Владимир ЩЕРБИНИН

Рассказы

Владивосток
2007
 
Владимир Щербинин. РАССКАЗЫ. – 2007. – 48 с.

Редактор В. Вещунов
Компьютерный набор и верстка В. Болотова

ISBN 5-94185-015-X

© В. Щербинин, 2007
© Морской государственный университет
    им. адм. Г.И. Невельского, 2007



Содержание
 
Федор Мешков 
Карлыч 
Юлька 
Поездка из Магистрального в Иркутск 
Улицы Иркутска 
Люди из «Клетки» 
Рыночная стихия 
Микрорайон Солнечный 
В Грузии 
Пианистка 
Знакомство 
Голодовка 
Остров Ольхон 
Безалкогольная свадьба 
Хандра
Кто и как спит ночью 
Алёнка 
Иркутские проститутки 
Мистический рассказ 
Отец 
Бочка с водой 
Воспоминания 
Памяти друга 
Сбор жимолости 
Людмила 
Мысли о женщине, которую никогда не видел 
Курагинские кореша 
Художник Димура 
Как мы плавали к практиканткам 
Воры и мошенники

 Фёдор Мешков

На днях зашел к своему знакомому Николаю, что живет в части деревянного дома со своей женой Нэляшей.

День был по-весеннему теплый, хотя до Нового года оставалось не более десяти дней.
Во дворе залаяли собаки, оповещая, что пришел еще один гость.

В комнатёнку вошел небольшой старик-бурят лет семидесяти, в очках. Обращало на себя внимание его пальто, сшитое из добротного армейского сукна. Из такой ткани в армии шьют шинели для офицеров.
Старик подал руку, представился, что зовут его Фёдором Мешковым, разделся и сел за стол. Нэляша налила чаю, и мы продолжили беседу.

Фёдор был коротко подстрижен, по-армейски подтянут и аккуратен. Он стал сетовать, что отдал сто пятьдесят тысяч рублей зятю своей гражданской жены, с которой проживает уже девять лет. Переехал в Иркутск из Улан-Удэ, а зять оформил дом на себя, и ныне его выгоняют из дома, хотя он там прописан. В милиции его слушать не стали, а отправили в суд. Я спросил Фёдора, почему у него такая фамилия и откуда у него такое пальто. Он ответил, что родился в Иркутске, где многие буряты обрусели и носят фамилии Ивановых, Сидоровых и Мешковых. Это там, за Байкалом, Базарсадыковы и Топхаевы. А пальто сшил из сукна, которое выдавали им в армии. Служил в Риге, где и окончил авиационное училище, но затем перебрался обратно в Сибирь. Дети его живут в Улан-Удэ. Он оформился в дом престарелых, но гражданская жена позвала его к себе, переехал к ней, да вот случился такой казус.
Провожая меня, Фёдор вышел из дома. Яркое солнце освещало его короткие седые волосы, глубокие морщины на мужественном лице. Глядя на меня усталыми глазами через стекла очков, он сказал, что люди стали хищниками, а мы еще, может быть, встретимся.

23.12.2006 


Карлыч

Волей судьбы мне пришлось работать у водных путейцев – так иногда называют тех, кто обеспечивает безопасность и необходимые условия для судоходства: расчистка русла рек, установка указателей для движущихся судов...

На этом предприятии я познакомился с инструментальщиком Карлычем. Это крупный человек, похожий на борца; так оно и оказалось – в молодости он занимался борьбой. По национальности Карлыч – немец. В начале войны его с родителями, как и других немцев Поволжья, выселили в Казахстан, где он испытал много лишений.

Карлыч любит свою работу – все инструменты у него находятся в хорошем состоянии, на своем месте.
Страх получить проблемы из-за своей национальности он сохранил на всю жизнь – впечатления детства живучи, часто уходят в область подсознания.

Карлыч с грустью говорил, что настоящее его призвание быть моряком, но из-за возраста работает инструментальщиком.

(На обед он часто покупает консервированную фасоль.)

27.12.2006 


Юлька

C Юлькой я познакомился около шести лет назад – это была полногрудая, розовощекая деревенская девица семнадцати лет от роду.

Мы вместе ходили на пляж, в гости к моим знакомым, пили вино, пиво. По окончании школы она поступила в педагогический институт, но после первого курса его бросила и не знала, чем заняться. Болталась по остановкам, знала всех кондукторов и водителей троллейбусов и мечтала устроиться кондуктором, но частые пьянки и безалаберный образ жизни были препятствиями для воплощения этой заветной мечты.

Вышла замуж за иркутского парня (говорила, что у него есть справка о нарушенной психике, что справка липовая, полученная для того, чтобы получать льготы). Ребенок их был предоставлен сам себе. Кончилось тем, что родители Юльки через суд лишили свою дочь материнства и забрали внучку в деревню на воспитание.

После рождения ребенка Юлька заметно изменилась: бабочка превратилась в куколку. И без того крутые бедра стали еще круче (она с трудом проходит в межкомнатные двери моей квартиры), плечи – еще шире (говорит, что это в отца), пышет здоровьем. О таких на Руси говорили, что «коня на ходу остановит и в горящую избу войдет». Одним словом, вылитая кустодиевская героиня.
Юлька иногда дает о себе знать неожиданным телефонным звонком, но, вспоминая неприятный запах ее тела, грибковые заболевания на ступнях ее ног, под всякими предлогами уклоняюся от этих романтических встреч. Что, прочем, не помешало мне выполнить несколько работ с ее натуры в стиле ню.
 

28.12.2006 

Поездка из Магистрального в Иркутск

В Магистральном я был недолго – приехал на Новый год к своей дочери Дарье. Она живет там третий год в своей новой семье. Магистральный – это поселок, который был образован в результате строительства БАМа.

