищрения выстраивать. Но справился Сурен – увел 15 голов крупного рогатого скота и в гроте спрятал. Страж крик поднял. До Аполлона дело дошло:
- Опять твой сын Автолик проделки с моими коровами проделывает! Направлю на него свои стрелы, не так запоете.
Гермес сына к себе вызвал:
- Сказывай, зачем у Аполлона коров увел?
- Отец, я пошутил, как ты когда-то,
- Ладно, прощаю, - пожурил Гермес сына. - Но смотри, не кради, если что надо, попроси.
- Дай мне твои сандалии на край света сгонять, яблок из сада Гермисада захотелось.
Дал Гермес Автолику свои сандалии, которые сразу к Сурену попали.
- На, носи! – Автолик молвил. - Но через два дня верни.
- О’ кей! - Радостно запрыгал Сурен и к родному председателю понесся:
- Держи сандалии!
Председатель только надел их, как к самому небу вознесся, нахватал там рентген-излучений и на Землю запросился.
- Не нужны мне такие сандалии. В музей отдай!
Пришлось Сурену, копию сандалий заказывать и в музей сдавать. До сих пор там хранятся.

114-й подвиг. Афродита в Микенах

- Сурен, почему не вижу на наших подмостках Афродиту – богиню любви? – спрашивает председатель.
- У нее муж Арес (Марс у римлян) - бог войны, без разговора убить может, да и Афина мне не простит за шашни с ней.
- Ничего! Ничего! Давай приглашай! Хочу лично познакомиться с ней.
Прибыл Сурен на Олимп. Но не знает, к кому за помощью обратиться. Прямо в лоб не подойдешь к Афродите, Арес не позволит.
 - Она по лесу любит гулять, - подсказал Автолик. – Ты волком прикинься и выскажи свою просьбу.
Сурен в волка рядится, - под Троей такое проделывал. Афродита по лесу гуляет, к ней все звери жмутся; Сурен в волчьей шкуре ластиться и давай тихонько ей петь. Та сначала ничего понять не может, потом прислушалась к русской речи и вникать стала, чего хочет волк.
Узнала Афродита Сурена и вспомнила, что он частый гость на Олимпе, и решила помочь. Но чтобы председатель и Сурен в волчьих шкурах были.
Уговорил герой председателя на такое дело, и они с Афродитой встретились. Одарила она их своей благодатью, председатель после этого долго ходил влюбленным и Сурену дал отдохнуть от бремени подвигов.

115-й подвиг. Похищение статуи Пигмалиона

- Сурен! - обратился председатель к прославленному герою. – Что там за статую сваял Пигмалион, да так здорово, что сам в нее влюбился? Требую в моем саду ее поставить.
- А, Галатея? Афродита оживила эту статую. Оригинал вряд ли сохранился.
- Ничего не знаю! А то самого поставлю тебя вместо нее в парке. Правда, что от тебя толку, та из слоновой кости, усыпанная драгоценными ожерельями, запястьями и серьгами, в роскошных одеждах.
Пошел Сурен на поклон к Афродите, спросил, где оригинал. Перед этим кое-как аудиенции удалось добиться, и только тогда, когда Арес на Земле очередную войну устроил.
Кое-как вспомнила Афродита, о чем Сурен просит, и велела на склад отслуживших артефактов заглянуть. Там должна валяться эта статуя. Сурен так и сделал: склад нашел. Чего там только нет! Решил как-нибудь с Селиком наведаться, наверняка среди завалявшейся рухляди что-нибудь ценное найдется. Галатею кое-как нашел. Действительно, стоящая штучка. Председателю приволок, тот ее у себя в горнице поставил, но видит, крыша начинает ехать от любви к ней, велел в колхозный парк убрать – пусть неженатые трактористы и комбайнеры по ней сохнут, все меньше водку будут пить.

116-й подвиг. Спасти Нарцисса

- Сурен, что там с Нарциссом случилось? Себя полюбил? Это нехорошо так любить, до могилы довел себя. Или, может, кто на него порчу навел? Тебе задание: узнай про это и обереги наших комбайнеров от этой беды, а то они, кроме себя и своего комбайна, никого не видят.
С чего начать, Сурен не знает. В царстве Аида Нарцисса поискать – как-то не хочется. Афродита во всем виновата – ей об этом не скажешь.
- Автолик, выручай, надо правду узнать, кто зелье Нарциссу подсыпал. Считай, детективное расследование.
- Детективным расследованием еще не приходилось заниматься, обычно я подследственным оказываюсь. Но разузнать постараюсь
Три дня Автолик по коридорам Олимпа рыскал, вынюхивал, расспрашивал, что плохо лежит, в карман себе собирал. Узнал, что Нарциссу действительно зелье подсыпали. И кто? Сама богиня любви Афродита за то, что Нарцисс отвергает ее дары, и наказала за это.
- А не глубже ли причина? Ее любовь, Адонис, при неудачной охоте загремел в Тартар, и она с ним может встречаться только раз в году.
- Полгода Адонис в царстве Аида, а полгода живет на земле. Вот в это время Афродита и встречается с ним. Вся природа ликует, когда возвращается на землю Адонис. А нет его, лютует Афродита – в это время ей под руку и попал Нарцисс и еще вздумал ее подарков не принять.
- Значит, все же дело ее рук? Не меньше радости и горя от любви ее сын Эрот приносит.
- Вот она, любовь. А Нарциссу не помочь, он в царстве Аида. На этом и закончим расследование, так и доложи председателю.

117-й подвиг. Суженые для дочери председателя

- Сурен, знаешь, если затронули мы тему любви, надо закончить ее. У меня дочь на выданье. Найди сына Афродиты, пусть он из своего колчана стрелу в нее пустит и в избранника ее.
- А кто избранник? Бери моего сына Вовку.
- Нет! Тогда тебя не пошлешь за подвигами, скажешь: «Не могу, дорогой тесть». Я тут приметил сына Олега Кашкина из Курагино, они свой бизнес в Курагино раскрутили – три магазина. Мне как раз такой зятек нужен, надо же сбывать те богатства, что из командировок ты наволок.
- Есть выполнять задание! – Сурен ответил и в путь-дорогу тронулся. На Олимп богов.
Подступиться к Эроту, как и к Афродите, небезопасно, поэтому он Автолика привлек. Того не берут стрелы Эрота, да он уклоняться от них научился.
- Автолик, давай Эрота в мой колхоз на минутку  пригласи. В этом году выпускницы школы в город лыжи навострили – пусть Эрот в них из своего лука стрелами популяет и в суженых – трактористов-комбайнеров. Смотришь, застрянут они в деревне, а так потеряем их.
Эрота завлечь - дело пустяковое для Автолика. Вот они уже на Земле, в Микенах – вмиг все невесты со своими женихами из лука Амура-Эрота поражены.
- Автолик! Про дочку председателя забыли.
Автолик у Эрота стрелу из колчана выкрал и тут же в невесту Оксану пустил, а после нее она через Вовку прошла.
- Ты что наделал? Вовке надо еще институт закончить! Потом пусть себе жену ищет! - вскипел Сурен.
Как потом выяснилось, Автолик перестарался: Эрот Оксану и ее суженого уже поразил стрелой. Так что у нее то ни одного жениха не было, а то сразу два оказалось. Вот он - вечный треугольник любви. Горе от этих стрел Эрота, да и только. Председателю Сурен не стал говорить, что он на 200 процентов его задание выполнил.

118-й подвиг. Приданое для Оксаны

- Ну, Сурен, нашел жениха для моей дочери. Теперь приданым ее обеспечь, свадьбу организуй, чтобы на свадьбе сама Афродита присутствовала.
- У Афродиты есть помощник для таких дел - юный бог брака Гименей. Он летит на своих белоснежных крыльях впереди свадебных шествий. Ярко горит пламя его брачного факела. Хоры девушек призывают во время свадьбы Гименея, моля его благословить брак и послать радость в жизни.
- Тогда давай его сюда! Да и кузнеца Гефеста пригласи. Пусть он Оксане такое же кресло выкует, как когда-то своей матери Гере.
- Председатель, побойся Бога! Из этого кресла Гера встать не могла, прикованной оказалась. Гефест и смог ее освободить от пут, и то после того, как его Дионис - бог вина - подпоил.
- Ну, тогда пусть что-нибудь другое выкует, например, подкову на ее ворота, чтобы она счастье и богатство ей приносила.
- Это Гефест сможет, если, конечно, уговорим сюда наведаться.
- Сурен, ты уж постарайся. Это твое задание.

119-й подвиг. Земле весну вернуть

- Сурен, в чем дело? Почему у нас урожай упал? Может, с богиней плодородия  Деметрой что случилось?
- Да, богиня грустит, ее дочь Персефону муж ее, бог темного царства Аид, держит у себя.
- Ведь уговор же был, - председатель продемонстрировал свои знания из области жизни богов, - что две трети года будет жить с матерью Персефона, а на одну треть - возвращаться к мужу своему Аиду.
- А сейчас все наоборот происходит. Никто не осмелится сказать об этом Аиду. Вот ее мать, богиня плодородия, и грустит об этом.
- Сурен, знаю, трудное это дело - тянуть бегемота из болота, но тебе придется двигать в царство мрачного Аида и решить этот вопрос.
- Может, через Зевса решить, пусть напомнит условие?
- Давай к Зевсу топай, а лучше к его жене Гере, она быстрее решит вопрос.
Делать нечего. Сурен опять на Олимп двинул, вооружившись новым репертуаром песен. Решил рискнуть, пару вальсов исполнить, романсы спеть. Заслушалась Гера...
- Гера, народ на Земле петь перестал, грустит, земля перестала плодоносить, пшеница не наливается зерном.
- В чем причина? – прикинулась незнающей Гера.
- Царь Аид держит Парсефону у себя подолгу, вот и причина.
- Хорошо, попрошу Зевса, чтобы он восстановил баланс.
И действительно, Аид извинился перед тещей богиней Деметрой, отпустил Персефону на землю, и на ней сразу весна наступила: заколосились хлебородные нивы, зацвели и заблагоухали сады; засверкала на солнце зелень виноградников. Пробудилась вся природа, все живое ликовало и славило великую богиню Деметру и дочь ее Персефону.
Вот так председатель и Сурен благое дело сделали. А Деметра, узнав, что Сурен помог установить порядок между Аидом и Персефоной, дала ему семена пшеницы необычайного сорта, которая колосилась два раз за лето, и хлеб необычайно вкусный стал получаться. Председатель вывел свой колхоз в миллионеры и соседям стал оказывать помощь.

120-й подвиг. На колеснице бога Гелиоса

- Сурен, хочу на колеснице Гелиоса прокатиться! - заявил председатель Никула. - Организуешь?
- Председатель, побойся Бога! – опять Сурен взмолился. - Сын Гелиоса Фаэтон не мог справиться с крылатыми лошадьми, а простой смертный и подавно не справится. Фаэтон чуть Землю не погубил, Зевс спас – молнию метнул, которая и спасла Землю, но Фаэтон погиб, упав в реку Эридан, подобной нашей реке Туба.
- Сурен, не спорь, выполняй, что приказываю, и безопасность мою обеспечь.
Сурен опять отправился к своему дружку Автолику – сыну бога Гелиоса.
- Автолик, знаешь, что мой председатель надумал – на колеснице твоего отца Гелиоса покататься. Можешь организовать? Сам же ты не раз уводил ее у отца со двора.
- Я как раз сегодня хотел покататься. Давай сначала с тобой пару кругов вокруг Земли сделаем.
Сурен опрометчиво с Автоликом в упряжку сел, и что тут началось! Помчались так высоко над Землей, что Суреном овладел неописуемый страх, особенно когда на Землю глянешь, а на поворотах вообще чуть не вылетаешь. Потом успокоился. Для смертного нет ничего прекраснее, чем среди опасностей, ужасов и диких зверей пройти путь. Узок он, если же уклонишься в сторону, то ждут тебя там рога грозного Тельца, грозит тебе лук Кентавра, яростный Лев, чудовищные Скорпион и Рак. Много ужасов на пути по небу. Короче, покатался Сурен и во двор к председателю колесницу с Автоликом направили.
- Никула, садись в колесницу, хотел ты попытать счастья, вот тебе и карета. Но, чур, не бояться – по таким местам полетим, что тебе не снилось. Вылетишь из кареты, тебя никто спасать не будет.
- Но-но, Сурен, руку подай!
Помчался Автолик по небу, вмиг на краю Земли оказались. Председатель глаза закрыл и молит, чтобы быстрее домой его везли. А увидев, что Автолик направил колесницу к Скорпиону, грозящему смертоносным жалом, обезумев от страха, закричал:
- Назад! Назад! Не полезу я больше в эту «дудку»!
 В итоге еле живого его к месту доставили. После этого уже не просил Никула покатать его в упряжке бога Гелиоса.

121-й подвиг. Сурен спасает Землю

- Знаешь, Сурен, мое сердце вещует, что добром может не кончиться наше катание на колеснице Гелиоса.
Сыновья Автолика уже на колесницу поглядывают, шепчутся: не покататься ли им?
- Давай спасай, если Фаэтон чуть не погубил Землю, они точно ее загубят.
Сурен опять отправился на Олимп. Автолик куда-то запропастился. Гелиос занят, да к нему и не подойдешь. Решил к Афине обратиться:
- Афина Паллада, может беда случиться. Сыновья Автолика задумали на колеснице Гелиоса покататься. Им с ней не справиться. Не случилось бы беды, как когда-то с Фаэтоном – Землю чуть не загубил. Тогда положение Зевс спас, а сейчас ни его нет, ни Гелиоса.
- Хорошо, Сурен, что-нибудь придумаю. Но и ты проследи, чтобы колесницу они из гаража не смогли вывезти.
Сурен так и сделал. В гараже заперся, в колесницу забрался и уснул. Очухался, когда уже колесница с сыновьями по небу колесила. Колесила - мягко сказано. Сыновья направили ее прямо к Солнцу. Сурен священной мазью глаза давай мазать, чтобы не опалило их пламя солнечных лучей, и бога молить, чтобы не дал им погибнуть.
Сыновья же радуются, ликуют, торопятся к Солнцу добраться. Кони бьют копытами, пламя пышет у них из ноздрей, легко подхватывают они колесницу. И сквозь время и пространство несутся сыновья Автолика вперед, без дороги, не в силах править конями. Взглянули с вершины неба на Землю, побледнели от страха: так далеко под ними была она. Тьма заволокла их очи, они уже жалеют, что сели на колесницу. Что делать? Уже много проехали, но впереди еще длинный путь. Не могут справиться с колесницей, не знают имен коней, а сдержать их вожжами нет сил. Кругом видят страшных небесных зверей и пугаются еще больше. А кони мчатся по небу. Пламя от близко опустившейся колесницы охватывает Землю. Гибнут большие и малые города, гибнут целые народы. Дым заволакивает все кругом, не видят братья в густом дыму, где они едут. Атлант едва уже выдерживает тяжесть неба. Все на Земле и Олимпе взмолились:
- Неужели должно погибнуть все живое на Земле! Спаси нас, Зевс!
Но не слышит Зевс, отправился он с Гелиосом в другую галактику, нет связи с ним.
Сурен, видя такую беду, решил вожжи в свои руки взять благо видел, как колесницей Автолик правил. Оттолкнул он братьев, натянул вожжи и колесницу сначала вверх направил, чтобы погасить скорость, а потом по касательной - к Земле. Десять оборотов сделал, пока колесницу на Олимп направил, благополучно в гараж въехал.
Все боги бросились к колеснице, давай братьев бранить, что они чуть не погибли и Небо и Землю не загубили. Сурен же в сторонку ушел, чтобы не поняли, что он вместе с сыновьями по небу колесил.
Вот так Сурен Землю спас от катастрофы.