На станции стоит несколько пятиэтажных благоустроенных домов; в самом поселке – деревянные дома, магазины, школы. Одним словом, вся необходимая инфраструктура. Перед взором открывается красивая панорама – бесконечная гряда горных хребтов, покрытых хвойным лесом. Все это завалено девственно белым снегом. По поселку то там, то здесь бегают собаки, редко встретишь жителя. Чистый воздух и звенящая тишина в ушах преследуют тебя повсюду. Водка дорогая, самая дешевая – 120 рублей бутылка.
В Иркутск добирался на микроавтобусе. Выезд был назначен на 8 часов утра, еще не рассвело. Ночью ударил мороз, градусов тридцать, по местным меркам небольшой, но водитель беспокоился, что можем в горах заморозить солярку (там холоднее). Из темноты неожиданно вышли пассажиры, набралось человек семь. Заняли места в салоне и отправились. В начале пути попадались разрозненные участки леса, очень редко – небольшие полузаброшенные деревеньки, пустые дома тоскливо смотрели темными глазницами оконных проемов без стекол и рам.

Водитель сказал, что начинается дорога в горы и продлится она километров тринадцать. Через некоторое время начался крутой подъем, вдоль дороги стояли вековые ели, кедры, сосны. Не только крона деревьев, но и стволы были в снегу. Где-то далеко из-за горизонта поднималось солнце, его лучи проходили через снежные шапки этих гигантов, зимний лес засверкал, посыпались искры, вся эта снежно-световая паутина меняла представление о привычном восприятии среды. Ты словно оказался в сказочном мире, даже самое буйное воображение вряд ли могло нарисовать  подобную картину.
Но вот горный участок пути закончился, мы спустились в русло Лены. Дорога шла в основном по левому берегу реки – здесь открывалось другое зрелище. Местами берег состоял из слоеного камня и поднимался на большую высоту. Время и стихия сотворили причудливые фигуры, пещеры. Казалось, что в этих местах время остановилось.

Уже часам к 7-ми вечера, когда уже стемнело, над дорогой показалась большая вывеска «Иркутск».

07.01.2007 


Улицы Иркутска

Сегодня пришлось побродить по Иркутску. Мороз, белая мгла. Солнце запуталось в ватных облаках. Город еще не отошел от праздничного похмелья. Настроение плохое (может, утром переел за завтраком).

Бросались в глаза названия улиц. Любили раньше градоначальники воспевать революционное былое: улица Желябова, Пролетарская, Декабрьских событий, Бабушкина, Марата, Польских повстанцев, Красноармейская, Халтурина, Володарского, Октябрьской революции, Урицкого, Литвинова… Этот барабанный бой можно продолжать, и продолжать и всё это в центе города.

Вот стоит дом на улице Польских повстанцев, в нём жила моя знакомая, с которой я лет тридцать назад крутил любовь. То была хрупкая девушка из семьи преподавателей вуза, иногда мы с ней делали пробежки по набережной Ангары.

Не успел я вспомнить это, как увидел её. Она шла из магазина с покупками, солидная дама в норковой шапке. Сделала вид, что не узнала меня.

Вот дом на улице Декабрьских событий. Здесь жила моя знакомая художница. Я как раз в то время развелся и с мешком картошки перебрался к ней на временное проживание. (Сейчас она живет в Омске.)
Вот дом на Пролетарской. Здесь в тесной комнатушке коммунальной квартиры жила спортсменка Лена. Моё жилье находилось недалеко.

Вот дом на улице ...

Революционные названия улиц у меня вызывают совсем другие ассоциации.

08.01.2007 


Люди из «Клетки»

Сегодня ночью позвонила Люция и спросила, может ли она приехать в гости со своей новой подругой, с которой познакомилась в «Клетке». Тем более, что сегодня у нее день рождения и идти им некуда. «Клетка» – это ночной клуб, где собираются представители нетрадиционной ориентации (или, по-простому, лесбиянки и гомосексуалисты) да, может, еще любопытные...

...Люция училась в физкультурной академии. Ей двадцать один год, и она двойной ориентации. Но за объяснения в любви не только к сокурсницам, но и к преподавательницам на дипломе её завалили. Теперь она будет сдавать экзамен в этом году.

Люция занимается аэролифтингом (силовой гимнастикой), у неё спортивная фигура, круглая упругая попка. У себя дома показывала мне медали, полученные на соревнованиях.

С Люцией легко общаться, она не ревнует, с ней можно обсуждать любые темы, кроме того, ее подруги охотно мне позируют (о них, я может быть, расскажу в следующих рассказах). Свои любовные неудачи Люция переносит бурно и эмоционально: вскрывала себе вены, пыталась выбросится из окна с четвёртого этажа (это было окно моей квартиры), несколько раз приходила ко мне в слезах, рассказывая мне о своих страданиях. Но она быстро забывала неудачи и строила новые планы.

Её новой подругой оказалась студентка Наташа, с короткой стрижкой чёрных волос, милым личиком и подозрительным взглядом. Выделил им постель, они были изрядно поддатые, быстро разделись и уснули в крепких объятиях друг друга; вскоре раздался их дружный храп.

Утром сварили суп с грибами, пили ячменное пиво. Мне была интересно, что за человек –новая подруга Люции. Наташа сказала, что ее ориентация проявилась в пятнадцать лет. На вопрос, видит ли она во сне эротические сны с мужчинами, ответила утвердительно, но наяву мужчины ее раздражают. А как будущее, семья? Ответила, что родит ребенка и сама его воспитает. Мало ли семей без отца. Заметив небольшие утолщения на кистях ее рук, характерные для тех, кто занимается каратэ, я спросил, не увлекается ли она этим видом спорта. Наташа удивилась, подтвердила мою догадку и сказала, что может за себя постоять.

Телефонный звонок прервал нашу беседу, на другом конце провода напомнили о предстоящей деловой встрече, надо было спешить. Девушки быстро навели макияж, собрали свои вещи.

На лестничной площадке мы заметили укоризненный взгляд соседки.

Мне почему-то их жалко: нет, чтобы измениться и быть как все, Люция же считает, что она такая есть, это внутри неё.

22.01.2007 


Рыночная стихия

Регулярно отправляюсь на центральный рынок за продуктами и впечатлениями, это для меня что-то вместо театра. Во-первых, покупаю свежие продукты, а во-вторых, здесь я не только зритель, а могу стать и участником неожиданного спектакля. Можно встретить старого знакомого и выпить живого пива без консервантов, заодно обсудить последние новости, понаблюдать сцены драк или мошенничества.

Постоянно вертятся рыночные проститутки, они могут предложить свои услуги, например, в парке сделать минет за 150-200 рублей. Когда ты отмахиваешься, то просят хотя бы купить пива или бутерброд с кофе. На втором этаже рынка открылись многочисленные кафе с разными национальными кухнями – сербской, таджикской, киргизской... Готовят неплохо, и стоят блюда относительно недорого. Например, порция баранины с жареным картофелем – около 60 рублей, порция поз (бурятское мясное блюдо) – около 40 рублей.

Можно выпить красного живого вина, которое нальют прямо из бочки – стакан обойдется в 25 рублей.
Вот мясные ряды, за ними стоят в основном бурятские женщины, привозят мясо из своих селений. Говядина – 180 рублей без костей и 100 с костями; свинина дороже – 210.

При входе расположены ряды с корейскими салатами: грибы, папоротник, уши свиней, проросщенная фасоль, и чего только нет ещё...

Можно пройти во вьетнамское кафе, где тебе быстро принесут какое-нибудь экзотическое блюдо: грибы в прозрачных рисовых трубочках или свинину со сладким соусом...

Фруктовые ряды заполонили выходцы из Закавказья и Средней Азии: азербайджанцы, узбеки, таджики, киргизы (армян и грузин почти нет). Недавно приняли закон о рынках, по которому иностранцы должны иметь разрешение на торговлю, и ряд других правил, после этого их ряды значительно поредели.
Фрукты в основном везут из Китая, а перепродают выходцы. Яблоки – 35-60 рублей, лимоны – 60, апельсины – 35-50, виноград – 70, бананы – 30-40.

Выходцы продают и местные продукты: картофель – 20 рублей, капуста – 20, морковь – 20.

Но вот, наконец, ты сыт, продукты куплены, впечатления получены, надо добираться домой. Поездка в трамвае и троллейбусе – 6 рублей, в маршрутном такси – 10, пешком – бесплатно.

24.01.2007 


Микрорайон Солнечный

Микрорайон Иркутска Солнечный расположен в удобном месте для проживания, он окружен водой, рядом небольшие леса, поля, на которых выращивают капусту, морковь, свёклу.

Зимой жители катаются на лыжах, коньках или просто гуляют по льду заливов. Летом рыбачат, купаются и загорают на их берегах, оставляя после себя большое количество пустых бутылок из-под спиртного, использованные презервативы, одноразовую посуду...

Осенью микрорайон – рай для грибников: в лесу растут грузди, маслята, подосиновики, сыроежки... Малоимущие жители (а таковых немало) по ночам отправляются за овощами, в основном за капустой.
Мой знакомый Сергей не имеет работы, поэтому воровство капусты и других овощей для него – основной источник дохода. Овощи он обменивает на другие продукты либо продает, чтобы купить обувь и одежду. Поля раньше охраняли казаки, теперь нанимают охранников из охранных агентств.

Я с овощами несколько ловили казаки, мешок забирали, били палками и отпускали на все четыре стороны.

Он видел, как по ночам со стороны города подплывал небольшой катер, люди быстро загружали трюм капустой, и катер исчезал в темноте ночи.

В микрорайоне – небольшой базарчик, набор продуктов тот же, что и везде, только немного дороже.

24.01.2007 


В Грузии

В Грузию первый раз я приехал на поезде из Сочи. Из окна вагона можно было видеть горные реки, дома с террасами, которые гармонично вписывались в местную панораму.

Тбилиси – удивительный город, многие улицы выложены каменным булыжником (еще с XVIII в.), фасады домов отделаны розовым туфом, многочисленные фонтаны, скульптуры, памятники национальным героям, ночная жизнь, красивые женщины... Я не видел ни одного пьяного, хотя вина там много, в том числе и очень дешевого и в большом количестве, при желании можно пить с утра до вечера.

Тбилиси – это музей под открытым небом. Там много интересного и диковинного: воды Логидзе, Черепашье озеро, кладбище Вакке, разнообразие вин, чача (виноградная водка), национальная кухня, грузинское гостеприимство...

Уже в первые часы приезда у тебя появляются новые друзья (монахи, художники, таксисты), и ты уже с ними общаешься, пьешь вино, ведешь беседу.

На следующий день я отправился в институт психологии им. Д.Н. Узнадзе. В приемной секретарша сказала, что директор занят, у него посетители и много работы, что он меня не сможет принять. Когда я сказал, что из Сибири, – меня сразу приняли. Состоялась длительная душевная беседа. Директором оказался мужчина пятидесяти лет, лысы, с орлиным профилем и пронзительным взглядом. Его звали Шота Александрович Надирашвили.

Он интересовался, как мы живем, БАМом, нашей природой, какой у нас климат, какие бывают морозы, нашим образом жизни... Я рассказал о свох планах, что занимался психологией, изучал и работы грузинских психологов Узнадзе, Прангишвили, Нотадзе... Сказал, что подготовил научный труд, и спросил можно ли защитить диссертацию в Тбилиси.

Директор ответил, что всё будет зависеть от уровня работы и моей подготовки. И что надо еще предварительно сдавать экзамен, чтобы подтвердить уровень. Шота Александрович показал на круглый большой стол, за которым мы сидели, и пояснил, что это стол основателя школы грузинской психологии – Дмитрия Николаевича Узнадзе...

Защита проходила при большом количестве людей, собралась профессура из других университетов.
Перед защитой ученый секретарь, молодой парень Акакий, принес какие-то бумаги для заполнения, сообщил, что многие еще не пришли, ибо у них считается хорошим тоном опаздывать, мол, человек очень занят и не может везде успеть вовремя. Предложил национальные вкусные пирожки с острой мясной начинкой, но мне было не до пирожков – волновался...

После защиты мой оппонент Зураб Бигвава привез хорошего вина, накрыли богатый стол. Я сидел в окружении новых друзей, напряжение спало, был очень им благодарен – одна поставленная цель достигнута.

Шота Александрович вызвал главного бухгалтера института и велел мне помочь, так как мною истрачены деньги на гостиницу, дорогу...

Мне выдали запечатанную пачку денег, на которые я купил не только билет на самолет через Москву до Иркутска, но и много подарков – платье жене, игрушки детям, овечьего сыра (в Иркутске в то время не было никого), язычковой колбасы, рюкзак вина (в камере хранения Москвы мне его ополовинили). Себе– карманные часы, на крышке которых были выгравированы волки, бегущие по лесу.