122-й подвиг. Дионис в Микенах

- Сурен, молодец, что спас Землю! Теперь можно погулять. Давай приглашай Диониса в наш колхоз.
- У нас бог вина Дионис без приглашения в почете. Каждый день трактористы и комбайнеры пьяные, и доярки от них не отстают.
- Сурен, ты не забывайся! Мы - передовое хозяйство! И у нас все чинно и благородно!
Отправился Сурен на Олимп. С Дионисом он уже давно знаком, не раз вино попивали на Парнасе. Однако Сурен завязал с зельем, и разошлись их пути. Чтобы не обижать Диониса, решил Селика взять – пусть дружок отдувается.
- Селик, собирайся на Парнас, на встречу с богом вина Дионисом.
- Не, не хочу! Там одно вино будет и никакой закуси.
- Обижаешь! А виноград, всякие фрукты?
- Я рыбки хочу!
- В следующий раз к Посейдону двинем. Кстати, наша задача - Диониса в наш колхоз выманить. Председатель две фляги тайменей с Тридцатых озер на стол ставит. Вот тогда и откушаешь рыбки царской.
- Согласен! – Селик обрадовался.
Прибыли Сурен с Селиком на Парнас. Дионис в окружении нимф восседает, вино потягивает.
- Дионис, что сидишь в окружении небесных творений? Давай на Землю спустимся, а то народ загрустил там.
- Что ж, можно и на Землю. А то я давно там не появлялся. Люди разучились вино по-благородному пить, всё на пиво, водку налегают. Отсюда непотребный вид. Куда наш путь будет?
- Колхоз Микены. Не бойся, там все чинно и благородно. Микены под покровительством богов, которые своих дочерей за трактористов замуж отдают.
- Однако перед тем, как нам направить свои стопы в ваше селение, давай сядем за стол, - объявил Дионис. - На посошок вина моего прошу отведать.
Сели, да так, что два дня пьянствовали; благо Селик выручил – отдувался за себя и Сурена. Но потом и он взмолился:
- Все, не могу, давайте на Землю!
Прибыли они на Землю в колхоз Микены, целую повозку вина с собой прихватили. И загудел народ, никогда такой пьянки и веселья не видел. Мал и велик веселились. Под звуки флейт, свирелей и тимпанов шумное шествие весело двигалось до самого Курагино. Дионис пообещал председателю таких сортов винограда, которые в Сибири будут плодоносить, и народ всегда с вином будет. Отбыл Дионис, а народ все веселится. Наконец, все угомонились. Бросились наверстывать – день летом год кормит, впряглись в лямку, чтобы потом осенью и всю зиму гулять, благо вино от Диониса никогда не кончается.

123-й подвиг. Сурен спасает Диониса

Не везде признают власть Диониса. Часто приходится ему встречать и сопротивление: сухой закон устраивают, вино испробовать жены запрещают и Диониса проклинают. Узнал председатель от Сурена, что тессинские разбойники из деревни Тесь решили Диониса подкараулить и забрать у него власть.
- Так почему ты, Сурен, не выручаешь своего друга?
- Я подневольный, у тебя на службе состою, - прикинулся овечкой. – Без разнарядки колхозного правления никуда ногой ступить не могу.
- Ладно, давай иди и спасай Диониса от тессинских разбойников, дружков, своих собутыльников, с собой возьми.
- Нет у меня таких друзей. Селик и тот трезвый образ ведет.
 Пришлось Сурену Колька с собой брать на Олимп. Колек в обиде на Сурена, что он его жену с кавказцами познакомил, а его самого пешком из Микен до Курагино идти заставил. Однако бухнуть на небесах согласился. Как бы сказал наш друг из Курагино Босс: «Кто откажется от такого!»
Прибыли Сурен с Кольком на Парнас и, как положено, загудели на недельку. Правда, Сурен, зная такое дело, Колька наедине с Дионисом оставил, а сам с Афиной Палладой время проводил.
 И не заметил он, как Дионис с Кольком на Земле оказались. Колек решил Диониса порасспрошать, откуда наскальные рисунки на Шалоболинской писанице. Вот здесь и подкараулили их тессинские разбойники – хотели ограбить Диониса, секрет виноделия выведать.
Хорошо, Сурен успел вмешаться и наказать разбойников, а то бы лишился Дионис своей короны – бога вина - и неизвестно, чем бы все кончилось: народу трезвый образ жизни пришлось бы вести – и не бывать тогда смеха, радости и веселья.

124-й подвиг. Золотые сусеки Никулы

- Сурен! - обратился председатель к своему подчиненному. – Дионис все может. Нам виноградную лозу подарил, от которой вино на всю округу льется. Хочу, чтобы он так сделал, чтобы я к чему ни прикоснулся, золотом становилось.
- Председатель, как бы из этого беда не случилась, - хотел Сурен его остановить.
- Исполнять мой приказ! - закричал захмелевший председатель. – Никаких возражений.
Приказ есть приказ. Сурен отправился опять к Дионису:
- Выручай! Председатель одурел, хочет, чтобы к чему ни прикоснулся, все золотом становилось. Но давай так сделаем, чтобы это заклятие на него пару дней действовало, а потом прошло.
Дионис исполнил  эту просьбу.
Сурен вернулся, смотрит, председатель в своем доме все в золото превратил, гуси и те во дворе золотыми стоят, благо, жена и дочь всю другую живность со двора увели и сами жертвами золотой лихорадки не стали. Председатель уже не в силах: есть хочется, а вся еда золотой становится. И взмолился:
- Сурен, выручай, избавь меня от этой напасти!
- Даешь свободу мне, избавлю!
- Обещаю, Сурен! Обещаю! – клянется председатель.
- Водами подземной реки Стикса клянись.
- Клянусь водами Стикса!
Промурыжил Сурен пару дней председателя и сказал:
- Все, председатель, снимаю с тебя золотую лихорадку. Иди искупайся в Тубе.
Как только искупался председатель, с него сразу порча сошла, а Туба златоносной стала – по всем берегам песок с золотыми песчинками лежит, правда, народ еще не докумекал, что золото под их ногами валяется.
А насчет свободы председатель обманул:
- Нет, Сурен, свободу не могу тебе дать. Но надейся, что случится это. Помоги золотые вещи собрать. Жаль, что мало я вещей в золото переделал. Надо было дом в золото превратить, все пристройки.
Тут жена председателя вернулась, рада, что не опасен муж, Золото по сусекам помогла ему попрятать. Права пословица: муж и жена - одна сатана.

125-й подвиг. Избавление от белой горячки

- Сурен, что случилось? Как только пообедаю, глубоким сном засыпаю. Страшные сны снятся.
- Это тебя бог Пан, друг Диониса, преследует. Дионис тебя вином дарует, а Пан за это наказывает.
- Так вот тебе задание. Попроси Пана, чтобы он не докучал мне. Эликсир возьми у Диониса, чтобы не было похмельного синдрома после выпитого вина, и чтобы не лез ко мне Пан со своими снами.
Сурен отправился на Парнас.
- Что, опять к председателю на веселье? - обрадовался Дионис.
- Нет, друг мой, - отвечает Сурен. – Председателя твой дружок Пан замучил. Страшные сны ему шлет, чертей насылает.
- Белая лихорадка, - Дионис диагноз поставил.
- Надо излечить.
- А вон бог лесов, пастухов, хранитель стад, сам Пан идет.
- А зачем он такое с народом творит?
- А потому, что он козлоногим родился, обидчив очень, и чуть его обидеть, козлом обозвать, он начинает мстить и белую горячку на людей посылает, сны тревожные, чертей.
- Как быть?
- А мы сейчас его развеселим, пару анекдотов расскажем, стопочкой угостим, он сразу добрым станет и нашу просьбу выполнит.
Дионис пригласил Пана компанию на троих составить. Выпили, анекдот Дионис рассказал, и растаял Пан, просьбу Сурена исполнил: избавил председателя от белой горячки, Сурену еще один шаг к свободе обеспечил.

126-й подвиг. За золотишком с друзьями в Египет

- Сурен историю с Прометеем мы знаем. Дал он нам огонь, знания. Правда, претерпел за это от Зевса, который приковал его к скале на Кавказе. Но меня вот что в этой истории интересует. Где горгоны живут, грифы летают с орлиными крыльями и львиным телом, охраняя золотые россыпи? Твоя задача простая: пробраться туда и золотых россыпей поубавить, настолько, сколько бы я поднять не мог.
Это не на Олимп путь, а по морю до Египта, а там по Нилу. Потому Сурен своих друзей пригласил. Нина Михайловна – тетка Виктора Жибо напросилась, Люсьен – одноклассница Жибо, Руслан с Олесей, Любовь Нессова – писательница детективов и одноклассница Сурена. Селика взяли, художник Вовка Щербина – горгон с натуры писать, также в компанию изволил влиться я с ними. Компания собралась разношерстная, жди беды, да еще женщины на корабле. Вышли в море из порта приписки Азов и путь на Египет взяли. Ветер попутный, и мы удачно до Африки добралась. Когда по Нилу пошли, то начались приключения. Селик за борт вывалился, едва спасли от крокодилов. Нина Михайловна решила поплавать. Однако пока плавала, в плен попала: захватили ее мамлюки,  выходцы из России - черкесы, охочие до белых людей, за которых потом выкуп требуют. Вот к ним и попала Нина Михайловна. Благо Сурен кое-что из артефактов: сапоги-скороходы, меч – сам руби с плеч - с колхозного склада захватил, этим воспользовался и Нину Михайловну восвояси вернул, мамлюков-черкесов прогнал.
Так мы с горем пополам в такой компании до долины горгонов и чудовищных грифов добрались - до золотых россыпей. Земля здесь чудесная, но мы знали, какая опасность нас подстерегает, потому Сурен велел всем начеку быть. Однако где там, Селик уже шашлыки жарит и народ к столу зовет, отведать местной пищи – салатов всяких из золотых корешков. Мы на поляне расселись. Один Сурен проявляет бдительность. И точно, вот они, горгоны, на нас огонь из своих пастей начали испускать, грифы сверху пикируют, вот-вот кого-нибудь схватят. Сурен волшебным мечом отбивается.
- Селик! Селик! – кричит он. – Возьми волшебный щит, под ним укройтесь!
И точно, только мы щитом накрылись, как горгоны и грифы прекратили свою атаку. Мы щит, как тент, к ветвям деревьев пристроили и спокойно дальше трапезу продолжили. Правда, уже никто не рискнул из-под щита вылазить. Один Сурен вылазки делает и золотишко таскает.
- Селик, пробуй! Сумеешь мешок поднять?
Селик пытается, но не может.
- Значит, еще надо пять раз постольку.
Сурен еще пять раз сходил и принес золота столько, сколько председатель велел.
Ночь мы провели под тентом, однако грифы никак не дают из-под него выйти. Пришлось соорудить переносной тент-щит – под ним на корабль двигать, на котором еще долго под щитом плыли. Горгоны пытаются корабль спалить, но Сурен уворачивается от их смертельного огня, волшебные стрелы в них одну за другой пускает. Наконец мы из их владений вышли. Вернулись в Микены. Народ благодарит Сурена, что он их с собой взял, каждый в кармане золотого песочку с собой прихватил. Любовь Нессова решила на эти запасы роман под громким названием «Горгоны» издать.
Председатель доволен: мешок золота в хозяйстве не помешает.

127-й подвиг. Второе освобождение Прометея

- Сурен, тебе вот следующее задание - освободить Прометея. Его опять Зевс заковал в цепи за то, что помогает людям. Он много сделал для людей, огонь дал, животных приручил, научил врачеванию, всяким искусствам, наукам. Геракл тогда освободил Прометея. Но вот опять Зевс приковал его к скалам на Кавказе за то, что Прометей открыл дорогу в Космос, на Луну, собирается на Марс – вотчину Зевса - дорогу показать. Так что тебе, Сурен, задание: повторить подвиг Геракла и освободить Прометея.
Опять Сурен подался на Олимп. Однако к кому ни обратится, все отворачиваются, боятся гнева Зевса.
- Долго будешь ты блуждать по Азии. Но нигде не найдешь Прометея. Низвергнут он в бездну, которая страшно далеко под Землей находится, ниже царства Аида. Нет туда пути.
Лишь Афина Паллада решила помочь Сурену:
- Там, где прикован Прометей, каждый день к нему громадный орел прилетает, шумя могучими крыльями. Он садится на грудь Прометея и терзает ее острыми, как сталь, когтями, рвет клювом печень титана. Потоками льется кровь и обагряет скалу. И так каждый день: за ночь заживают раны, и вновь вырастает печень, чтобы днем дать новую пищу орлу. Потому мчись на Кавказ, увидишь в цепях Прометея, сумеешь освободить его от цепей.
Сурен не стал терять время, послушался совета Афины и поспешил в горы на Кавказ. Вот и Прометей прикованный, и тут с ужасом увидел Сурен, как могучий орел метнулся на Прометея и стал терзать его грудь и печень. Но не дал Сурен ему этого сделать. Схватил лук, вынул из колчана смертоносную стрелу, призвал на помощь Афину Палладу, чтобы верней направила она полет стрелы, и пустил ее. Взвилась стрела, и пронзенный орел упал в бурное море. Миг освобождения настал. И сразу принесся с высокого Олимпа быстрый Гермес. И сказал Прометею, что освобождает его Зевс. Когда-то он обещал, если кто из смертных даст свободу титану, то он получит ее. Так исполнилось предсказание, второй смертный после Геракла освободил Прометея.
С тех пор носит Сурен на руке кольцо, в которое вставлен камень от той скалы, где он спас Прометея.

128-й подвиг. Освобождение Надежды из сосуда

Вспомнил председатель, что когда-то Зевс в наказание за благотворительность Прометея, велел кузнецу Гефесту зло выковать в виде прекрасной леди. Гефест с блеском исполнил задание. А Гермес вложил ей в уста лживые и полные лести речи. Назвали боги ее Пандорой, которая должна нести людям несчастье. Вдобавок она с подсказки Зевса сосуд нашла, в котором все зло было спрятано, и открыла его. Вмиг оттуда оно вылетело и по Земле разлетелось, одна Надежда замешкалась и в сосуде осталась. И вот придумал председатель хорошее дело, чтобы Сурен людям Надежду вернул, себе и ему бессмертие обеспечил.
- Сурен, слышал историю с Пандорой, что она из сосуда зло освободила, а Надежду оставила? Так вот тебе задание: сосуд найти и Надежду освободить.
Где этот сосуд хранится, только Автолик мог знать.
- Автолик! Друг! Выручай! Где сосуд с Надеждой спрятан?
- Надежда всегда со мной! Чего мне ее искать?
- Это у вас, у богов, она с вами. У нас же на Земле Пандора ее запрятала в сосуд какой-то. Надо найти сосуд и освободить Надежду.
- На склад готовой продукции пошли! Хотя нет, она где-нибудь среди артефактов, туда и идем.
Порылись среди божьего хлама, нашли сосуд и Надежду оттуда освободили. С тех пор живут люди с Надеждой на успех, чтобы получить образование, наследство и мало ли чего еще – тот же клад найти. Вот оно, доброе дело, которое председатель с Суреном сделали.

129-й подвиг. Сосуд без дна и покрышки

- Председатель, тебя народ хвалит, что ты Надежду им вернул, – решил подсластить Сурен шефу.
- Стараемся, создаем настроение! Однако теперь тебе «сурьезное» задание.
- Что там опять за задание? Ни выходных, ни премиальных!
- Премию тебе выписали, зайди в контору и командировочные на новое задание возьми. А задание… Громадный сосуд, не имеющий ни дна, ни покрышки, ты должен принести. Мужья на своих жен жалуются: непослушны они, перечат, так и лезут на рожон, за кочергу хватаются. Надо им показать, что их ждет, если они мужей не будут уважать.
- И что произойдет?
- Вечно будут воду носить в царстве Аида. Черпать ее в подземной реке и выливать в этот самый сосуд. Вот, кажется, уже полон сосуд, но вытекает из него вода, и снова он пуст. Снова принимаются за работу эти неверные жены, снова носят воду и льют ее в сосуд без дна. Так и длится без конца их бесплодная работа.
- Так зачем его из темного царства Аида сюда волочь? Не легче бочку без дна поставить и задание давать – наполнить ее.
- Сурен, не пререкайся! Дал задание, выполняй его.
Не стал Сурен в темное царство Аида спускаться, достал пустую бочку, которую когда-то в местный пруд спустил, приволок председателю: мол, вот от самого Аида. Поставил бочку председатель, хотел, чтобы жены наполнили ее. Не получилось. Не те в колхозе женщины, чтобы ими мужики командовали. Так что не удался фокус председателю. А Сурен выговор получил, что сорвал госзаказ, премии лишился.