В следующий раз по Грузии я путешествовал с женой. В Иркутске мы познакомились с грузинской девушкой Дали Габисония, она жила в городе Зугдиди, оставила нам адрес и просила обязательно приехать, когда будем в Грузии.

Вначале мы посетили древнюю столицы Грузии – Мцхету (основана в I тысячелетии до нашей эры). Там в усыпальницах покоятся былые правители – царица Тамара, другие члены династии Багратионов.
В Зугдиди приехали рано утром поездом. Когда искали улицу Папанина, где стоит дом Дали и ее отца, под ногами хрустели многочисленные яблоки, груши, сливы. Дворники разметают эти вполне спелые и съедобные плоды курчавыми вениками с тротуаров, чтобы не мешали ходьбе.

Дали не ожидала нашего приезда, искренне обрадовалась, позвонила отцу на работу. Это был небольшого роста, обаятельный простой человек, он сразу расположил нас к себе. Мы ощущали их теплоту, радушие и чувствовали себя как дома.

Как раз в это время была пора сбора винограда, и я стал помогать собирать спелые гроздья, но отец вначале возражал: соседи могут подумать, что заставляют гостей работать. Я убедил его, что мне это очень интересно и что я не могу сидеть без дела.

Дали попросила Свету не ходить в брюках по улице, поскольку у них не принято женщинам выходить в таком виде, и мы достали платье.

Нам решили показать местную природу, своих родственников, и мы в маленьком рейсовом автобусе поехали в отдаленное селение.

Узкая дорога вилась по дну ущелья, с обеих сторон наступали горы, густой лес, водопады... На одной остановке в автобус впорхнули две молодые женщины, которые сразу привлекли мое внимание. Хотя они были одеты так же, как и местные грузинки, – в длинные черные платья, всё же отличались грациозными движениями, горделивой осанкой; изящные головки, непривычно длинные шеи. «Горные дикие лани», – подумал я.

Тихо спросил у Дали: «Кто это такие?»

– Это черкешенки, они живут в горах, – сказала Дали.

Родственники её жили в доме на сваях, хотя кругом не было воды. Так раньше строили дома по всей Грузии. Посреди дома стоял камин. Никто из родственников не понимал по-русски, переводчиком выступала Дали.

Крепкая виноградная водка и вино сделали свое дело – из процесса общения я вскоре выпал до утра.

26.01.2007 


Пианистка

На самом деле она не пианистка, а скрипачка, но так уж повелось, что мы зовём её Пианисткой. Может потому, что слово «пианистка» звучит приятней, чем слово «скрипачка». Прозвище, как шрам на теле, – получить легко, а избавиться от него трудно, оно остаётся надолго, чаще всего, как и имя, на всю жизнь. Но как бы то ни было, Пианистка, и всё, хотя она окончила музыкальное училище по специальности «Скрипка», и ей присвоена квалификация преподавателя по классу скрипки и артиста оркестра. Об этом говорит и ее диплом, который сейчас лежит передо мной. Пианистка около двух-трех лет назад говорила мне, что потеряла все документы и не знает, что делать, я, правду говоря, забыл про это...

На днях встретил своего знакомого Серёгу Колесникова, он вырезает из корней и сучков разные декоративные вещи: чаши, скульптуры и прочее, и продает их возле памятника Ленину, где торгуют своими работами уличные художники. Это он меня познакомил с Пианисткой, откликнувшись на мою просьбу о необходимости иметь натурщицу, и высказал при этом пожелание, чтобы я подкормил её, поддержал, поскольку она бедствует и наверняка голодает. И действительно, Пианистка была высокого роста, но непомерно худа. Светлые волосы, голубые умные глаза; цитировала наизусть Ахматову, Блока и других поэтов, что не сочеталось с ее неопрятным видом, поношенной одеждой. В беседе она показывала эрудицию, острый ум, чувство юмора.

Рассказала, что окончила школу с золотой медалью и среди студентов музыкального училища была первой. На вопрос, почему находится в таком бедственном положении, ответила, что вначале давала уроки игры на скрипке детям состоятельных родителей, хорошо платили, но с началом перестройки стало трудно находить работу, при полном отсутствии у неё практической хватки. С рождением ребёнка начались другие трудности, развод с мужем, проблемы с жильём.

Второй брак также оказался неудачным, ребёнка забрал к себе отец, и они живут где-то на берегу Байкала.

Ее дочери от первого брака Кате уже шестнадцать лет, она очень красива. Но как ей помочь? Воспитанием в основном занимается её бывший муж, отчим Кати. Он зарабатывает на жизнь установкой телевизионных антенн.

Встретив Сергея, я поделился, что Пианистка была беременна и уже, видимо, родила – она была влюблена в какого-то военного. Сергей вспомнил, что нашел при переезде красную папку с её документами – паспорт, диплом, ордер на жильё и другие. (Эти документы она прятала у Сергея от своего мужа до развода, но они затерялись.) Сергей собирался съездить на длительное время на Байкал для сбора сырья для своей работы и просил меня передать найденное.

Получив документы я с хорошим настроением отправился, чтобы обрадовать нашу знакомую находкой, она находилась в это время в больнице на улице Советской. В регистратуре мне сообщили, что Наташа перенесла тяжелую операцию, чудом осталась жива, ребенка спасти не смогли.

В палату меня не пустили.

А я все думал, как и на что будет она растить ребенка – без жилья, работы, поддержки – тот военный ее бросил.

28.01.2007 


Знакомство

Мой знакомый Анатолий Сурушкин (это было в 1983 году) дал объявление в местную газету, что набирает группу для проведения репетиторских занятий по физике для поступающих в вуз.

Откликнулось так много желающих, что он не смог со всеми проводить занятия. Предложил мне взять часть группы, на что я без колебаний согласился, нужны были деньги. Набралось пять человек.

Когда зашла она, то сразу бросила взгляд на высокие потолки – дом, где я жил, был дореволюционной постройки, с большими окнами и очень высокими потоками. Она выглядела стройной, в вельветовых серо-голубых брюках, с короткой стрижкой. Когда решала предложенные задачи, я рассматривал ее запястья –по-детски тонкие, как и кисти рук. Размер ноги также был детским – 34. (Впоследствии мы иногда покупали для нее обувь в детских магазинах.) Она выделялась своей логикой, независимым характером; в ней чувствовалась жажда жизни, всегда спешила успеть, как бы опасаясь что-то пропустить, потерять. Сомнения в чём-то, конечно были, но если принято решение, то поставленная цель достигалась. Только сейчас я стал понимать, что в ней поражало: её что как ее волевые качества, ум и поистине мужская хватка сочетались с физической хрупкостью. Но как оказалось впоследствии, у неё наиболее всего была развита интуиция. Логика только помогала интуиции, и если то и другое вступали в противоречие, то она выбирала свой внутренний голос. Это был её дар.

Из продуктов любила кефир, фрукты, особенно яблоки. Цвет одежды предпочитала белый. Следила за модой. Была левшой. Умела прощать обман и другие слабости подругам. Смелая, любила путешествовать.

29.01.2007 


Голодовка

Сейчас моей младшей дочери восемнадцать, значит, это произошло восемнадцать лет назад.
В то время я проживал с семьей в коммунальном доме на улице Фурье в центре города.

Этот дом власти наметили под расселение, и на жильцов оказывалось всевозможное давление, через работу, по месту учебы и другими хитроумными способами, чтобы принудить к переезду на самую окраину города с нарушением их прав. Большая часть жильцов не стала испытывать судьбу и, собрав вещи, переехала в «гетто».

Против остальных жильцов, кто остался и просил решить расселение в соответствии с жилищным правом, возбудили гражданские дела и таскали нас по судам. Мы стали срочно изучать судебное право, процессуальный кодекс; особенно в этом преуспел Яков Моисеевич Адельсон. Его фамилия, имя и отчество говорят сами за себя. Мы отыскали множество лазеек, чтобы бесконечно затягивать решения суда. У властей кончилось терпение, и они, не дожидаясь, чем кончится дело в суде, наметили день выселения, предупредив нас письменно.

Я не находил себе места, всё ломал голову, что можно противопоставить государственной машине, которая была запущена, надо было найти нестандартный ход. В это время к власти пришел Горбачёв, началась перестройка, возникали разные неформальные движения. На столбе  прочитал объявление, что в здании госуниверситета собирается философский клуб неформалов, они там устраивали диспуты. Я пришел на этот диспут, попросил слова и рассказал о проблемах жильцов дома.

Участники диспута оживились – появилось конкретное дело, и пообещали нам свою помощь.

В день выселения неформалы, человек двадцать, пришли раньше намеченного времени и забаррикадировались внутри здания. Часть осталось снаружи, пригласили журналистов из разных газет. Приехали омоновцы и начали штурмовать здание, лезли в окна, выбивали входные двери. Около семи человек увезли в милицию и посадили за решётку. Мы не знали, чем это кончится, но через несколько часов от судьи принесли решение о нашем освобождении и нас отпустили. Через несколько дней против семи человек возбудили уголовные дела, что якобы сломали руку одному омоновцу, и даже оформили медицинское подтверждение. Нас объявили во всесоюзный розыск (хотя никто не скрывался и находился по месту прописки), это грозило каждому до восьми лет тюремного заключения.

Надо было предпринимать что-то радикальное. На картонках я написал крупными буквами «голодовка», и трое жильцов – я, Адельсон, Шамсуддинов, а также группа поддержки из числа неформалов – Игорь Подшивалов, Владимир Топхаев, Сергей Поздников, Николай Фокин с утра в сквере Кирова вышли проводить голодовку.

Николай Фокин был очень отважным человеком, он защищал демократию в Москве, когда обстреливали из танков Дом Советов. Там ему повредили позвоночник; позднее он скончался в доме инвалидов Иркутска. Игорь Подшивалов также ушел из жизни – в прошлом году его сбила машиной в Шелехово.

Первые дня три-четыре власти не реагировали, но постепенно вокруг нас стало собираться все больше и больше народа, люди возмущались действиями властей, и образовался постоянный митинг. Появились плакаты, фотодокументы на стендах, зеваки не расходились ни днём, ни ночью. Стали подходить чиновники, скорее всего политработники из агитотделов, и предлагали разойтись, но мы решили стоять на своём. Проходили жаркие дисскусии под открытым небом. Потом пришёл губернатор Ю.А. Ножиков и пообещал нам решить наши жилищные проблемы. Мы ответили, что словам не верим, – нужны документы, заверенные печатью, а также прекращение уголовного преследования. Вскоре принесли  документы о прекращении уголовного дела – оно было закрыто. Оставался вопрос с жильём.

Городские чиновники не хотели давать квартиры, упирались до последнего. Губернатор срочно собрал их в горисполкоме во главе с мэром Говориным и пригласил нас. Чиновники сидели вокруг стола, как провинившиеся ученики, склонив головы, и молчали. Ножиков предупредил, что знает факты незаконного получения родственниками чиновников квартир и поэтому примет меры по изъятию этих квартир. Лёд тронулся! Нам стали предлагать разные варианты, дали заверенные гарантийные письма, что при сдаче новых домов нам выделят квартиры в соответствии с положенными нормами.

Голодовку прекратили, она длилась неделю, и мы приобрели новых друзей.

31.01.2007 


Остров Ольхон

Остров Ольхон можно считать одним из самых удивительных мест на планете. Озеро Байкал само по себе уникальное место, а посреди его ещё одна уникальность – остров. Когда первый раз оказываешься на нём, то вначале находишься в шоке от увиденного, и нужно какое-то время, чтобы привыкнуть.
Многое там необычно – и деревья на корнях-ходулях, и нереальные краски неба при закатах солнца, и необычайно крупный белый песок, и тучи, которые двигаются по горизонту вокруг острова, а над ним всегда чистое небо, и неуловимые дикие лошади в глубине острова.

По количеству ясных дней в году Ольхон на первом месте. До него с берега Байкала добираются на пароме.