130-й подвиг. Битва с Горгоной Медузой

Призвал Сурена председатель и сказал ему:
- Если ты такой герой, то не откажешься совершить великий подвиг. Сердце твое не дрогнет ни перед какой опасностью. Докажи это, принеси мне голову Горгоны Медузы.
- Хорошо, я добуду тебе голову Медузы, - Сурен молвил, - но как бы ты потом не пожалел.
- Но! Но! Поговори мне!
Отправился Сурен с горгонами биться, да не с простыми, а с самой Медузой. Ему нужно было достигнуть края земли, где царили богиня Ночь и бог смерти Танат. Здесь и жили ужасные горгоны. Все тело их покрывала блестящая и крепкая, как сталь, чешуя. Ни один меч не мог разрубить их, только изогнутый меч Гермеса мог поразить.
Потому Сурен к Автолику подался на Олимп.
- Автолик! Меч Гермеса нужен. С Горгоной Медузой хочу сразиться.
- Трудно будет взять у него меч. Он у него всегда на боку висит. Но попробую ему другой подсунуть на время, он такой же, но волшебной силой не обладает.
Подменил Автолик меч у Гермеса и Сурену вручил:
- Иди сражайся, но смотри, возвращайся, меч надо обратно вернуть, а то мне головы не сносить. Главное, когда будешь сражаться с Горгоной Медузой, ей в глаза не смотри!
Но этого было мало. Сурен с нимфами встретился, которые три вещи дали ему. Шлем властителя подземного царства Аида, который делал невидимым всякого, кто его надевал. Сандалии с крыльями, с помощью которых можно было быстро носиться по воздуху. И волшебную сумку, которая то расширялась, то сжималась, смотря по величине того, что в ней лежало.
Надел Сурен крылатые сандалии, шлем Аида, перекинул через плечо чудесную сумку и быстро понесся по воздуху к острову горгон.
Что он там увидел, в ужас его привело. Громадные медные руки с острыми стальными когтями были у горгон. На головах вместо волос извивались, шипя, ядовитые змеи. Лица с горящими яростью глазами были так ужасны, что в камень обращался всякий от их взгляда. Горе человеку, которого они встречали. Тяжелый, нечеловеческий подвиг предстояло совершить Сурену.
 На помощь явилась Афина. Дала она ему медный щит, такой блестящий, что в нем, как в зеркале, отражалось все, и глаза защищал он от смертельного взгляда Медузы.
Вот и остров горгон. Нестерпимым блеском сверкает их стальная чешуя и золотые крылья. Змеи на их головах чуть шевелятся. Скорей отвернулся, боится увидеть их ужасные лица - ведь один взгляд, и в камень обратится он. На щит Афины Паллады смотрит - как в зеркале отражаются в нем горгоны. Которая из них Медуза? Как две капли воды похожи они друг на друга. Из трех горгон лишь Медуза смертна, только ее можно убить. Задумался Сурен. Тут опять помогла Афина, указала ему Медузу и тихо шепнула на ухо:
- Скорей! Смелее спускайся вниз. Вон крайняя к морю Медуза. Отруби ей голову. Но не смотри на нее! Один взгляд, и ты погиб. Спеши, пока не проснулись горгоны!
Ринулся Сурен к спящей Медузе и сразил ее мечом Гермеса. Спрятал в чудесную сумку, быстро надел шлем Аида и невидимым умчался с острова, пока не проснулись бессмертные сестры Медузы.
По дороге Сурен еще к Атласу залетел, там геройством отличился, потом Андромеду спас от чудовища, еще совершил какие-то подвиги, и все тем же оружием: вытащит из сумки Медузу, направит ее глаза на врагов, сразу те каменными становятся.
Сурен в родной колхоз Микены вернулся. Застал председателя с друзьями за роскошным пиром. Никула не ожидал, что Сурен вернется, он был уверен, что герой погиб в борьбе с горгонами.
- Твое приказание исполнено, я принес тебе голову Медузы. Могу показать!
- Нет-нет! Верю! – закричал председатель, который знал, чем может это кончиться. – В землю зарой и не показывай никому!
Сурен уже сам стал бояться медузы, потому быстро исполнил приказ, далеко упрятал ее. Меч Гермеса Автолику вернул, остальные артефакты припрятал – вдруг пригодятся.

131-й подвиг. Сизифов труд

- Друг мой, – обратился председатель к Сурену. – Вот что я надумал. Пора с Сизифа снять проклятие: катать камень то с горы, то в гору.
- С богами спорить - себе навредить. Сами можем оказаться на месте Сизифа, - начал возражать Сурен.
- Вот и возьми кого-нибудь. Курка, своего дружка, он все равно баклуши бьет в своем колхозе. Раньше хоть пекарню держал, а сейчас с учителкой на гармошке играет, особенно, когда пенсию за работы на Севере получит.
Отправился Сурен к своему дружку Автолику, идти напрямик к Аиду в темное царство, где Сизиф свое наказание отбывает, побоялся.
- Автолик, выручай! В темное царство Аида надо спуститься. Сизифа председатель требует, захотел дать ему небольшой отдых, а за Сизифа вот Курка определим.
- Туда небезопасно спускаться даже мне, но ничего, на колеснице Гелиоса вояж совершим, темное царство светлым сделаем.
- Гелиос не против будет? В прошлый раз он тебя наказал, божьей милости лишил.
- Ради дружбы не на такой риск пойдешь. Да и я давно туда на колеснице хотел спуститься. Готовьтесь! На рассвете выступаем.
Однако вот и утро, а Курка нет, сбежал. Пришлось Селика брать, благо он поутру в парке трудится - подметает парк, которым Ольга Конова командует. Вот и Автолик на тройке гнедых на колеснице Гелиоса. Только заскочили в карету, как кони вмиг в бездну полетели, шум стоит, и темнота сплошная. Однако скоро свет появился, гора и Сизиф за свое коварство и за все обманы, которые совершил на Земле, наказание отбывает. Осужден вкатывать на высокую, крутую гору громадный камень. Напрягая все силы, трудится Сизиф. Пот градом струится с него от тяжкой работы. Все ближе вершина, еще усилие, и окончен будет труд Сизифа. Но вырывается из рук его камень и с шумом катится вниз. Снова принимается Сизиф за работу. Так вечно катит камень он и никогда не сможет достигнуть вершины горы.
- Нет! Не согласен я катить камень! – заартачился Селик.
- Не боись, на одни сутки тебе работа, а потом вознаграждение, до конца дней своих будешь жить безбедно.
- Ну, если так, согласен.
Однако Селик камень и с места не мог сдвинуть, хотел обратно в карету, но не успел. Сурен Сизифа впихнул в карету, и на поверхность помчались. Кто-то за колеса пытается уцепиться – из царства теней выбраться, но где там…
Прибыли на Землю и прямо на колеснице к председательскому крыльцу подкатили.
- А что ты, Сурен вместо Сизифа не остался, ты вон какой герой у нас, вот и катал бы камни с горы на гору.
- Я у тебя, Никула, уже десять лет из пустого в порожнее перекатываю. Все мне свободу обещаешь. А где она?
- Не за горами, Сурен! Не за горами! Ты вон лучше народ созывай да Сизифу праздник устрой. Любил он в жизни погулять, за это и поплатился. Пусть немного отдохнет, погуляет. Кого вместо него оставил?
- Селика.
- Как Селика, он же на полметра не сможет камень в гору сдвинуть?
- Ничего, он жилистый. Норму, за сутки десять раз в гору камень вкатить, выполнит. А больше, конечно, нет, потому Сизифа и надо возвращать.
Короче, погулял Сизиф в колхозе Микены и восвояси его на колеснице Гелиоса с Автоликом отвезли. Селика вызволили. На обратном пути дали ему возможность по золотым россыпям полазить, карманы золотом набить.
Тем и кончилось наше путешествие, очередное задание Никулы.

132-й подвиг. Сурен себя от погибели спасает

- Сурен, вот тебе письмо, - председатель очередное задание дает. - К моему брату Осипу в Курганчики отправляйся. Письмо по старинной этрусской равно старойрусской технологии написано: на двойной сложенной и запечатанной табличке. Не вздумай открывать!
Сурен, конечно, не удержался. Открыл таблички, но ничего понять не может, что за белиберда - какие-то квадратики. Однако интересно, что же в письме, наверное, злой умысел против него. «Не зря председатель так подозрительно на меня смотрел и исподтишка перекрестил», - подумал он.
- Профессор, выручай! - обратился ко мне Сурен. – Ты у нас мастер по кодированию и декодированию. Сложи это письмо, чтобы прочесть можно.
- Давай! – согласился я и сразу к анализу приступил. – Что мы видим? Сетку девять на девять.
- Ну и что?
- А то, что это на магический квадрат наводит.
- Что, прочитать невозможно?
- Если бы нельзя было, то не посылал бы отправитель адресату. Давай повернем на 45 градусов картинку, в ней квадрат выделим 9х9 и в него снаружи по определенному правилу внутрь вставим. Можно это вручную выполнить, однако в наш век к технике обратимся. У меня на ноутбуке в системе «Вектор» можно декодировать. Ввели мы картинку через сканер, в системе «Вектор» ее как барельеф представили, а потом преобразовали: каждый пиксель – точка по магическому свойству на новое место перейдет. Вот и письмо читаемо, в котором всего-то два слова: «Смерть подателю». Надо полагать, это к тебе относится?
- А к кому же! Вот мой благодетель что надумал! За мои-то подвиги! А сколько я ему добра сделал, славы принес, богатства!
- Сурен, а что тебе беспокоиться? Найди, кто бы это письмо отдал в руки. Дел-то. Кольку поручи. А сам проследи, чтобы не произошло убийство.
Сурен так и сделал. Адресат получил письмо и к делу приступил: для начала Колька угостил самогоночкой, а когда тот вырубился, решил нож в Колька вонзить. Однако Сурен, невидимый в шкуре волка, начеку, отвел руку. И так раз десять, только направит Осип нож в сердце Колька, нож мимо проходит. Испугался Осип, к образу Всевышнего пал, давай замаливать грехи свои. Так сорвался коварный план председателя. Сурен от Осипа к Никуле обратное письмо привез и тоже тайнописью написанное - одно слово «Прости». Председатель и сам рад, что так кончилось. Не взял греха на душу.

133-й подвиг. За Пегасом на Парнас

Председатель замолил свои грехи. Однако свой злой умысел решил довести до конца.
- Герой! - обратился он к Сурену. – Вот ты стихи пишешь. За вдохновением к коню Пегасу - покровителю поэтов и композиторов - обращаешься. Тебе задание - привести ко мне в конюшню дивное создание. И не спорить! Заодно с Химерой расправься! Зловредное существо.
Химеру породили ужасный Тифон и исполинская Ехидна. Спереди Химера - лев, в середине - горный козел, а сзади - дракон. Огонь извергает из трех пастей. Никому нет спасенья от грозной Химеры. Одно приближение ее несло с собой смерть. Сурен знал, что только тот может победить Химеру, кто владеет крылатым конем Пегасом.
- Автолик, помоги поймать Пегаса, - как всегда, обратился Сурен к другу за помощью.
- А зачем тебе его ловить! Он у тебя и так пойман. Вон какие стихи пишешь! Песни исполняешь, сами боги тащатся от твоего исполнения.
- Боги что! Вот председатель мне поручил новое задание. К нему в конюшню коня Пегаса поставить.
- Так и поставь пегую кобылу.
- Не могу пойти на подмену. Надо, чтобы настоящий Пегас постоял, а потом мы покажем, что за трудный путь у художника и чем кончается, чтобы председатель запросил: убрать со двора Пегаса!
- Ну что! Трудное это задание, но выполнимое. Отправляйся на Пиренеи, где часто Пегас воду пьет. Там и лови его.
Отправился Сурен в данное место, Пегас как раз  спустился из-за облаков и утолял жажду холодной водой. Сурен хотел сейчас же поймать его, но не так просто. Дни и ночи преследовал коня, но все напрасно, не помогали никакие хитрости. Пегас не давался в руки. Лишь только герой приближался к нему, как тот, взмахнув могучими крылами, с быстротой ветра уносился за облака и парил в них.
Наконец Афина научила Сурена, как поймать Пегаса. Дала ему золотую уздечку и велела накинуть ее на Пегаса. Вскоре к источнику прилетел на своих белоснежных крылах дивный конь. Смело вскочил на него Сурен и накинул на голову золотую уздечку. Долго быстрее ветра носил Пегас по воздуху героя, наконец смирился и покорно помчался, куда ему Сурен велел.
 Быстро домчался герой до мест, где жила Химера. Но не так просто победить ее. Палящий огонь вылетает из трех ее пастей, клубы дыма заволокли все кругом. Высоко взлетел Пегас с Суреном, и с вышины тот одну за другой посылает свои стрелы в Химеру. В ярости билась она о скалы и опрокидывала их; неистовая, носилась по горам. Все гибло кругом от ее пламени. Всюду следовал за ней Сурен на своем коне. Химера нигде не могла укрыться от метких стрел героя, смертоносные, они всюду настигали ее. Убил грозное чудовище Сурен и с великой славой вернулся в Микены.
Председатель обрадовался, Пегаса гладит. Но что такое? Забыл про все дела свои, по ночам стихи пишет, днем в дреме на диване валяется. Хозяйство свое забросил, колхоз в упадок привел.
- Никула, что с тобой? Гони ты этого коня! А то пойдем мы с милостыней по миру, - народ на председателя налегает.
Согласился он с такими доводами, велел Сурену на небо отправить коня – пусть во сне является и нечего от дел отрывать.

134-й подвиг. Сурен спасает Никулу от гнева Зевса

После попытки председателя в искусство податься он с утроенной силой бросился богатство копить. Только и думал, что бы такое Сурену поручить, чтобы ему еще богаче стать. Сурен уже и пожалел, что Пегаса свел с председательского двора. Всем он себя обеспечил. Уже не было на земле никого, кто был бы богаче и счастливее председателя. Неисчислимые богатства давали ему богатейшие золотые рудники, ни у кого не было таких плодородных полей, никому не приносили таких прекрасных плодов сады и виноградники. На лугах паслись громадные стада тонкорунных овец, круторогих быков, коров и табуны быстрых, как ветер, коней. У председателя был избыток во всем. Даже на светлый Олимп, куда не всходит ни один смертный, не раз восходил Никула. Там он пировал за одним столом с богами. От такого великого счастья сильно возгордился. Стал считать себя равным богам. И дело дошло до того, что он часто, возвращаясь с Олимпа, брал оттуда пищу богов, амврозию и нектар, и давал их своим смертным друзьям, пируя с ними у себя в доме-дворце. Даже те решения, которые принимали боги, совещаясь на светлом Олимпе о судьбе мира, Никула сообщал людям; он не хранил тайн, которые поверяли ему боги. Дошло до того, что стал хвастаться, что он сильнее богов. И даже увел золотую собаку у самого Зевса.
Разгневался Зевс. Призвал сына своего, вестника богов Гермеса, и послал его к Никуле потребовать у него возвращения золотой собаки.
В мгновение ока примчался с Олимпа в Микены быстрый Гермес, предстал перед Никулой и сказал ему:
- Хороший ты человек, но зачем похитил золотую собаку у Зевса? Верни и остерегайся навлечь на себя гнев громовержца!
- Напрасно грозишь ты мне гневом Зевса. Не видал я золотой собаки. Боги ошибаются, нет ее у меня, - ответил Никула.
- Ты что творишь? – Сурен в ужас пришел и решил спасать председателя: - Ты же смертный! Разве не знаешь, как наказал Зевс Тантала за подобное. В мрачном царстве Аида несет он наказание. Мучимый жаждой и голодом, стоит в прозрачной воде. Она доходит ему до самого подбородка. Ему лишь стоит наклониться, чтобы утолить мучительную жажду. Но едва наклоняется Тантал, как исчезает вода, и под ногами его лишь сухая черная земля. Над головой Тантала склоняются ветви плодородных деревьев: сочные фиги, румяные яблоки, гранаты, груши и оливы висят низко над его головой; касаются его волос тяжелые, спелые гроздья винограда. Изнуренный голодом, Тантал протягивает руки за прекрасными плодами, но налетает порыв бурного ветра и уносит плодоносные ветки. Не только голод и жажда терзают Тантала, вечный страх сжимает его сердце. Над его головой нависла скала, едва держится она, грозит ежеминутно упасть и раздавить своей тяжестью Тантала. Так мучается Тантал в царстве ужасного Аида вечным страхом, голодом и жаждой.
Услышал Никула про страхи, какие ему грозят, упал на колени перед Гермесом:
- Я собачку Зевса на время взял, чтобы отогнать волков от своих овец, и всё, возвращаю ее.
- Хорошо, Никула. Но больше нет тебе дороги на Олимп богов. А за свой грех ты должен несколько подвигов совершить. Какие, сны и другие знаки тебе подскажут.

135-й подвиг. Победа Никулы на конных гонках

И вот снится председателю сон, что он должен вступить в состязание с могучим царем далекой страны. Царь объявил, что отдаст свою дочь тому, кто победит его в гонках на колеснице. Никула часто хвастался, что ему нет равных в этих состязаниях. Вот боги и поручили совершить ему этот подвиг.
- У меня жена больна, дочь! – пытался председатель увильнуть от задания.
- Никула, провинился, будь добр, исполняй волю богов, - жена подсказывает. – А победишь, ты проклятие снимешь, перестанут женихи Оксаны ни за что гибнуть, после этого она сама себе выберет суженого.
- Ой! Ой! Погибну не за понюшку табака! – стонет Никула.
И тут вспомнил, кто ему помочь может:
- Сурен, тебе задание: победить я должен! Зови на помощь кого угодно: Автолика, Афину-Палладу, Селика, Колька -  но победа за мной должна быть.
Сурен опять к Автолику: выручай!
- Зачем тебе это надо. Пусть сам председатель из этого выкручивается.
- Не могу. Я сильной клятвой повязан. Должен ему подчиняться. Придет время, я свободен буду.
- Ладно, - согласился Автолик. - Я подпругу у царя подрежу. Он на своей колеснице и сойдет с дистанции.
Сказано, сделано. Никула вперед своих скакунов гонит, а царь не может со двора выехать. Короче, победил Никула. Досталось ему невеста, которой велел самой определять жениха.
 Таким образом, спас Сурен Никулу.

136-й подвиг. Похищение Европы

Опять снится сон Никуле, что он должен похитить Европу.
- Что за странный сон мне приснился? - жалуется он Сурену. – Будто я должен Европу похитить. Как я могу ее похитить? Это же  целый континент.
- Европа – дочь одного царя, владения его на краю земли находятся.  Это легендарная Атлантида.
- Это же все легенды. Где мне такую страну найти? Потому, Сурен, тебе задание. Подготовить благодатную почву, чтобы я смог свершить сей подвиг, если уж мне велят боги.
 Сурен опять к Автолику подался:
- Помнишь, мы на край Земли с Никулой на рысаках Гермеса гоняли. Сейчас дальше путь, в Атлантиду. Там надо у их царя принцессу Европу похитить.
- Ну, похитим ее. А что ты дальше будешь с ней делать?
- Это уже не моя забота. Пусть Никула решает. Кажется, у него брат овдовел, вот и будет ему жена.
В это время Европе сон снится, будто похитит ее герой из далекой страны, в центре Земли, и отдаст богатому жениху замуж. Обрадовалась такому знамению. Как-никак засиделась в девках, ждет не дождется, когда украдут ее.
А Сурен ищет быка критского, на котором должен Европу из Атлантиды на материк переправить. Наконец нашел такое плавсредство. Уплатил большие деньги.
Теперь как добраться до Атлантиды? В кассах Аэрофлота никто не знает, где такая страна. Потому опять к Автолику:
- Выручай! Где твои кони залетные?
- Не мои, а отца Гермеса. Придется опять красть у него. Скоро меня за конокрадство погонят с Олимпа. Гермес догадывается, что его кони не всегда в форме.
- Все-все, Автолик! Последний раз!
На колеснице с Автоликом председатель и Сурен захватили критского быка и мигом на Атлантиде оказались и к похищению Европы приступили. Хотя что там было похищать: Европа сама уже заждалась и быстренько на быка уселась. Другие незамужние невесты хотели на спину быка пристроиться, но Европа прогнала их. Бык в воду Атлантики вступил и прямо на Европу курс взял. Никуле оставалась лишь с колесницы наблюдать, как его суженая к нему торопится. И действительно, встретил Никула Европу, когда они до Гибралтара доплыли, велел в колесницу садиться и к своему брату Осипу в Курганчики доставил. И зажила Европа с тех пор в Курганчиках. Три сына родились у нее и Осипа. По всему миру гремела слава этих могучих и мудрых сыновей. Но это потом. А сейчас Никула рад, что сон исполнил.

137-й подвиг. Основание фермы

Опять Никуле сон снится. Будто он должен за коровой следовать и, где она остановится и ляжет, город должен воздвигнуть и Фортуной назвать.
- Город не город, а себе охотничий домик ты давно в Лебяжьем логу построил, - Сурен напомнил председателю. -  Там клинышек в 50 га от всех в секрете держишь. Вот тебе и судьба, вернуть, что колхозу принадлежит, там ферму построить. Коров развести. Кстати, вон и корова. Иди за ней!
Никула так и сделал, велел и Сурену за ним двигаться. Уже миновали 10-ю ферму, а корова все вперед идет. В Лебяжьем логу остановилась, подняла голову к небу, громко замычала, посмотрела на Никулу и Сурена и спокойно легла на травку. Полный благодарности, председатель опустился на колени, поцеловал землю и сказал веско:
- Будет здесь новая ферма!
А Сурену велел тур – памятник заложить.
Однако ничего не дается легко. В близлежащей роще огромный змей свое черное дело задумал, решил отогнать Никулу от этих земель. Кинулся на людей с раскрытой пастью - вот-вот проглотит их. В последнюю секунду вспомнил Сурен, что у него с собой кинжал самого Гермеса, и вмиг все шесть голов змея отсек, правда, вместо них откуда ни возьмись шестеро бодрых, полных сил, «новых русских».
- Это наша земля! Мы арендаторы! Не отдадим ее! – закричали, «пушками» грозясь. – Ты, Никула, сам нам ее продал.
- Вот какие дела, председатель, ты творишь за спиной народа! Государственные земли разбазариваешь!
- Да я их на время в аренду сдал, а аренда уже кончилась.
Пришлось Сурену с «братками» разобраться. Выгнаны они были, и камень новой фермы был заложен. Никула третий подвиг свершил из шести, что ему боги определили.

138-й подвиг. Спасение сородичей

Опять сон Никуле снится. Будто он должен остановить «избиение младенцев» в Микенах. Оказывается, кто-то донес, что не почитают богов в селении. Вот и решили  они наказать: девять лучших мужей и девять женщин должны понести кару.
Никула к Сурену:
- Выручай, герой! Твои друзья в деревне могут пострадать. Разузнай, кто это нас под монастырь подставил. Сон вещий, трагедия вполне может произойти.
Сурен на Олимп богов быстро направился, к Автолику, Афине Палладе с вопросами:
- Чем прогневались благородные труженики Микен?
- Неуважением к нам. Пьянствуют, богохульствуют. Потому и вердикт такой.
- Не могу я допустить такого. Как спасти их?
- Могу посоветовать одно: Аполлон и Артемида будут слепы от мщения. Потому подсунь вместо девяти живых - девять манекенов. Уговори Автолика, чтобы он колесницей правил, на которой Аполлон и Артемида акт правосудия будут вершить. И Автолик так на колеснице должен носиться, чтобы они не могли разглядеть, что им вместо смертных кукол подсунули. Они их и пронзят своими стрелами вместо живых.
Сурен председателю объяснил, что надо делать. Всю неделю трудились, чтобы манекены по полю, как живые, гуляли.
Вот воскресный день наступил, когда экзекуция должна произойти. Девять пар по полю подшофэ гуляют, а с неба Аполлон с Артемидой несутся. Давай стрелять из луков по манекенам. Сурен только успевает за веревки дергать, чтобы они падали и «кровь» – краска из бутылок - лилась, как только в них стрелы попадали. Автолик коней подгоняет, чтобы боги мщения не разглядели, кого они так ловко из луков поражают. Вот так председатель и Сурен своих сородичей спасли: «И волки сыты, и овцы целы». Никуле четвертый подвиг зачтен.

139-й подвиг. Победа Никулы на выборах

 Никуле приснился сон, что народ решил его смести и на его место нового председателя поставить.
- Сурен, народ моего переизбрания жаждет. Узнай, что я сделать должен, чтобы остаться у власти.
- Не все вечно под сенью этого мира. И когда-то это должно произойти.
- Меня не волнуют, что должно, меня волнует, что не должно. Моей отставки и боги не хотят, если мне сон такой приснился.
- Ладно, выведаю у Автолика, что он посоветует, как под тобой кресло сохранить.
Сурен мигом собрался и на Олимп прибыл. Но самого Гермеса встретил и изложил ему проблему.
- Не наше дело решать проблемы смертных. Потому поручаю Автолику решить спор, кому власть в Микенах отдать.
Нашел Сурен Автолика и передал ему волю отца.
- Придется на колеснице ехать, как-никак поручение отца. Садись!
Автолик и Сурен вмиг в Микенах оказались.
- Что за сыр-бор, а народу нет! - закричал Сурен. – Выходи народ, будем председателя выбирать!
Претендентов трое: Никула, из краевого центра хмырь, и из белокаменной Москвы – двуглавый змей.
Однако народ не испугать:
- Не надо нам варягов, своего выберем!
Решили по справедливости: дать власть в Микенах тому, кто принесет колхозу самый ценный дар. Каждому дали по трезубцу, чтобы эксперимент чистым был.
Ударил представитель из краевого центра своим трезубцем в скалу, и из нее забил источник медных монет.
Ударил двуглавый из белокаменной – и из скалы забил источник серебряных монет.
Ударил Никула -  и бараны нескончаемым потоком пошли.
Никула сам испугался, откуда такой подарок судьбы, не зная, что это проделки Автолика с Суреном – они придумали такой бутафорий.
Народ Никулу выбрал, хотя и не любили его многие, но все равно из трех зол выбрали меньшее.

140-й подвиг. Никула вводит жену в искушение

Приснился Никуле сон, что изменяет ему жена Ефросинья.
- Сурен, что делать, посоветуй. По велению богов это шестой сон и я должен подвиг совершить. Только какой? Жену застукать в неверности и наказать или еще что?
- От судьбы не уйдешь. Испытай жену. Я тебе внешность изменю.
Изменил внешность Никула и давай клинья бить к своей же жене. Она ни в какую: «Люблю Никулу». Тут ему на ухо черт шепчет: «Вином угости!». Он так и сделал, жена было отказываться, но и ей черт шепчет: «Выпей!», а сам в вино сыпанул чего-то. Она выпила и стала принимать подарки от гостя, в дом ему предлагает войти. Тогда принял Никула свой настоящий образ и воскликнул:
- Неверная! Я твой муж! Сам свидетель твоей неверности!
Ни слова не ответила Ефросинья. Низко склонив голову, покинула дом и ушла в покрытые лесом горы, решила лучше от голода умереть, чем неверной слыть. Пожалела ее богиня Афина и подарила ей лукошко, чтобы таежные дары собирать и собаку Лайлу, которая охраняла бы ее от всякого зверья в лесу.
Затосковал Никула. Понял, что сам виноват: ввел в искушение жену. Пошел искать ее. Навстречу ему лиса, которая хитра была и в свое логово заманивала вот таких мужей, которые жен обидели. Благо Ефросинья увидела, как ее муж за лисой тащится, натравила собаку Лайлу на нее, мужа спасла и сама показалась ему. Обрадовался Никула и понял, какое тяжкое испытание ему боги послали.

141-й подвиг. Чары снять

Обрадовался Никула, что все шесть подвигов исполнил, и решил, что больше не будет ему испытаний. Нет, опять сон снится. Будто он к сестре жены в Нижние Таяты должен ехать.
- К чему бы это? – спросил председатель Сурена. - Я вроде бы все подвиги совершил.
- Все, да не все! Сколько ты мне говоришь, последнее тебе задание, а потом опять посылаешь. Но скажу, что этот сон тебе пророчит тяжелое испытание. Потому, смотри в оба, не дай злодеянию свершиться.
Через день-другой жена просит Никулу съездить в ее отчий дом и привезти в гости сестру:
- Давно не видела ее!
Поехал он и как только в тестевом доме увидел сестру жены, влюбился в нее без памяти и, вместо того чтобы домой везти, в Лебяжий лог отвез, в охотничий домик.
 Проходит время. Прознала жена, что муж из сестры любовницу сделал и в охотничьем домике под охраной держит. Решила покарать неверного мужа, свою верную собаку Лайлу натравить.
Сурен знал, что такое может случиться, приручил Лайлу его команды слушать, потому не стала она на Никулу нападать. А тут Ефросинья одумалась: решила, пусть перебесится, сам домой вернется, а сестру отцу вернет. Точно спали с Никулы чары, и он сделал, как жена предсказала. Так что, кто здесь испытания понес, жена или муж - непонятно.

142-й подвиг. Лабиринт Минотавра

- Знаешь, Сурен, я очистился, все испытания прошел. Но ты еще должен совершить несколько подвигов во славу нашего колхоза. Давай отправляйся в Афины. Там Делад – знаменитый художник и скульптор - задумал тяжкое преступление: своего ученика Тола, сына сестры, который превзошел его в мастерстве, в пропасть столкнуть.
- Но это же уже случилось, и давно дело было.
- Ты по шкале времени сделай вояж, очутись раньше на мгновение до того, как свершится злодеяние. И привези в наше время этого ученика, пусть он нам ваяет разные чудеса, особенно меня знаменитый лабиринт интересует, который этот ученик придумал.
Отправился Сурен опять к Афине Палладе, она одна знала секреты, как время и пространство преодолеть. Оказался Сурен в нужный день и час в нужном месте, когда суждено трагедии случиться. Он надувную мягкую оболочку подставил. В нее и упал Тол невредимый. «Для того времени он все равно потерянный, а в колхозе Микены еще послужит», - рассудил Сурен.
- Тол, вы там со своим дядькой задумали в старые времена лабиринт знаменитый построить – потом твой дядька, душегуб, там сколько душ загубил. Вот здесь нам в колхозе и воздвигни такой, рабочих у нас в достатке, вон и Сурен поможет, - объявил председатель.
Ничего не оставалось Сурену, как строительный подряд еще взять. Построили они дворец-лабиринт такой, что, войдя в него, невозможно выйти. Никто не хотел туда заходить, поговаривали, что там ужасный Минотавр, чудовище с телом человека и головой быка, поселился.
Председатель все пытался Сурена в лабиринт загнать, однако Сурен отказывался:
- Я подвиг совершил, Тола спас, а Минотавра из лабиринта выпутывать не мое дело, да и все это выдумки – не хочет народ в этом лабиринте досуг проводить, и баста!

143-й подвиг. По пути Икара к солнцу

Никула, однако, вспомнил, что не все еще подвиги перевелись на свете. По пути Икара к небу надо кого-нибудь направить, чтобы крылья свои подпалил. Крылья пусть Тол смастерит. Вот кого на роль Икара выбрать? Сына Сурена? Великоват. Никакие крылья не выдержат. Вот сын брата Осипа, Митька, подойдет.
Сказано, сделано. Тол принялся крылья мастерить, тут же Митька крутится. Только Тол хотел испытать крылья, как он хвать и к небу понесся, прямо к Солнцу
- Стой, стерванец! – кричит Никула. – Крылья подожжешь и на Солнце свалишься.
Митька еще сильней крыльями машет, взлетел высоко под самое небо, ближе к лучезарному Солнцу. Палящие лучи растопили воск, скреплявший перья крыльев, выпали перья и разлетелись далеко по воздуху, гонимые ветром. Взмахнул Митька руками, но нет больше крыльев. Стремглав падать стал со страшной высоты в море и вот погибнуть должен. Однако не случилось беды. Сурен предчувствовал, что это может случиться, поэтому с Автоликом на колеснице Гелиоса на подстраховке за облаками стояли и спасли Митьку – племянника Никулы.
Понял Никула, какой трагедии избежал. Запретил Толу дальше с крыльями баловать, купил дельтаплан с моторчиком – здесь все по последнему слову техники и никакой самодеятельности.

144-й подвиг. Снежный человек Секу

- Сурен, что все ты да ты на подвиги ходишь. Пора сына своего Вовку к полезному делу приучать. Отправь его в Курганчики, да не простой дорогой, а волшебной, по которой одни трудности встречаются.
Жалко свое чадо одного отпускать, но делать нечего, действительно сын должен дела отца принимать.
Привел Сурен Вовку к скале:
- Сын мой, здесь под этой скалой лежат меч и сандалии, которые я в трудных походах добыл. Сдвинь скалу и возьми их, они тебе сослужат хорошую службу.
 Толкнул Вовка скалу, взял меч и сандалии, простился с отцом и отправился в далекий путь, в Курганчики, которые здесь, в этом мире, - рядом, а там за пределами нашего времени, к ним долгий путь. Однако Вовка не внял просьбам отца избрать безопасный путь, решил идти в Курганчики через лес. Встретил он там великана - снежного человека Секу. Могучи были его руки и огромно тело. Ни один странник не проходил безнаказанно через этот лес, Секу всех глушил своей, неизвестно откуда ему доставшей, железной палицей и в бессознательном состоянии возвращал на начало пути. Никто не мог пройти этот лес. Вовка вспомнил, что когда-то Секу его отцу служил:
- Секу! Сурен, мой отец, тебе привет передает и велел пропустить меня и железную палицу дать, на обратной дороге верну.
Пропустил Секу Вовку и палицу ему вручил.

145-й подвиг. Вовка Курка побеждает

Дальше идет Вовка беззаботно. Но в сосновом Шалоболинском бору встретил уже настоящего злодея - сгибателя сосен Курка. Когда-то друг его отца свирепым разбойником стал. Он предавал страшным испытаниям всех путников. Согнув две сосны так, чтобы они касались верхушками, Курок привязывал несчастного путника к ним и вот готов был отпустить, как раздумывал делать это. И так несколько раз, пока путник не терял сознание. Потом оттаскивал его на дорогу, по которой тот свой путь начинал. Однако Вовку не напугать этим. Он самого Курка привязал и чуть было не отпустил согнутые сосны. Взмолился тогда Курок:
- Святая святых! Отпусти меня, Вовка! Клянусь твоим отцом, никогда не вернусь к этому занятию. Домой вернусь, буду на селе трудиться, как все добрые люди.
Отпустил Вовка Курка, сам дальше пошел.

146-й подвиг. Сражение с вепрем

Дальнейший путь Вовка держит в деревню Отрок. Вся местность вокруг опустошена громадным вепрем, порожденным Тифоном и Ехидной. Жители Отрока молили юного героя избавить их от этого чудовища.
Вовка, сын Сурена, настиг свинью и поразил ее мечом, отцом подаренным. Так он очередной подвиг совершил.