Хочу вернуться к закатам, которые можно наблюдать на небосклоне. Вечером рассматриваешь перемещение туч, динамику красок, как в гигантском детском калейдоскопе. После этого находишься под гипнозом этих картин и пытаешься их осмыслить.

На острове есть небольшие посёлки Харанцы, Хужир, рыбозавод, леспромхоз, совхоз по разведению овец. Во времена борьбы с алкоголизмом на бутылку водки можно было обменять несколько килограммов свежего омуля, а за три-четыре бутылки буряты привозили живого барана. Населяют остров буряты и русские, примерно в равных пропорциях. Держат скот, огородов нет, так как почти не бывает осадков. Островные буряты более высокого роста, у них несколько другие черты лица и другой (более красный) цвет кожи.

На острове не действуют правила уличного движения – указателей нет, а машины носятся с такой скоростью, на которую только способны, и при этом не имеют номеров. Водное пространство между берегом острова и ближайшим берегом материка называют «малым морем». Вода в июле на берегу «малого моря» прогревается настолько, что можно часами находиться в ней. Во времена Союза между Иркутском и Ольхоном было авиасообщение – летали «кукурузники».

На естественных природных пляжах гуляет большое количество крупных байкальских чаек, домашних коров. Поездка на остров запоминается надолго, если не навсегда.

31.01.2007 


Безалкогольная свадьба

Вы можете себе представить свадьбу без шампанского, похороны без водки или круглый юбилей без вина? Представить, конечно, трудно, но всё это было в недавнем прошлом.

Огромная страна за несколько дней после заявлений Михаила Сергеевича сразу превратилась в трезвую и непьющую. По телевидению показывали, как с разных мест наперебой рапортовали о новых инициативах по проведению этой шумной компании. Объявлялись безалкогольными не только отдельные предприятия, но и целые районы, города и области.

Город Слюдянка, который стоит на берегу Байкала, также не остался в стороне от этого почина. Бывшая одноклассница моей жены и секретарь горкома комсомола пригласили нас на торжество. О том, что свадьба будет безалкогольной, гостей не предупредили.

В зале большого кафе собралось много народа: друзья, родственники, из Иркутска приехали однопартийцы жениха со своими подругами.

Большая часть приглашенных не знали друг друга. Столы были хорошо накрыты, закуски было много, но закусывать было нечего. На столах стоял сок, морс, компот.

Приглашенные вскоре насытились, и не знали чем заняться, разговор не клеился. Потихоньку шептались между собой знакомыми. Нанятые профессиональные артисты пытались развеселить большую компанию, устроить игры, но эти игры мало кто поддерживал. Не хватало главного – не было веселья, праздника. Люди пришли погулять, но не гулялось.

Старшая сестра невесты не выдержала тягостной атмосферы и в сердцах выкрикнула, что мол, даже шампанского нельзя, партийные соратники дружно ответили, что всем очень весело и никакого шампанского не надо (скорее всего сестра дома приняла заранее).

Посидев некоторое время, часть людей ушли по-английски (не прощаясь) – пошли отмечать свадьбу в других местах со спиртным. Мы также вернулись к своим родственникам. У нас украли праздник. Выпив водки, обсудив эту нелепую ситуацию, мы легли спать.

02.02.2007 


Хандра

Хандра (в медицине – депрессия) – ужасное состояние, подкрадывается исподволь, незаметно, еще вчера всё было прекрасно, была ясная перспектива, ты знал, что делать... Но теперь...

Сам себе противен, в паутине мрачных мыслей; вдруг становится всё плохо, полное безволие. Не знаешь, чем заняться, думаешь, как убить время, всё раздражает, бездумно валяешься в постели. За что бы зацепиться?.. Начинаешь что-то делать и сразу бросаешь это занятие. Мозг работает избирательно – вспоминает все самое плохое. Самобичевание полнейшее. Ругаешь себя: неудачник, безвольный, размазня.

Это надо так раскиснуть, и вроде нет видимых причин.

Водка? Думаешь о водке как о варианте выхода из хандры, но водка была вчера, а сегодня ещё хуже. Нет, водка отвергается...

Женщина? Начинаешь перебирать варианты (если они есть). Одни противны, надоели, другие дуры, и опять надо играть какую-то роль, тратить деньги. Нет, женщина отвергается. (Она, как и водка, была вчера.)

Доходишь до точки – мысли о смерти, решаются все проблемы, вернее, тогда никаких проблем. Но эти мысли гонишь, еще кому-то нужен, ты знаешь, что хандра кончается, так уже было...

02.02.2007 


Кто и как спит ночью

Говорят, что во сне люди спят, как дети, забывая о своем положении, статусах, должностях, становятся похожими друг на друга. Может быть, так оно и есть, а может, и нет...

Примадонна Алла Борисовна спит не совсем комфортно – мешают многочисленные пластические операции и подтяжки. Её бывший муж Филлип спит крепко. Милиция нашла и вернула ему похищенные очень дорогие часы (об этом даже несколько раз сообщали по центральному телевидению), оснований для беспокойства нет.

Палестинские боевики ночью не спят – замышляют, как изготовить ракеты «Кассан» и запустить их на израильскую территорию, поэтому и на израильской стороне не все спят, хотя стоит ночь, надо выявить места запуска этих ракет и нанести ответный удар.

Николай Валуев спит крепкий сном, вытянув длинные ноги (ему изготовили кровать по спецзаказу). Спит крепко, потому что в здоровом теле – здоровый дух. А здоровый дух требует нормального отдыха.
Владимир Владимирович спит спокойно, свернувшись клубочком, потому что дела идут хорошо, национальные проекты претворяются, кроме того, государственная ноша вскоре будет передана своему преемнику.

Николай Патрушев спит урывками: должность не позволяет.

У Александра Лукашенко тревожный сон, американцы ни днем ни ночью ни оставляют намерений навести в Белоруссии порядок на свой лад.

Некоторые мэры и губернаторы спят плохо, развернута компания по борьбе с коррупцией. Тут уж не до сна.

03.02.2007 


Алёнка

С Алёнкой я познакомился через свою знакомую Ирину. Ирина из Усолья-Сибирского, а в Иркутске жила у родственников и работала продавщицей мороженого.