147-й подвиг.  Разбойник Мирон

Отправился Вовка дальше. В самом опасном месте речки Сыда, у границ деревни Силкино, там, где высоко к небу поднимались отвесные скалы, у подножия которых грозно шумели пенистые пороги, он встретил новую опасность. На самом краю скалы жил разбойник Мирон. Он заставлял всех, кто проходил мимо, мыть ему ноги. Лишь только склонялся путник, чтобы вымыть ноги Мирону, как жестокий разбойник пинком сбрасывал несчастного со скалы в бурные воды порога, где его поджидала чудовищная рыба – большой таймень, который хоть и не съедал несчастного, но страху нагонял. И вот только Мирон хотел столкнуть Вовку в пропасть, как тот самого разбойника схватил за ногу и сбросил в реку. Пусть с ним позабавится таймень!

148-й подвиг. Схватка с могучим Греком

Недалеко от Красного Тура Вовке пришлось вступить в борьбу с могучим Греком, подобно тому, как и Гераклу пришлось когда-то бороться с Антеем. Могучий Грек на многих страху нагонял, но Вовка, обхватив его руками, сжал, как в железных тисках, и скинул в Красноярское море. Так спас Вовка многих путников, которые могли пострадать от Грека. А сам Грек в Красноярском море раков ищет, подобно: «Ехал Грека через реку, видит Грека в реке рака».

149-й подвиг. Прокрустово ложе Димы

Миновав Красный Тур и приближаясь к долине реки Кинзелюк, Вовка попал к разбойнику Диме, которого называли обыкновенно Прокрустом (Вытягивателем). Разбойник придумал особо мучительное истязание для всех, кто приходил к нему. У Димы-Прокруста было ложе, на него заставлял он ложиться тех, кто попадал ему в руки. Если ложе было слишком длинным, Прокруст вытягивал несчастного до тех пор, пока ноги жертвы не касались края ложа. Если же ложе было коротким, то сжимал несчастного. Вовка повалил Прокруста самого на ложе, которое оказалось слишком коротким для великана, и долго подгонял под него, пока тот не взмолился и не пообещал, что не будет путников истязать.

150-й подвиг. Ликование афинян

Так Вовка незаметно из нашего времени в древнее попал, в Афины, куда Сурен и направил его. Пусть у царя Эгея – по-этрусски Нового - послужит. Царь этот хоть и добрый был, но свою жену, из амазанок, слушался. Ей Вовка сразу не понравился: он напомнил отца его, который ее когда-то наказал. Вот она и уговорила царя отравить их нового слугу, сына Сурена. Царь согласился. Когда сели за стол, царь увидел, что у Вовки сандалии самого Гелиоса, которые тот герою Сурену подарил. Понял Эгей, кто перед ним, обнял его и как с родным сыном стал вести себя, а жену на выселки отправил – пусть там лето на сенокосе потрудится.
Торжественно объявил царь всему своему народу о прибытии сына Сурена, рассказал о великих подвигах отца его и самим Вовкой свершенных во время пути из Микен в Афины. Ликовали афиняне вместе с царем Эгеем, громкими криками приветствовали Вовку – сына Сурена.

151-й подвиг. Освобождение Афин от банды

 Слух о том, что в Афины явился сын Сурена, дошел и до сыновей жены Эгея, которую он на выселки сослал. С прибытием Вовки рухнула их надежда безнаказанно беззаконие творить в Афинах. Решили они силой взять Вовку. Для этого крутую банду сколотили. Однако, зная могучую силу Вовки, придумали следующую хитрость: часть банды открыто на него нападает, часть сидит в засаде, чтобы неожиданно напасть на Вовку. Но тот узнал про коварный план. Юный герой быстро решил, как надо действовать: напал на скрывшихся в засаде и всех перебил; не спасла их ни сила, ни храбрость. Когда бандиты, готовые напасть на Вовку, узнали, что разбита их засада, ими овладел такой страх, что они обратились в бегство. Теперь Эгей мог спокойно править в Афинах под охраной сына своего друга Сурена.

152-й подвиг. Победа над быком

 Вовка не стал жить бездеятельно в Афинах. Он решил освободить их от дикого быка, который опустошал окрестности Марафона. Этого быка привел когда-то с Крита в Микены Сурен и выпустил на волю. Бык убежал и стал с тех пор великим злом для всех земледельцев Аттики.
Бесстрашно отправился Вовка на этот новый подвиг. В Марафоне он встретил старую женщину Гекалу. Она приняла героя как гостя и посоветовала ему принести перед новым подвигом жертву Зевсу, чтобы охранял он его во время опасного боя с быком. Вовка послушался совета женщины и пообещал, что будут дары Зевсу.
И вскоре нашел быка. Бросился тот на героя, но он схватил его за рога. Рванулся бык, но не мог вырваться из могучих рук. Вовка пригнул к земле его голову, связал, укротил и повел в Афины, где и принес голову в жертву Зевсу, а остальное отправил с оказией к своему отцу в Микены. А сам дальше решил дела-подвиги вершить.

153-й подвиг. Путешествие на Крит

Погрузилась Аттика в глубокую печаль. Уже в третий раз прибывали послы с Крита от могущественного царя Миноса за данью. Тяжела и позорна была эта дань. Афиняне должны были каждые девять лет посылать на Крит семь юношей и семь девушек. Там их запирали в громадном дворце-лабиринте, и их пожирало чудовище Минотавр с туловищем человека и головой быка. Минос наложил эту дань на афинян за то, что они убили его сына. Теперь в третий раз приходилось афинянам посылать на Крит ужасную дань. Они уже снарядили корабль с черными парусами в знак скорби по юным жертвам Минотавра.
 Видя общую печаль, герой Вовка решил сам отправиться с афинскими юношами и девушками на Крит, освободить их и прекратить уплату этой дани. Но сделать это можно было, только убив Минотавра. Поэтому и решил Вовка вступить в бой с Минотавром. Как и отец когда-то, решил  помощи просить у богов – у самой богини любви Афродиты.
Призвал он на помощь Афродиту и отправился на Крит вместе с обреченными.  Корабль прибыл к острову, царь Минос встретил их и обратил внимание на Вовку, что это не простой раб, и решил испытать его, стал издеваться над одной девушкой.
- Отпусти, Минос, девушку! – закричал Вовка.
- Отпущу, если ты кольцо из морской пучины достанешь, - кинул Минос кольцо в море.
Вовка, призвав Посейдона, бесстрашно бросился с крутого берега в морские волны. Высоко взлетели соленые брызги, и скрыли волны Вовку.
Все со страхом глядели на море, поглотившее героя, и были уверены, что не вернется он назад.
 А Вовку, лишь только сомкнулись над его головой волны, подхватил бог Тритон и в мгновение ока домчал до подводного дворца Посейдона.
Тот с радостью приветствовал в своем волшебном подводном дворце сына своего друга Сурена, подал ему кольцо Миноса и за стол усадил: угощайся дарами со дна морского. Поел, отдохнул Вовка, и Тритон опять подхватил его и вынес из морской пучины к берегу на то место, с которого он бросился в море. Миносу пришлось освободить девушку и извиниться пред ней.

154-й подвиг. Сражение с Минотавром

Однако впереди главное – предстояло с Минотавром сражение. Но и здесь к герою удача пришла: дочь Миноса в него влюбилась и решила помочь. Дала Вовке острый меч и клубок ниток. Когда отвели Вовку и всех обреченных в лабиринт, Вовка привязал у входа в него конец нитки клубка и пошел по запутанным бесконечным переходам дворца, из которого невозможно было найти выход; постепенно разматывал он клубок, чтобы найти по нитке обратный путь. Все дальше шел Вовка и наконец прибыл в то место, где находился Минотавр. С грозным ревом, наклонив голову с громадными острыми рогами, бросился тот на юного героя, и начался страшный бой. Минотавр, полный ярости, несколько раз бросался на Вовку, но он отражал его своим мечом. Наконец схватил Минотавра за рог и вонзил ему в грудь острый меч. Убив чудовище, Вовка по нитке клубка вышел из Лабиринта и вывел всех афинских юношей и девушек. Испугался Минос, большие почести Вовке устроил, в жены ему свою дочь предложил; бог вина Дионис даровал бочку вина, но Вовка стоек оказался, решил дальше идти, впереди его еще подвиги ждали.
Как когда-то Геракл и его отец, участвовал он в калидонской охоте, в походе в Колхиду, а также против амазонок - везде проявлял себя как герой.

155-й подвиг. Друг Вовки – Пейрифой

 Слава Вовкина до Фессалии дошла, где жило племя воинственных рыцарей, и правил ими могучий герой Пейрифой. Он слышал о великой храбрости и силе непобедимого Вовки и хотел помериться с ним силой. Чтобы вызвать его на битву, отправился Пейрифой в Марафон и там на тучных пастбищах похитил стадо быков, принадлежавшее царю Афин Эгею. Как только узнал об этом Вовка, тотчас пустился в погоню за похитителем и быстро настиг его. Встретились оба героя. Одетые в блестящие доспехи, стояли они друг против друга, подобные грозным бессмертным богам. Оба были поражены величием друг друга, оба одинаково исполнены были храбрости, оба были могучи, оба прекрасны. Они бросили оружие и, протянув друг другу руки, заключили между собой союз тесной, нерушимой дружбы и обменялись в знак этого оружием, Так стали друзьями два великих героя, Вовка и Пейрифой.
Вскоре Пейрифой пригласил друга на свою свадьбу, на которую назвал много героев, в том числе и кентавров. А они были злы на Пейрифоя и решили со свадьбы всех женщин похитить и невесту жениха. Вовка разгадал злой умысел кентавров, и начался бой прямо за свадебным столом. Все служило оружием в этой битве: тяжелые кубки, большие сосуды для вина, ножки сломанных столов, треножники, на которых только что курились благовония, - все было пущено в ход. Шаг за шагом теснят герои из пиршественной залы диких кентавров, но и вне залы продолжается битва. Теперь бьются уже греческие герои с оружием в руках, прикрывшись щитами. Кентавры же вырывают с корнями деревья, целые скалы бросают они в героев. Впереди всех бьются Вовка и Пейрифой. Падают один за другим сраженные кентавры. Наконец дрогнули они, обратились в бегство и укрылись в лесах. Герои победили диких кентавров, немного спаслось их после жестокой битвы.

156-й подвиг.  Невеста для Пейрифоя

Умерла у Пейрифоя молодая жена, и он решил жениться на прекрасной Елене из Спарты, из-за которой весь сыр-бор разгорелся и случилась Троянская война. Но это было потом, а сейчас надо Елену похитить. Вовка дал клятву помогать Пейрифою, потому решился на сей подвиг. Пейрифой уговорил его участвовать в похищении: мол, этого невеста хочет и с ее отцом согласовано. Обряд такой. Однако никакой это оказался не обряд, а преступление. Чуть не погиб Вовка в этой кампании. Где ему только не пришлось побывать: быть прикованным к трону царя Спарты, в царство самого Аида спуститься и вернуть в Афины. Но не закончились его здесь дела, он должен еще совершить десять подвигов. Не только за себя, но и за отца, чтобы получил он свободу и ушел из колхоза Микены.

157-й подвиг. Уйти от славы

Свирепый, громадный кабан опустошал окрестности Афин. Своими чудовищными клыками он вырывал с корнем целые деревья, уничтожал виноградники и покрытые нежными цветами яблони. Не щадил и людей, если они попадались ему навстречу. Горе царило повсюду. Царь Эгей решил устроить облаву и убить кабана. Собрал на эту опасную охоту многих героев Греции. Явился и Вовка. Девять дней пировали собравшиеся. Наконец отправились на охоту. Окрестные горы огласились громким лаем многочисленных свор собак. Те подняли кабана и погнали его. Вот показался мчащийся вихрем зверь, гонимый собаками. Бросились к нему охотники. Каждый из них спешил поразить его своим копьем, но тяжела была борьба с ним, не один охотник изведал силу его страшных клыков. Не миновать бы беды, если Вовка бы не натянул тугой лук и не пустил в кабана острую стрелу. Но в это самое мгновение многие пустили стрелы и копья, и возник спор из-за награды. И началась битва уже между охотниками. Один Вовка удалился с поля битвы: не дело участвовать герою в распрях.

158-й подвиг. Спасение Кипариса

Близ Афин, в долине Светлая Заря, появился олень. Он был доверчив к людям, запросто к ним во двор заходил и поедал траву, которую ему давали. Но больше всех к нему привязался Кипарис, он в нем души не чаял.
Кипарис водил оленя на поляны с сочной травой и к звонко журчащим ручьям; украшал могучие рога его венками из душистых цветов. Часто, играя с оленем, вскакивал юный Кипарис ему на спину и разъезжал на нем по цветущей долине.
И тут Вовка вспомнил историю, что ему в классе учитель рассказывал. В той истории Кипарис случайно убьет оленя и потом от тоски сам сгинет – в дерево превратится. Решил Вовка спасти Кипариса, в нужный момент его стрелу, пущенную невзначай в любимого оленя, отвести щитом в сторону. И точно, случилась эта напасть. Кипарис пустил стрелу, как он думал, в дикого оленя, но тут же понял, что не туда стрела летит.
Ужаснулся Кипарис, думая, что убил своего любимца. В горе хочет умереть, молит Аполлона, чтобы он дал ему возможность грустить вечно об олене, чтобы превратил здесь же его в дерево. Аполлон внял его просьбам, стрелу желаний пустил. Однако Вовка щитом отвел ее в сторону. Попала стрела в какое-то блеклое дерево, которое превратилось в стройный кипарис; как стрела, уходила его вершина в небо. С тех пор кипарис стал символом скорбящих: у дверей дома греки вешали ветвь кипариса по ушедшим в царство теней. Однако Кипариса, сына царя Афин, Вовка спас, и это дело они отпраздновали: бог вина одарил их благородным напитком, а остальное из запасников царя достали.

159-й подвиг. С Орфеем в царство Аида

Случилось горе, жену Орфея – музыканта от Бога - змея укусила, и бог теней Аид к себе ее забрал. В отчаяние пришел Орфей. Не мог он примириться с этой утратой. Долго оплакивал свою любимую, плакала вся природа, слыша его грустное пение.
Вовка, вспомнив рассказы отца, решил помочь ему, вместе с ним спуститься в мрачное царство Аида, чтобы упросить его вернуть жену Орфея. Через мрачную пещеру спустились Вовка и Орфей к берегам священного Стикса.
Стоят они на берегу реки. Как переправиться на другой берег, туда, где находится мрачное царство Аида? Вокруг них толпятся тени умерших. Чуть слышны стоны их, подобные шороху падающих листьев в лесу поздней осенью. Вот послышался вдали плеск весел. Это приближается ладья перевозчика душ умерших Харона. Причалил он к берегу. Просят Вовка и Орфей перевезти их на другой берег. Но отказал им суровый Харон. Как ни молят они его, но слышат один ответ: "Нет!"
Ударил тогда Орфей по струнам своей золотой кифары, и широкой волной разнеслись по Стиксу звуки ее. Своей музыкой очаровал Орфей Харона; слушает он его игру, опершись на весло. Под звуки музыки вошли Орфей и Вовка в ладью; оттолкнул ее Харон веслом от берега, и поплыла ладья через воды Стикса. Перевез Харон Орфея и Вовку. Вышли они из ладьи и отправились в царство душ умерших к трону бога Аида. Увидел Вовка, как грустно здесь, предложил Орфею:
- Играй, Орфей! А то не миновать нам беды!
Заиграл тот на кифаре, приближаясь к трону. Сильнее ударил по струнам и запел: он пел о своей любви к Эвридике и о том, как счастлива была его жизнь с нею в светлые, ясные дни весны. Все царство Аида внимало пению Орфея, всех очаровала его песня. Склонив на грудь голову, слушал Орфея - Аид. Припав к плечу мужа, плакала от песни Персефона; слезы печали дрожали на ее ресницах. Очарованный звуками песни, Тантал забыл терзающие его голод и жажду. Сизиф прекратил свою тяжкую, бесплодную работу. Сел на тот камень, который тщетно вкатывал на гору, и глубоко-глубоко задумался.
Бог Аид понял, зачем здесь герои:
- Хорошо, Орфей! Я верну тебе Эвридику. Веди ее назад к жизни, к свету солнца. Но ты должен исполнить одно условие: пойдешь за богом Гермесом, а за тобой будет идти Эвридика. Но во время пути по подземному царству ты не должен оглядываться. Помни! Оглянешься, и тотчас покинет тебя Эвридика и вернется навсегда в мое царство.
Орфей спешит в обратный путь. Гермес впереди идет, за Орфеем - тень Эвридики. Быстро миновали они царство Аида. Переправил их через Стикс в своей ладье Харон. Вот и тропинка, которая ведет на поверхность земли. Вот впереди забрезжил свет. Хочется Орфею оглянуться и жену быстрее увидеть. Оглянется - и свершится то, о чем  предупреждал Аид, но Вовка  в последний миг успел подставить щит, чтобы не упал взгляд Орфея на тень его жены. Так они благополучно из царства теней выбрались. Только у себя дома Орфей взглянул на жену. И запела его золотая кифара. Вся природа заслушалась дивного пения. Такая сила звучала в песне Орфея, так покоряла она и влекла к певцу, что вокруг него, как зачарованные, столпились дикие звери, покинувшие окрестные леса и горы. Птицы слетелись слушать певца. Даже деревья двинулись с места и окружили Орфея; дуб и тополь, стройные кипарисы и широколистые платаны, сосны и ели толпились кругом и слушали пение; ни одна ветка, ни один лист не дрожал на них. Вся природа казалась околдованной чудесной музыкой. Так что во все времена помнят Орфея. И как они с Вовкой подвиг совершили, жену Орфея из царства Аида вызволили.

160-й подвиг. Вовка спасает Орфея от вакханок

Веселились однажды женщины Афин, справляя веселый праздник Вакха. Однако вакханки, в честь которых и был праздник, решили погубить Орфея – любимца народа. Подкрались к нему, когда он пел, и давай в него камни  кидать. Одна бросила камень, другая. Не могут остановить пение Орфея. Громче раздавались крики вакханок, громче звучали песни, и сильнее гремели тимпаны. Но вот шум праздника Вакха заглушил певца. Окружили Орфея вакханки, налетев на него, словно стая хищных птиц. Градом полетели в певца тирсы и камни. Напрасно молит о пощаде Орфей, но ему, голосу которого повиновались деревья и скалы, не внемлют неистовые вакханки. И быть бы убитым Орфею, но тут Вовка, сын Сурена, почувствовал неладное и на помощь другу пришел, вакханок вмиг разогнал.
И о, чудо! Струны кифары вновь зазвучали так, что боги заслушались дивных мелодий Орфея и в знак благодарности назвали одно из созвездий на небе Лирой со звездой первой величины Вегой. Вот так с помощью Вовки для человечества Орфей был спасен, и звезды получили название.

161-й подвиг. Вовка спасает царя Спарты Гиацинта

Вовка, наблюдая, как Гиацинт, сын царя Спарты, с Аполлоном в метании диска забавляются, вспомнил, что это трагедией должно кончиться. Аполлон нечаянно должен убить Гиацинта диском. Но когда это произойдет, не знал, просто в таких случаях начеку всегда был. Однажды, когда близился уже жаркий полдень, Аполлон и Гиацинт диск кидали. Все выше и выше взлетал к небу бронзовый диск. Вот напрягши силы, бросил диск могучий бог Аполлон. Высоко, к самым облакам взлетел диск и, сверкая, как звезда, падал на землю. Побежал Гиацинт к тому месту, где должен был упасть он. И тут Вовка понял – вот он трагический миг, надо спасать Гиацинта! Упал диск на землю, отскочил и со страшной силой вот-вот на голову Гиацинта должен обрушиться. Вовка в самый последний миг успел щит подставить. Отскочил диск в сторону от Гиацинта. Спас Вовка его от неминуемой смерти и долго Гиацинт еще жил. Народ же помнил, как едва не погиб Гиацинт от рук Аполлона, сохранил память об этом и вырастил алый, ароматный цветок - гиацинт, на лепестках которого запечатлелся стон скорби бога Аполлона. Жива память о Гиацинте, чтят его празднествами в дни гиацинтий.

162-й подвиг. Вовка сражается с циклопом

Громадный циклоп Полиф – сын знаменитого Полифема, с которым когда-то отец Вовки сражался и которого ослепил, увидел однажды прекрасную Галатею, когда выплывала она из волн лазурного моря, сияя своей красотой, и воспылал к ней неистовой любовью. Сгорает от пламени любви Полиф. Забыл своих овец и свои пещеры. Дикий циклоп начал даже заботиться о своей красоте: расчесывает косматые волосы киркой, а всклокоченную бороду подрезает серпом. Он даже стал не таким диким и кровожадным.
Но однажды увидел, как Галатея c Гиацинтом милуются на берегу моря. Словно бешеный бык, вскочил Полиф и закричал громовым голосом:
- Я вижу вас! Хорошо же, это будет ваше последнее свидание!
Испугалась Галатея и скорее в море. Защитили ее от Полифа родные волны. В ужасе ищет спасения в бегстве Гиацинт, простирает руки к морю:
- О, помогите мне! Спасите меня! Укройте!
Услышал крик друга Вовка, сын Сурена, схватил меч, подаренный ему отцом, волшебные сандалии и бросился в бой с Полифом. И вовремя. Циклоп на Гиацинта скалу бросил, которая раскололась и задавила бы юношу. Однако Вовка успел плечо подставить, чтобы друг освободился, и в то же время атаки циклопа отбивает. Помог Вовке меч отца, отступил циклоп и на свой остров удалился.
Вот и Вовке, сыну Сурена, пришлось с циклопом бой принять.

163-й подвиг. За златорунным овном

Услышал однажды Вовка слова прорицателя: "Властвовать над Микенами будет тот, кому принадлежит златорунный овен».
- Не к его ли родному колхозу эти слова относятся? – подумал он.
Править колхозом Вовка не собирался. Однако златорунный овен не помешает в хозяйстве – пусть батя берет бразды правления.
Однако и здесь в этом мире, за златорунного овна идет война, все хотят властвовать. Похитил этого овна Фиест и, зная предсказание, потребовал власти над царством, ведь овен был у него. Разгневался на Фиеста Зевс-громовержец, небесными знамениями дал он понять жителям древних Микен, что нечестивым путем пытается захватить Фиест власть. Изгнали его из Микен. Долго потом шла братоубийственная война, много бы героев погибло, но каждый раз Вовка умело отводил руку переступивших закон. В результате этого царем Спарты стал Менелай – предводитель греков в войне с Троей. Вот после этого и не верь в предсказания. Потому прихватил Вовка златорунного овна и домой отправился. Кончились его подвиги в далеком прошлом и в далекой стране, на родной земле ждут героя. Папка с мамкой соскучились.
«Отдам я отцу златорунного овна, получит он «пачпорт» у ненавистного ему председателя и заживем вольной жизнью в Курагино, которое на красивой реке Тубе стоит, про которую отец уже не одну песню сложил», - подумал Вовка, и вмиг его Автолик, друг отца на колеснице Гермеса в Микены доставил. Обнял герой отца, мать:
- Всё, с вами я! Не надо мне чужих земель и богатств. Вы мое богатство и радость!

164-й подвиг. В Персию за мармеладом

Пока Вовка в себя приходил, председатель не дремал, решил батьку Вовки Сурена отправить на подвиг, пусть косточки растрясет.
- Сурен, видишь, как ловко твой сын с заданием справился. Сколько подвигов совершил, наш колхоз Микены прославил. Однако обнищали мы, Вовка богатств на притаранил. Потому давай отправляйся в Персию. Сия страна во времена древних героев богатой была. Потому, если ты у них часть отнимешь, то они не обеднеют. Можешь своих друзей в экспедицию взять. Это вам не по порогам сплавляться, и с водопадов прыгать, а дело серьезное. Только смотрите, на Александра Македонского не нарвитесь, он вам спуску не даст.
Отправились опять мы честной компанией. Сурен, Селик, Виктор Жибо в этот раз изъявил желание, вместо себя Степаныча оставил, чтоб дом охранял.
- Ну, все берегись Персия! – закричал Сурен. – Виктор Жибо, как когда-то его прадед, парадом командует!
Действительно, с Виктором жизнь закипела. Сборы были обстоятельные, да и по дороге много чего прихватили на наш корабль, на котором мы с порта приписки Азов в путь отправились.
- Виктор, зачем дрова в лес везти, точнее, в Персию?
- Во-первых, не дрова, а мармеладок, эти хоть живые, а в том мире неизвестно с кем будем иметь дело. Это же прошлый век, даже тысячелетие. Таких старушек один Сурен любит.
- Виктор, ты о герое нашего времени осторожно. Он с богами на ты, Автолик у него дружок закадычный.
- Знаем мы его дружков. Сурен уже мышей не ловит, обленился. На старых лаврах успеха почивает.
Так с байками, шуткам и прибаутками мы незаметно времен Александра Македонского достигли и параллельно к его походу пристроились во времени, чуть его опережающем, перед тем, как ему в Персии грабеж устроить.  Тогда мы, что могли, в свой обоз загрузили. Получалось так. Воины Македонского царскую казну вскрыли и хотят из царского дворца сорок тысяч талантов в чеканной монете, а также различную утварь и бесчисленные сокровища забрать. Но не тут-то было, мы перед самым носом у них все к себе прибрали. Это за счет регулирования времени. Причем так действовали, что непонятно, куда сокровища делись. Короче, в Персии мы, таким образом, хорошо порезвились. И опять благодаря Сурену. Это он обратился к Афине Палладе, которая время помогла укротить. Дала посох, с помощью него мы могли во времени и пространстве гулять. Виктор Жибо только успевал короба с дефицитом грузить. Правда, не забывал и царских дочек спасать, которые по истории к солдатам Александра Македонского могли попасть в наложницы или в рабыни.
Порезвились мы, таким образом, во времени и пространстве и удачно в наше время в Микены вернулись. Сурен перед председателем отчитался – два короба сокровищ доставил. Одного пурпура пять тысяч талантов, пролежавшего в сокровищнице тысячу лет, но сохранившего свежесть и яркость, Это было возможно благодаря тому, что краску для багряных тканей изготовляют на меду, а для белых - на белом масле. Виктор Жибо, конечно, и друзей не обидел: всем по невесте, злотому кольцу и по куску парчи. Особенно Степаныч был рад. Ему Виктор за труд по охране его дворца золотые доспехи самого персидского царя подарил:
- Носи, Степаныч! В жизнь не сносишь!
- Зачем мне доспехи? А вот за невесту спасибо! Все в хозяйстве помощь. А вон тех двух красавиц кому?
- Этих двух мы Костану Пепеляеву в Жаровск отправим. Дочки самого царя Дария. Так что заживет наш Костан!
- Плут ваш Костан!
Степаныч не любит конкурента, слава которого впереди него идет после его подвигов во времена написания «Семи дней сотворения мира». Об этом и других событиях во многих манускриптах написано. А сейчас жизнь в Микенах своим чередом пошла. Но время идет, и председатель торопится. Сурена надо опять на подвиги великие подвигнуть:
- Вы почему мало сокровищ у Македонского перехватили? После вас он сокровища и драгоценности из Персии к себе на родину отправил на десяти тысячах повозках, запряженных мулами, и на пяти тысячах верблюдов. А вы одну повозку побрякушек привезли!
- Время и пространство не позволило нам больше взять. Пришлось на себе тащить через порог времени.
- Мало! Мало! Но ничего, у тебя, Сурен, еще есть запас подвигов.
- Стоп, председатель! Еще один подвиг, и чары спадут, я свободным стану.
- Но тогда давай подвиг всем подвигам соверши.

165-й подвиг. Похищение Буцефала у Македонского

Как-то варвары похитили царского коня Буцефала, неожиданно напав на конюхов. Александр пришел в ярость и объявил через вестника, что если ему не возвратят коня, он перебьет всех местных жителей. Но когда ему привели коня и города добровольно покорились ему, Александр обошелся со всеми милостиво и даже заплатил похитителям выкуп за Буцефала. После этого Александр стал беречь  своего коня – от греха подальше на родину отправил. Чем и воспользовался Сурен – подменил Буцефала, оригинал  к себе в Микены направил, а подмену на родину Александра Македонского. Сейчас Алексеевский колхоз потомков Буцефала – породистую породу скакунов выводит, на международных выставках  каждая такая кобыла миллион долларов стоит, а на разных соревнованиях какие деньги гребут – потому не надо Никуле посылать Сурена на подвиги, чтобы богатств он добывал из прошлого.

166-й подвиг. Письмена этрусков

Председатель, конечно, не успокоился. И где-то по бумагам определил, что Сурен еще пять подвигов должен совершить
- Сурен, вот тебе задание. Найти источник, который однажды на глазах Александра Македонского без всякой причины, разлился и вынес из глубины медную таблицу с древними письменами на этрусском языке. Эти письмена Александру многое предсказали. Потому задание - найти этот источник и привезти те письмена, которые он выбросил. Как добраться до этого источника, твоя проблема. Могу сказать, что море должно расступиться, дальше путь твой по лестнице должен идти – по ней в одном месте войдешь, в другом выйдешь на расстоянии тысячи верст за несколько минут.
- Мне не справиться, - начал возражать Сурен.
- Ничего-ничего, справишься. Возьми профессора Валерку Павина-Болотова – он знает секрет, как этрусские письмена читать
- По преданию, сказано, кто прочтет их -  властителем мира станет.
- Македонскому тогда эти письмена Калан – почти, как наш Колек - переводил.
- Калан тогда плохо кончил. Чтобы место властелина мира Александру Македонскому отдать – сам себя на костре сжег.
- Да, сурово! Но вам это не грозит. Не читайте письмена. Сразу ко мне несите. Здесь я их сам прочту.
Доставили мы эти письмена в Микены, однако никто притронуться к ним не хочет, тем более читать. Хотя нет-нет и появляются желающие получить их. Но это другая история.

167-й подвиг. Имя обязывает

Сурен натащил для председателя столько богатств, что тот носил сапоги, подбитые золотыми гвоздями. Но для него все было мало.
- Сурен, как твое имя в миру? Александр? А знаешь, что сказал Македонский воину, которого звали Александр.
- «Твое имя обязывает тебя быть мужественным!» - вот его слова.
- Правильно. Потому и в путь-дорогу тебя направляю.

168. Достать треножник

- Сурен, вот тебе задание. Треножник, что косские рыбаки из моря достали, мне волоки. Предание гласит, что треножник бросила Елена, плывя из Трои, вспомнив какое-то старинное предсказание оракула. Из-за треножника война разгорелась. Наконец, решили треножник отдать мудрейшему. Вот на этом этапе, Сурен, ты и должен вмешаться – себя мудрейшим представить.
- Представить себя несложно, вот только надо это делом доказать?
- Вот в этом и есть твоя задача.
Собрался Сурен в путь-дорогу. Добрался до Спарты: потом Милеты, Фивы, Дельфы – таким его путь за треножником был. В Дельфах Сурен не стал ждать, кому из мудрейших тот попадет. Взял и украл треножник. Благо его овечья шкура при нем была, в которой он мог незаметным стать. Этим и воспользовался, чтобы треножник украсть и в Микены доставить.
Историки до сих пор бьются над тем, куда треножник делся. А никуда – в колхозном амбаре до сих пор в Микенах валяется. Никто не знает, как им пользоваться. Может, он свои чудесные свойства потерял из-за того, что его Сурен выкрал, может, не в то время попал.

169-й подвиг. Гордиев узел

- Сурен, давай-ка отправляйся по следам завоеваний Александра Македонского. Коня ты у него спас, в нашу конюшню поставил. Однако вот Гордиев узел надо развязать. И не так, как твой тезка саблей разрубил, а по-настоящему. Перед экспедицией потренируйся на морских узлах. Вон твоего дружка из морского университета попроси, он научит, как с ними управляться.
- Я его с собой возьму – пусть развязывает.
- Это твое дело. Но скажу, без Автолика вам не обойтись.
- Этот узел сам Македонский не мог развязать. А если кто развяжет, властелином мира станет. Я им не хочу становиться. А развязать мы Селика возьмем, он большой мастер по этим делам.
- Вы узел до конца не развязывайте. Мне принесите – я его и развяжу.
- Хитер ты, однако, председатель!
- Но-но! Разговорчики! Ты мой вассал и будь добр указания выполнять!
- Есть! – отдал честь Сурен.
Короче, собрал он опять своих друзей и в путь двинулся. Нашел Гордия и узел у него попытался развязать. Но не тут-то было – никак не может. Времени осталось до утра.
- Не развяжешь, голову долой, - пообещал Гордий.
Пришлось друзьям в дело вмешаться. Селика запустили, чтобы он Гордия на застолье вывел и выведал, как этот чертов узел развязать. Точно, удалось ему сломать Гордия и после трех бутылок «Конюховки» - из нашего времени приволок - споил Гордия и выведал секрет узла.
Мы этот секрет срочно Сурену передали… И вот узел уже на кончике держится – дерни и развяжется.
- Зови Никулу! – кричит Сурен. – Пусть дернет за этот шнурок.
Утром перед Гордием все предстали - исторический момент перед судьями зафиксировать.
Однако Гордий не дал Никуле экзекуцию над узлом совершить, сам дернул, чтобы, не дай Бог, властелином не стал.
- Вот и хорошо! – воскликнул Сурен. - Хватит нам одного властелина - Александра Македонского!  Пусть за ним слава останется.