Иду как-то по центральной улице Карла Маркса и вижу: возле кинотеатра стоит лоток с мороженым, а за ним симпатичная девушка. Подошел, купил мороженое, мы разговорились, и я оставил ей свой телефон. Ирина стала ко мне приезжать, и у нас установились интимные отношения. Она как-то сразу расположила к себе, охотно мыла посуду, убирала квартиру. Однако всё делала медленно: пока соберётся, наведёт макияж, выкурит сигарету и обязательно опоздает на автобус или на электричку, хотя я постоянно напоминал ей, что времени остается мало и надо спешить, чтобы не опоздать.

Одним летним вечером Ирина звонит из Усолья и сообщает, что намерена приехать со своей подругой, чтобы мы весело провели выходные, и просила меня пригласить какого-нибудь друга.

На следующий вечер звонит с вокзала: прибыли, могу ли я приехать за ними. В это время разразился ужасный ливень. Я сказал, что удобней заказать такси.

Спутницей Ирины оказалась медсестра стоматологической поликлиники Алёна (Алёнка, как она себя называет) – красивая рыжая девушка с большим бюстом. Красные брюки обтягивали ее привлекательную фигуру.

В этот день моего знакомого Малиновского не оказалось дома, и мы были вынуждены проводить этот вечер втроём (я особо не расстроился). Случилось так, что Ирина не рассчитала свои силы и выпитый алкоголь свалил её в сон. Алёнка же оказалась выносливей (может, пила меньше), и ночь мы провели вдвоём – так завязались наши отношения. Это не было предательство с моей стороны, просто у Алёны был другой темперамент: быстрая, шустрая, – она всё улавливала с полуслова, с развитым чувством юмора, авантюрным характером. Создавала вокруг себя особую ауру, словно гипнотизировала мужчин – они просто липли к ней как мухи на мёд.

Вот идём мы вдвоём по улице, Алёнка горделиво несёт свою грудь, не успеешь куда-то отойти, отлучиться на пять минут (купить пива или мороженое), а её уже соблазняет новый поклонник. Конечно, меня это раздражало, но я не показывал вида. Но хуже всего, ей это нравилось, а в поддатом состоянии она и сама к ним приставала. Нет, с ней нельзя устанавливать серьезных отношений, думал я, изведусь ревностью, с такой женщиной жизнь превратится в кошмар. (Даже в первый день приезда, когда был сильный ливень, за ней увязались двое поклонников и проводили до дверей моей квартиры.) Но как только я для себя принимал решение порвать наши отношения, она словно чувствовала это и прибегала ко всяким уловкам, чтобы их восстановить, и всё становилось на свои места. Нас что-то сильно связывало, кроме, конечно, постели.

Наши отношения длились около четырех лет – то она приезжала ко мне, то я к ней в Усолье (одно лето вместе жили в Иркутске).

Наконец, мы решили создать семью, а в это время приехал мой племянник из Усть-Илимска (сын брата). Я с ним поехал знакомиться с её мамой. Алёнка жила отдельно от неё. По дороге купил цветы, вина, фруктов.

Будущая теща была лет на пятнадцать моложе меня, она представилась Татьяной. Увидев её, я понял, от кого Алёнка наследовала такую фигуру и грудь. Младшая сестра Анюта имела те же формы, ту же ауру и также училась на медсестру.

Отмечали знакомство, племянник несколько раз ходил за пивом и вином – принесенного спиртного не хватало. Будущая теща изъявила желание через полгода-год перебраться в Иркутск и жить вместе с нами – помогать нянчить нашего будущего ребёнка.

Продолжение следует.

03.02.2007 


Иркутские проститутки

Теперь я хорошо понимаю Лотрека. Когда возникает идея написать обнаженную женщину, кроме этой идеи нужна сама женщина. Натурщицами для художников часто выступают их жены, подруги, подруги подруг... Что же делать, если подруги уже отображены на холсте и уже малоинтересны в этом отношении? Даешь объявление, что художнику нужна натурщица. Здесь возникает ряд проблем: профессиональных натурщиц мало, и они заняты в художественном училище.

Те же, кто отзывается на твое объявление, не всегда тебя устраивают: не те внешние данные, требуют слишком большой оплаты, не соглашаются позировать в обнаженном виде, назначают неприемлемое для тебя время или выдумывают другие заморочки. Что поделаешь – женщины часто бывают капризны. С другой стороны, ты сам не всегда в том состоянии, чтобы заниматься творчеством, может напасть хандра, да мало ли чего еще. Одним словом, одна морока.

Я нашел выход – вызывать по телефону представительниц древнейшей профессии. Какие здесь преимущества? Ты можешь получить натурщицу в любой день и час. Привозят не одну, а несколько девушек, и выбираешь ту, которая соответствует твоим планам.

Когда предлагаешь раздеться и позировать, это вызывает вначале удивление. С этими девушками не возникают проблемы, они принимают любые позы и положения, нет и психологического барьера. Делаешь наброски, ведешь беседу. Среди них встречаются интересные натуры (чувство юмора, развитый интеллект), но это исключение, чем правило.

Несколько лет назад у меня был знакомый – актер драмтеатра им. Охлопкова – Стас. Он откликнулся на мою просьбу и помог мне. Его коллеги – молодые актрисы театра какое-то время мне позировали. С ними было легко и интересно работать.

В процессе творчества между художником и натурщицей устанавливаются своеобразные отношения (имеется в виду те натурщицы, с которыми у художника не было близости). Такие отношения свойственны только такому дуэту и имеют свои нюансы. Это какая-то игра по своим негласным правилам между обнаженной женщиной и мужчиной, которые остаются вдвоём и играют свои роли. Мужчина играет роль художника, ему надо нарисовать увиденное, возникающие желания он не может ни проявить, ни реализовать. Это вытекает от изначальных условий – женщина приглашается для работы: позирование, и не более.

Хотя у них отношения ограничены этими условиями, здесь также есть место для маневра. Испытать желание, страсть, не показывая её – ни словом, ни жестом, ни взглядом. Диалог идет, скорее всего, на интуитивном уровне, идёт очень тонкая игра.

С девушками по вызову нет такой игры, там все просто и открыто. Я хорошо понимаю Лотрека, он много и плодотворно работал с куртизанками из Мулен Ружа.