170-й подвиг. Стоунхендж в Микенах

- Сурен, вот тебе задание. Построить у нас в Микенах Стоунхендж - каменное сооружение ритуально-астрономического назначения. Подвиг закончить к сентябрю, к празднику урожая.
- Мне не справиться с этим заданием. Надо глыбы вон какие таскать.
- У тебя в подружках Афина Паллада ходит – ее попроси. Опять же друзья у тебя. Вместе и перетащите из каменоломни под Шалоболино огромные монолиты.
- Нет, эти камни не подойдут. Есть на примете на Казыре такие камни, а еще лучше на пике Кинзелюкском. Только как их оттуда взять?
- По легенде, громадные камни, из которых построен Стоунхендж, перенес и установил маг Мерлин, советник легендарного Артура. Вот и сходи по лестнице истории к нему и разузнай или его самого в наше время перенеси. И совершите с ним подвиг.
Сурену в другое время попасть, уговорить кого-то - дело простое. Что он и сделал. Нашел мага и в наше время приволок, в свой колхоз Микены. Мерлин с заданием быстро справился. – за пару дней столько камней с пика Кинзелюкского приволок, что председатель стал продавать эти камни на щебеночный завод в Курагино. Щебенка получилась отменного качества – по всей России на отсыпку железной дороги идет.
А Стоунхендж Мерлин с Суреном построили в горах – там, где дружок Сурена, снежный человек Секу живет. Он и охраняет это сооружение. Но не всем он свой вид представляет, только избранным.

171-й подвиг. За баранами к Хафраанху

 - Сурен, радость! – председатель встретил героя на планерке. - Наши археологи усыпальницу Хафраанха, знатного вельможи, а может, самого фараона, от песка очищают. Из Интернета вычитал. Первые, кто отрыл эти усыпальницы лет сто назад, рассказывали, что на ее стенах много скота изображено:  835 быков и 220 коров, 760 ослов, 2235 коз и 974 баранов. Количество живности подсчитано и выведено цифрами. Поэтому эту усыпальницу Гробницей чисел назвали. Там же на фресках и слова-коды написаны. Кто их произнесет – все стадо может оживить. Вот тебе задание - в наш колхоз эту живность пригнать.
- Как я прочту эти надписи?  Да еще произнести должен. На каком там все языке написано? Многие ученые до сих пор бьются, прочесть не могут.
- Потому и бьются, что не для каждого ума дано. Возьми профессора Павина-Болотова – он специалист по этрусским письменам, и не он ли заявляет, что пирамиды этрусские, то есть  русские строили и надписи на славянском языке сделаны.
- Давай аванс, трудовое соглашение, чтобы его из Владивостока вызвать.
- Какие разговоры, потом пару овец ему выделим, когда все стадо в колхоз пригоните.
 Точно. Вызвал меня Сурен и сразу к делу приступил:
- Валерка, у тебя есть возможность делом доказать, что ты этрусские надписи умеешь читать. Отправляемся в Египет, там надо с одной стены стадо коров и другой живности увести. А то как бы не опоздали. Новые идеи мгновенно по миру разносятся. А для конспирации туристическую группу организуем, которая должна из наших людей состоять. Кто там с нами в Египет к горгонам в экспедиции участвовал? Нина Михайловна, Селик, Руслан с Олесей, Щербина…
- Наберем людей, - соглашаюсь. - Специалистов по эзотерике возьмем.  Двух Владимиров - Вещунова и Иванова, Станислава Кабелева – этот следы цивилизации близ Находки нашел, которая  несколько миллионов лет назад существовала.
- Магов берем, - не возражает Сурен. -  Как с женщинами быть? Мы с ними горе тогда поимели, может,  не стоит брать?
- Тогда мы могли и не брать, а сейчас у нас туристическая группа, потому не можем не взять.
- Понятно. А как будем скот из Египта вывозить? Сколько кораблей надо?
- Ты уж постарайся их материализацию провести через  магию слов, чтобы они сразу в нашем колхозе очутились.
- Ох, Сурен, не нравится мне это дело! Успокаивает только одно, что мы не первые. Кто-то лет сто назад владел этой тайной: раскопают усыпальницу,  возьмут все, что надо, потом опять ее песком засыплют. Главное, сделают описание, что на стенах были такие-то изображения, а когда в наше время очистят усыпальницу, стены пустые оказываются.
- О чем я и говорю, как бы нам к разбитому корыту не явиться. Давай поторапливаемся! Собирай народ - и в Азов на наш корабль.
Толпа обрадовалась. После нашей экспедиции в Египет денежки быстро разлетелись. Любовь Нессова свой роман «Горгоны» так и не издала – издательства большие деньги запросили. Потому сейчас надежда затеплилась - опять золотого песочку из Египта набрать. Селик, тот вообще от восторга прыгает.
- Селик, опять за борт вывалишься? – Нина Михайловна подначивает.
- Обижаешь! Я сейчас через Нил переплыву. Вот ты смотри, как бы тебя мамлюки в плен не взяли.
Короче, взяли мы и Селика, и Колька… Группа из двенадцати человек получилась.
Из Азова на «Арго» мы удачно по Черном морю, Средиземному до Египта и там по Нилу к плато Гизы вышли. Вот он - Большой Сфинкс с ликом фараона Хефрена.  Сурен  в одном из подвигов уже имел дело с ним. Сейчас Сфинкс нас не интересует. Стараемся выглядеть как  туристы, мол, все в новинку нам. Правда, вокруг народ ушлый – копают что-то и на нас подозрительно смотрят.
Плато Гизы разделено между несколькими странами, потому открытия следуют одно за другим. Выяснили, что не рабы строили пирамиды, а вольнонаемные строители, которых было не сто тысяч, а всего две-три тысячи. Откопали поселок мастеров, хижины, следы гавани и канала, подходившего к строительной площадке.  Оказывается, блоки пирамид отливали из местного измельченного известняка (добавляли известь, соль еще что-то), а для внешней отделки использовали материал из каменоломен, что на противоположном от Гизы берегу Нила; а погребальные камеры отделывали привезенным с юга гранитом.  Нам-то это давно известно, но надо же показать, что мы впервые об этом слышим.
Упросили местную администрацию задержаться нам, палатку поставить рядом с нашими соотечественниками, которые как раз усыпальницу Хафраанха откапывали. Пообещали ее за один день очистить, как когда-то Сурен конюшни очистил. Пришлось Сурену опять, не без помощи Афины Паллады, во времени и пространству прогуляться - мага Мерлина, советника легендарного Артура вызвать. Он - мастер громадные камни таскать. С песком также  быстро управился. Действительно, вот она - знаменитая усыпальница! Чего тут только не изображено на стенах! Рыба, зерно, домашняя птица в клетках, несметное количества скота. На одной стене погонщики огромное количество быков, коров, ослов, коз и баранов гонят, как и предсказано было Их число подсчитано и цифрами выведено. Все это  должно стать реальностью для Хафраанха при его воскрешении. На другой стене изображены лодки, на которых он должен прибыть из своего странствия. Жену, дочерей, прислугу и наложниц с помощью магических слов, тут же на картинах написанных, воскресить. Слова на росписях - магические.  С помощью магии слова оживало всё, что изображено. С помощью 99-арканной системы я запросто читаю эти надписи. Вот произносить магические слова пока не решаюсь.
-  Профессор, ты смотри,  не оживи Хафраанха, а то нам не сдобровать, попадем к нему  в рабы, - предупреждает Сурен. - Смотри сколько их нарисовано.
-  А вот здесь богини изображены: Хатхор - владычица сикаморы; Нэйт - открывательница путей, и не дай Бог правильно произнести имена их, как они мигом перед нами предстанут, - объясняю.
- Валерка, - шепчет Селик, – давай лучше магическое действие вон по той картине испытай,  где еда и напитки изображены.
- Это можно. Только кто у нас магические слова произнесёт. Я их прочитал. Вот как по-русски их транскрипция будет? - показываю. - Надо их вслух произнести. Слово за тобой, Сурен. Ты у нас мастер на Олимпе с богинями разговаривать.
Точно, только Сурен произнес написанное мной слово, ожила картина: стол с провизией на середину  усыпальницы выкатился: всё свежее, зелень на столе уложена, будто с огорода Селика.
- Не отравимся? – спрашивает Селик, а сам уже шашлык из барашка за обе щеки уплетает и вином запивает.
- Фараон гарантию дает! – кто-то шутит.
После чего все кинулись пищу пробовать, правда, сначала на вино налегли – как-никак  ему тысячи лет выдержки.
- Профессор, давай вон ту картину оживим, где наложницы фараона изображены, - после перекуса  Селик идею подсказывает.
- Нет! Нет! Сначала дело – с баранами давайте разберемся, - Сурен трезвую мысль высказывает. – Как мы их отсюда выводить будем?
- Баранов в стойло, наложниц на корабль! – кричит Селик, повтряя словаВиктора Жибо, который отказался участвовать в этом деле.  – А скотину пусть Мерлин Манро, - шутит Селик, -  сразу  в наш колхоз перетаскивает.
- Что, Сурен, готовься магические слова произносить, что к нашим стадам относятся. Одно слово к коровам, другое к ослам и так далее.
- Смотри, Кутузов, пардон, профессор, не перепутай! – Сурен мне грозит. – Вон тех богинь да и самого хозяина не оживи!
- Будем стараться, да и ты правильно слова произноси. И боюсь, как бы Мерлин не замешкался на обратном пути из Микен. А то скот нас задавит в этой усыпальнице.
Однако все чисто прошло – вся скотина со стены на скотный двор в Микены перекочевала. Там председатель только успевал их в свой реестр записывать
- Ну что, председателя наказ мы выполнили, пора о своей душе подумать, - опять Селик намекает о сокровенном.
-  Сколько берем? Тут их несколько сот! – смеется Сурен.
- Всех берем! – кричит Селик.
- Оставь хозяину усыпальницы, придет же ему срок ото сна отойти, вон на той лодке  должен приплыть. Я бы мог его сейчас вызвать…
  - Упаси, Господь! - крестится Селик. - Он нас покарает, что мы у него всю скотину увели. Вон разве его изваяние, что в углу стоит. Мерлин, попробуй с места сдвинуть. За ним дверь куда-то ведет.
Мерлин попробовал сдвинуть Хафраанха вместе  с креслом.  Нет, не получается – из цельного камня вытесано и на несколько десятков метров вниз уходит. Поэтому оставили это занятие, не стали проникать и за дверь, что за креслом находится.
Оживили мы три десятка наложниц -  на таком количестве Селик настоял - и на наш корабль их Мерлин перенес. Теперь решили следы своего присутствия замести. Щербина кой-какие сцены надумал восстановить.
- Вовка, смотри барана на трех ногах не нарисуй! - Я Щербину предупреждаю, вспоминая наш опыт работы в совхозе Енисейском в ранней молодости на ниве оформительских работ. Тогда колхозники  возмутились от кощунства, что барана на трех ногах нарисовали. Мы, чтобы не подрисовать ногу (да и краски нужной не было), барана закрасили. И что тут было!  Вся деревня поднялась: куда барана дели? Здесь та же  история. Хафраанх  проснется, а у него все стадо кто-то увел.
- Я всю сцену восстановлю, - Щербина замечает. - Ее на специальную пленку в натуральную величину успел заснять, теперь надо пленку утюгом прогладить. Помогайте!  Селик, костер разожги, чтобы утюг нагреть.
Управились мы: теми же фресками стены покрыли, только они уже волшебную силу потеряли.  Мерлина попросили засыпать немного усыпальницу, чтобы не заметили, что мы тут натворили. Утром сказали нашими соотечественникам, что с работой справились, песок из усыпальницы удалили, и, попрощавшись, на корабль двинули. Селик упросил Мерлина стол с яствами приволочь и сундук с драгоценностями – откопал он все же за дверью Хафраанха. Быстро мы в порт приписки Азов вернулись. Дома же сундук по-братски поделили – как-никак наша заслуга, а не председателя.  Наложниц за молодых трактористов и комбайнеров колхоза замуж выдали, погуляли и по домам разъехались...
 Сурен  после доклада председателю доволен: пока тот со скотом разбирается, с семьей побудет. Вот так состоялся наш самый-самый знаменитый подвиг. Слава, конечно, Сурену. Ну что поделаешь на то он и Херакл.
 

172-й подвиг. Семь вопросов Александра Македонского

- Ладно, Сурен, вот тебе последнее задание, - Никула объявил. - Но сразу скажу, задание сложное. Ты с ним не справишься. В каком классе ты два года сидел? В 4-м. Вот тебе и аукнется все это в этом задании.
- Я тогда в академку уходил.
- Знаем мы эти академки. Короче, отправляйся к самому Македонскому – это он придумал людей умными вопросами пытать.
Как было сказано, Сурену в другое время попасть, как у себя в колхозе на планерку утром сходить. Прибыл в нужный час к самому царю Александру Македонскому. Понял тот, зачем Сурен к нему пожаловал, и сразу к делу: объявил, что, если Сурен даст неверный ответ, убьет его.
- Кого больше — живых или мертвых? – первый вопрос.
- Живых, так как мертвых уже нет, - Сурен отвечает.
- Земля или море взращивает зверей крупных?
- Земля, так как море — это только часть земли.
- Какое из животных самое хитрое?
- Самое хитрое то животное, которое человек до сих пор не узнал, - опять удачно Сурен выкрутился.
- Что было раньше — день или ночь?
- День был на один день раньше, - Сурен вспомнил Костана, который его пред этим экзаменовал как раз на эту тему – о «Семи днях сотворения мира».
- Как должен человек себя вести, чтобы его любили больше всех?
- Наибольшей любви достоин тот человек, который, будучи самым могущественным, не внушает страха.
- До каких пор следует жить человеку? - царь не сдается.
- Человеку следует жить до тех пор, пока он не сочтет, что умереть лучше, чем жить.
После такого ответа Македонский обратился к Сурену еще с одним вопросом:
- Скажи, герой, правильно или нет ты отвечал?
- Один ответ хуже другого? – ответил Сурен, зная, что, если ответит «да», то погибнет.
- Раз так, ты умрешь, - вынес приговор Македонский.
- Но тогда ты окажешься лжецом, царь! Ведь ты сказал, что убьешь меня, если я дам неверный ответ.
Царь удивился, что так удачно Сурен выкрутился, на что тот не без скромности ответил:
- Задающий мудреные вопросы неизбежно получит мудреные ответы.
Вот так Сурен проявил себя. Ответом «Один хуже другого» он вывел царя на другой парадокс: «Казнить нельзя, помиловать!» Помиловал царь Сурена, и наш герой с победой вернулся. С него вмиг оковы проклятий слетели, и он свободу получил: «пачпорт» - иди куда хочешь.

173-й подвиг.  Узнать имя

- Сурен! Когда-то считали, что существует тайное имя безграничной силы, произнеся которое, можно получить власть над всей Вселенной. Демоны, услышав его, дрожат от страха; Солнце и Луна отвращают лики свои; Аид приходит в волнение; реки, моря, озера и ручьи покрываются льдом; скалы рассыпаются в прах. Этому имени подчиняются сами боги.
- Э-э, председатель, наслушался ты разных сказок! Кто обещал не соперничать с богами? Если они боятся произносить это имя, то куда нам смертным?
- Преследуют меня семь ужасных демонов, сидящих в засаде. И мне приснился сон, что я могу справиться с ними, если имя тайное Бога произнесу. Потому отправляйся и, пока не узнаешь тайну, можешь не возвращаться.
Решил Сурен сначала у меня про все это выведать. С Виктором Жибо нагрянули во Владивосток. Надумали из Японии партию велосипедов приволочь: Виктор для продажи, а Сурен трактористок обеспечить - на МТС от дому к мужьям ездить. Однако главное у Сурена - наказ: имя Бога, ограждающее от всяких бед, узнать.
- Профессор, сказывай, что за  тайное имя Бога, которое человеку дает с любым делом справиться?
- Есть такое имя «тетраграмматон» - неизреченное 4-буквенное. В Библии зашифровано. Однако дело не в имени, а как произнести его, чтобы вызвать силы, которыми оно повелевает.
- Давай имя, а потом произнесем, если надо, споем.
- Известно, что оно этрусское, то есть, славяне владели им. Правда, не занимался я этим. Тетраграмматон в системе «Вектор»  - белое пятно.
- Так давай  займись! - Сурен обрадовался. – А мы с Виктором в Японию сгоняем.
Отправил я их в туристическую поездку – пусть на япошек поглазеют, а сам стал Библию изучать, чтобы имя Бога прочитать.
Первое, с чем столкнулся: нужно было ответить на  вопрос: может ли Всемогущий создать камень, который он не мог бы поднять? Ответ вычитал: «Бог может все, что захочет, и Он не обязан исполнять всякую глупость, приходящую в голову человеку». Не глупость ли хотим мы сотворить, чтобы его сакральное имя узнать? Однако определил, что его имя должно из 4-х букв состоять.
Стал подбирать по методу проб и ошибок. Может, Боги (мы - Боги), Яхве, Абб? (Отец). Аббревиатуру от фразы: «Иегова = ? (Альфа) и ? (Омега)», то есть «Первый и Последний», получил три буквы  АИО (???). Иегова на латинице YHVH – считается, это и есть имя Бога. Однако нам надо найти имя на этрусском языке, как Библия подсказывает. Итак, есть четыре имени: Яхве, Бог, Абба и Yhvh.
Вводим  в систему Вектор  по очереди все имена; получаем свертки:
83 72 49 89 = яхве = 14
48 27 51 57 = боги = 14
84 85 12 58 = абба = 11
66 18 63 18 = yhvh = 11
ГКЧП – тоже четыре буквы, но они не священными оказались, потому полное фиаско потерпели.
Свернем все же для сравнения:
14 96 74 28 = гкчп = 13
Так и есть: среди них Иуда оказался, как на «Тайной вечере» - там тоже 13  человек присутствовало.
Кстати, на этрусском языке аббревиатура непонятна. После этого и не верь в магию чисел и слов. ГКЧП – сразу отпадает.
Яхве и Иегова (Yhvh) – по-этрусски не звучит. Остается Абба.
Проверим по-русски:  Абба - Отец.
64 68 89 36 = отец = 55
55 – хорошее число, кстати, слово и этрусский перевод  загадочно выглядят:
 

Кажется, добрался до истины – есть слово, которое председатель произнести должен. Вот оно: Отец. Теперь надо узнать, как правильно по-этрусски произнести.
Тут мои друзья из Японии прибыли. Приключений претерпели - с самим императором Якимото встречались, но пару десятков велосипедов притаранили.
- Сурен, нашел я сакральное слово, - обрадовал я друга. - Теперь твоя задача по времени и пространству прогуляться – к этрускам и  узнать, как произносится оно. Узнаешь и возвращайся, но смотри, не произноси его, а то бед не наберемся.
- Что, опять к подружке  Афине Палладе обращаться? Она временем и пространством командует.
- На Олимпе ты давно не был. Появишься, свой новый репертуар песен исполни - танго, которое мы сочинили. Одни слова чего значат. Спой, Сурен!
- Опять Болотов, пристаешь ко мне, как когда-то на Казыре: «Спой, Сурен, да спой, Сурен!»
Однако запел наш герой. Искрометный припев приведу:

Бульвары в тишине в сиянии огней.
Безмолвствуют суда, погоду торопя.
Пушистый нежный снег кружится в тишине,
Чтоб тихо прошептать, как я люблю тебя.

- Хорошо поешь Сурен, однако на Олимпе нет бульваров, судов и снега.
- Оттуда они всё видят, поэтому поймут, о чем речь идет, - пояснил Сурен.  -  Слова «как я люблю тебя» - вырвут.
Отправился Сурен вдохновленный и через пару дней вернулся.
- Мужики, не поверите! Моя песня на «ура» пошла. Афина слово «Отец», как по-этрусски будет, мне на ушко шепнула.
-  А ты что тогда там долго был?
- Не отпускали. Все песни пришлось исполнить. Два дня гуляли.
- С Дионисом, небось?
- C ним, вас же никого не было на такой случай.
-  Колька надо было брать на дискуссию: «Есть ли жизнь на Марсе?»
Вернулись Сурен с Виктором в Микены. Председателя Сурен научил, как сакральное слово «Отец» произнести. Избавился тот от демонов. Сурену благодарность на правлении вынес. Я, правда, остался без вознаграждения. Виктор, тот хоть бизнес на велосипедах сделал. Одному Сурену слава.
 

174 подвиг. Магический квадрат Сурена–Неруса

- Сурен, что за дела? – председатель давай выговаривать. - В античных дворцах  Рима и Помпеи бываешь! Видишь, что на стенах у них великий магический квадрат Сатор изображен от всяких бед и напастей. А у нас в Микенах нет такого изображения ни в колхозном клубе, ни в правлении,  я уже не говорю о своем дворце.
- Квадрат, который  одинаково читается по всем четырем направлениям?
- Он самый, правда, слова: Sator Arepo Tenet Opera Rotas у нас не действует, я проверял.
- У нас текст должен из русских слов состоять. А лучше из наших - деревенских.  Вот у тебя, председатель, имя Никула – обратно читаем: Лукин, то есть Никула сын Лукина. Видишь как удачно – сразу контур  квадрата Сатор образуется. Дальше слова внутри найти, и будет у тебя защита от всяких невзгод.
- Сурен, у тебя тоже имя обратно читается: Нерус. Вот где истина! Нерус ты, Сурен, – немчура! А все русским прикидываешься.
- Нерус – «новый русский», по-этрусски. И моя фамилия Сураев – русская, от сарая идет – из Сараево, значит.
- В сарае ты вырос, это точно. Ладно, не об этом речь. Вот тебе задание: придумай магический квадрат для защиты нашего колхоза. С профессором, дружком своим поработайте в его системе, а потом  на Олимп к Афродите – пусть она осветит квадрат. Квадрат «Никул–Лукин» разберите. Интересно, что и из твоего русско-этрусского имени получится. Имя боги определяют,  и непросто так.
- Вот если бы еще сверткам по горизонталям, вертикалям  и диагоналям совпадали, то хозяин квадрата мог властелином мира стать.
- Вот и изучай, Сурен, азы нумерологии. Это вам не песни горланить. В качестве вознаграждения вам с профессором  по овце выделю. Забей в смету.
Вызвал меня Сурен из Владивостока, благо, каникулы у студентов.  В мансарду нового своего дома в Курагино поселил. Итернет, персональный компьютер – все по последнему слову техники в наличие предоставил. Объяснил задачу и напутствия дал:
 - Дерзай, профессор!
 Как решить задачу – найти магический квадрат Сатор, понятно.  Сначала  контур магических слов составить, потом середину, крест определить – начинается и заканчивается слово с одной буквы, а потом остальные найти слова, по ним фразу составить. Что тут приходит на ум:
Болот – Толоб  - толоконный лоб ( поп - толоконный лоб)
Щерба – Абрещ - Абрек
Алекс – Скела  - Скала
Сёлик – Килес  - Киллер
Виктр - Рткив
Курок - Корук
Вовка - Аквов
Руслан - Налсур
Видим, оборотка слов на мифологическую тянет. Итак, решаю в системе «Вектор» по цифрам сверток буквы выбирать из соответствующих матриц.
Для Сурена-Неруса сразу магический квадрат нашел. И слова со смыслом, но, главное, свертки по вертикалям и горизонталям равны между собой.
Вот он квадрат:
С У Р Е Н = 99
У К О Ц Е = 99
Р О К О Р = 99
Е Ц О К У = 99
Н Е Р У С = 99

В этрусской транскрипции:
 
Квадрат могущественный. Даже знаменитый  Сатор не имеет одинаковой свертки, тем более - 99. Слова, правда, внутри не совсем понятны, но так и должно быть: метафоричны - ассоциацию других слов вызывают.
Ладно, на Сурене-Нерусе  опробовали технологию, за председателя возьмемся. Название колхоза  «Микены» возьмем за основу.

Тоже есть  квадрат:

М И К Е Н = 33
И К О Н Е  = 55
К О М О К = 88
Е Н О К И = 55
Н Е К И М = 33

Вот в этрусской транскрипции:

 
 

Текст квадрата остается неизменным, как бы вы его ни читали — сверху вниз, снизу вверх, слева направо или справа налево, что и придает ему магическую силу.
Как интерпретировать такой квадрат? В середине – к вершине пирамиды идут 4 дороги и слово «комок» с землей ассоциируется. На вершине пирамиды жертвоприношения и магические обряды совершить. Воздействие квадрата такое же, как у пирамид.
Можно разные хитрые и мелодические текстовые схемы построить, например:
Пахарь Неким с иконой направляется в Микены;
или:
Пахарь Неким с иконой направляется на вершину пирамиды.
- Как должен работать квадрат?
- Смотря, чего ты хочешь. Его распечатать на пергаменте и положить на голову, духи тайно откроют тебе истину о прошлом, настоящем и будущем. Квадраты помогают овладеть знаниями и мудростью, приобрести любовь любого человека, найти клады, включая скульптуру и древние произведения искусства. Он может сделать тебя невидимым, поможет летать по воздуху в виде орла, ворона, журавля; может излечить болезни. Однако мало слов, подходящих под требования магического квадрата. То, что мы  нашли такой квадрат для «Микен», большая удача. С помощью квадрата полная защита твоему колхозу обеспечена.
- А еще, какие свойства у квадрата?
- Можно индивидуальные квадраты построить. Летать по воздуху в образе ворона будешь.
- Ну, это мне не надо. А какими свойствами Сатор обладал?
Его формула:
 
Квадрат был выбит на стенах дворцов в Древнем Риме. Встречается на древних этрусских сосудах и в библиях эпохи Каролингов. «Египетские тайны» рекомендуют этот квадрат для обнаружения ведьм, ибо ни одна из них не может находиться в одном помещении с ним; как средство против колик, запоров, отравленного воздуха и другой порчи. Считается, если формулу Сатор написать на табличке и бросить в огонь, она погасит пламя. В 1742 году в Саксонии было издано распоряжение, чтобы подобные таблички использовались для борьбы с пожарами. Квадрат Сатор может выполнить любое желание. Напиши его слова на пергаменте, носи в левой руке, проси что угодно, и будешь иметь это.
- Однако я пробовал: и написать, и расшифровать, но ничего не получилось.
- Многие пытаются, фразы придумывают. Вот некоторые из них: «Арепо, сеятель (sator) удерживает (tenet) колеса (rotas) своими трудами (opera)». «Сеятель за плугом (агеро), колеса заняты работой».  «Создатель (sator) неторопливо (агеро) сохраняет (tenet) свои творения (opera) в вихревом движении (rotas)». Однако из этого ничего не получилось – время собирать камни прошло. Сейчас надо, чтобы, такие квадраты – богами с Олимпа были освещены.
- Так отправляйся, Сурен, туда. Твой квадрат действует, вот им и воспользуйся, орлом до Олимпа лети!
 Сурен так и сделал. Слетал к Афине Палладе, она мигом квадрат «Микен» магическим сделала. Председатель на стену в правлении повесил. И что захотел, сбывается. Поработали мы и над квадратом Никул-Лукин причем сделали не только квадрат, а куб магический 5х5х5, но это история особая.

175-й подвиг. «Сим побеждай!»

Обрадовался Никула, что с подвигами покончено, решил ревизию в своем хозяйстве навести, по полям проехать. На Лебяжий лог заехал, в охотничий домик, потом на поля выехал, личный клинышек посетил, в 50 га который. И на поле среди ржи колосистой видит знак, подобно тем, которые высшие силы на полях в виде кругов оставляют.

 
      Председатель увидел крест на своем поле «клинышке»

Такое на полях Сурена встречалось, а у него впервые. Знак особенный – в виде Креста Животворящего. Председатель к Сурену:
- Что бы это значило?
- Ответ один. Нагрешил ты, председатель с языческими обычаями, пора в лоно христианства возвращаться. Церковь православную надо тебе строить в колхозе или хотя бы часовенку. Но все равно надо прочитать этот знак. Послание это на этрусском языке, которое наш друг профессор может прочитать.
- Так вызывай его, проезд оплатим, премию выпишем - пару тысчонок.
- В долларах?
- Ну, ты хватил! В рублях, конечно.
Короче вызвали меня в колхоз Микены. Я к делу приступил: что знак означает в этрусском послании.
Знаю, что крест за многовековую историю многим являлся. Например, Константину Великому – царю византийскому крест так предстал:
- В полуденные часы дня, когда солнце начало уже склоняться к западу, - говорил царь, - я собственными очами видел составившееся из света и лежавшее на солнце знамение Креста с надписью: «Сим побеждай!».
В следующую ночь во сне царю явился сам Христос Божий с виденным на небе знамением и повелел по подобию его устроить воинское знамя и употреблять его для защиты от нападения врагов. Константин Великий так и поступил, приказал сотворить такое знамя, которое имело следующий вид: на длинном, покрытом золотом копье вверху поперечник, образовавший с копьем образ Креста. На самой вершине копья венок из драгоценных камней и золота, а на венке знак спасительного наименования: две первые буквы показывали имя Христа, из средины которых выходила буква Р. Эти буквы впоследствии царь имел обычай носить и на шлеме. Нижний конец был весьма длинен, под знаком Креста, на самой верхней части ткани висело золотое грудное изображение царя и его детей. Этим спасительным знаменем как оборонительным оружием всегда пользовался царь для одоления противников и повелел во всех войсках носить подобные знамена. Не потому ли на многих этрусских изображениях встречаем такое копье, а у русских царей скипетр, похожий на такое описание. После этого мать Константина Елена в Иерусалиме на Голгофе раскопала настоящий деревянный Крест, на котором был распят Христос. Этот Крест доселе хранится в Иерусалиме в серебряном ковчеге, хотя некоторые части сего Креста исчезли. Царица Елена отправила часть его сыну своему Константину. Потом многие по частям Крест увозили, однако Крест всегда возвращает свою форму. Так что, чтобы церковь строить, надо часть этого Креста заиметь, тогда церковь будет по-настоящему освящена. Таких чудес было много, и во многих церквах находятся Кресты, считающими истинными.
Однако нам надо прочитать знак, что был послан Никуле. Читать знаки по рисунку, барельефу  или еще по какой-либо пространственной форме, у нас мастер академик РАН Чудинов. Он перстень, найденный при раскопках, прочитал по форме головы изображенного божества.
 
Вот его расшифровка по буквам: перевод с этрусского означает: «Се Гермес – дающий миру скрижали мудрости».
Я не стал обращаться к знаменитому специалисту, а решил сам прочитать это в системе «Вектор». Читать можно по буквам, можно и словами. Первое дает явно однозначную интерпретацию надписи, второй подход - шире, но нужно иметь достаточный запас этрусских слов, который пока ничтожно мал у нас. Поэтому воспользуемся чтением по буквам.

 

Вот что получилось (см. также рисунки) при прочтения по узлам:
в цифрах:
25 26 36 37 47 46 66 65 45 44 34 35;
в буквах:
мнцчаярпюэфх
На современном языке малопонятно. Можно между согласными гласные вставить, как это принято на старославянском языке, но тоже будут догадки.
Однако смотрим, что будет в этрусских знаках:
Вводим во 2-ю строку (МК=1, код =3) буквы по отдельности
м н ц ч а я р п ю э ф х
Получаем свертки в цифрах и те же буквы (так должно быть):
62 63 73 37 11 46 29 28 45 81 34 35 = мнцчаярпюэфх = 14.
Графически и в этрусской транскрипции:

 
Можно свертку на этрусском получить в 26-буквенном алфавите (некоторые время этрусские имели такое количество букв), хотя в систем «Вектор» это количество букв предусмотрено для перевода с английского на этрусский. В этом случае надо сразу вести и распознавание на английском.
В старославянской Шубина-Абрамова надпись прочитаем. Для однозначности используем 999-арканную свертку. Для чего и распознавание должно быть в это системе исчисления.
Вот цифры
255 257 357 361 431 427 687 685 425 421 351 355.
И буквы:
жиилсогбмигж
Здесь что-то уже читается.
Однако введем с пробелами это слово во 2-ю строку (МК=0, код=9) и получим свертку по цифрам и буквам:
955 394 277 797 867 527 251 248 625 677 987 755 = жиилсогбмигж = 615.
Совпадение по буквам подсказывает, что действия выполняются правильно.
Графический код и  этрусская транскрипция (рис. слева).

 
Графический код и старославянская транскрипция (рис. справа).
Рисунки могут не совпадать, однако имеются совпадения  цифрового и буквенного эквивалента.
Транскрипция на этрусском может быть получена и на 26-буквенном алфавите.
Как видим, транскрипция символично начинается и заканчивается  знаком «крест» - это уже о чем-то говорит.
Председателю действительно в своем колхозе Микены надо православную церковь строить, пора отходить от языческих штучек.
После этого Никула построил церковь в Алексеевке и уже ни Сурена, ни его сына на подвиги не посылал. Только вот друзья подговаривают Сурена еще за подвигами двинуть – разные времена истории  посмотреть, да и себя показать.


173-175-й подвиги (с картинками здесь)

Резюме
Описаны 175 подвигов Сурена и его друзей. Им для славы, мне для нумерологии: в зависимости от ФИО человек должен подвиги совершить. По два с лишним на каждое число 99-арканной системы. Тогда на одну и туже букву будет выпадать тот или иной подвиг, который должен совершить человек в своей жизни. Кроме трех основных: посадить дерево, построить дом, вырастить сына вот еще по буквам свертки ФИО -  подвиги вас ждут в жизни.

Словарь античности:
http://www.ancientrome.ru/dictio/sa/