06.02.2007 


Мистический рассказ

Сегодня поехал к своим знакомым – Зое Ивановне (Зосе) и ее новому мужа Владимиру. Им обоим где-то около пятидесяти. Зоя работала корректором после окончания университета в издательстве, а Владимир защитил диссертацию по биологии. Но от своих дел они отошли и теперь пьют горькую, живут от сдачи небольшой квартиры жильцам. У Зоси была старая матушка, которая всю жизнь проработала начальником снабжения северных территорий, одна вырастила и выучила дочку. И даже, уже будучи немощной, пекла пирожки с капустой и картошкой, сама их продавала на рынке и содержала Зосю, её сына, внука и невестку (по крайней мере, часто это был основной доход их семьи).

В день своей смерти матушка позвала Владимира и попросила взять её руку, она хрипло глотала воздух, по холодной руке он понял, что она умирает.

Через несколько дней после похорон у Зоси на левой руке (от кисти до локтя) выступила надпись арабской вязью и крест, несколько слов было на латыни.

Надпись и крест проявились так, что кожа приподнялась, подобно тому, как делают надпись на пряниках, это были выпуклые буквы. Они продержались несколько минут.

Зося позвала Владимира, тот также увидел надпись. Бросились искать фотоаппарат, чтобы зафиксировать увиденное, но, к сожалению, не успели – надпись исчезла. Безусловно, это был знак, посланный матушкой, но его содержание так и останется загадкой. Есть, правда, шанс восстановить надпись, погрузив Зосю в гипнотический сон.

12.02.2007 


Отец

Мы с отцом стояли на невысокой горе, покрытой травами и лесной клубникой; вдали виднелись другие горы, березовые рощи, щебетали птицы, солнце согревало всех, был удивительный летний день, всё дышало гармонией и радостью.

Отец, смотря вдаль, грустно сказал, что прошел еще один год (мы с ним не виделись с прошлого лета) и что всё ближе к закату, что вся эта красота останется, а его уже не будет.

В словах ощущались скрытая боль, отрешённость и какая-то безысходность, Я почувствовал, что он об этом часто думает, но со мной о смерти говорил впервые. Я стал говорить, что он будет жить в нас, в своих детях и внуках, и смотреть на мир нашими глазами.

На мои слова он ничего не ответил, только посмотрел на меня. Я так и не понял тогда, о чем он подумал в тот момент.

После моей последней поездки домой (это было зимой) отец вышел меня провожать. За воротами ограды молча плакал, я прижал его к своей груди, он никогда не проявлял так свои чувства ко мне. Казалось, что я успокаиваю своего ребенка, мне было его очень больно видеть таким. Он, видимо, чувствовал, что мы расстаемся навсегда.

Больше я своего отца не видел, он умер ночью от сердечного приступа, на его похороны я не успел приехать (самолёты не летали, а поезд шел около двух суток), стояла сильная жара, и похороны не стали затягивать.

Воинствующий атеизм был частью обучения при получении диплома преподавателя физики. Например, наc тренировали, как незаметно поворачивать голову, чтобы запоминать и подсчитывать количество верующих, когда посылали в церковь для прохождения практики. Я был убежденным неверующим до одного дня...

Как-то по ночам я стал испытывать не просто кошмары, а какое-то воздействие, которое вызывало необоснованную тревогу и которое не походило ни на одно из ранее пережитых. Так продолжалось две или три ночи. Я не мог в этом разобраться и делился утром со своей дочерью, говорил, что со мной что-то происходит ночью. Это были не просто сновидения или плохой сон, скорее всего ощущения, что ночью я не один, и это пугало меня.

В следующую ночь произошло общение с душой отца. Находясь во сне, я ощутил сильное воздействие, на меня обрушился поток энергии. Позднее я часто возвращался (и возвращаюсь) к этому случаю, пытаясь его проанализировать: характер и природу этой энергии, свою оценку и реакцию... Было явное ощущение, что это был отец, что он был очень и очень далеко и одновременно рядом), энергии было так много, что я почувствовал себя мелкой и незначительной песчинкой, ощутил небывалую мощь мироздания. И я был благодарен отцу, что ему удалось сообщить о себе. Сделать это, видимо, ему было трудно.

Что это была за энергия? Она не воспринималась ни кожей, ни слухом, не давала ощущения тепла, это была непонятная энергия, которая шла с огромного расстояния, и несла информацию. Тогда мне привиделся сон, что отец за матовым стеклом, упираясь ладонями в него, пытается меня увидеть и что-то передать, но его лица я не видел. Я понял, что он ищет меня...

Какие можно сделать выводы?

После общения с душой отца у меня некоторое время отсутствовало чувство страха, исчез ли инстинкт самосохранения, тревога, я был убеждён в бессмертии, была легкость и беззаботность.
Отцу не довелось быть в моей новой квартире, но тем не менее он нашёл меня. Для общения душ не играют роли местоположение и расстояние (даже рыба, родившаяся из икринки, находит путь через тысячи километров океана до места рождения своих предков).

Контакт с душой отца произошел через полгода после его смерти.

Можно предположить, что этот эмоциональный шок был вызван переживаниями, связанными с потерей отца. Но мать я любил не меньше, она умерла раньше отца, однако подобного я не испытывал.

Многие явления невозможно понять логикой, они за гранью человеческого понимания, но они есть.

05.04.2003 


Бочка с водой

Из раннего детства ярко помню такие события: мне было года два или три, и летом я заглянул в бочку с дождевой водой. Там кипела дневная жизнь, открытый мною неизвестный мир. В воде плавали жуки, личинки, им не было никакого дела до меня, они подплывали к поверхности и уплывали в глубину.
Мама говорила, что у меня есть на все вещи своя точка зрения, своё отношение. Еще будучи ребёнком, я не мог никак понять, за что убили детей царя, родители же не смогли объяснить.

Когда умер Сталин, мне было два года. Я заметил, что в мире людей возникла какая-то суета и моя мать без причины плакала. Мне она объяснила, что умер великий человек и что это плохо. Хорошо помню, в это время она несла вёдра с водой.

У отца был ящик с кистями и красками, они меня завораживали – от них исходила какая-то сила. Отец всё собирался нас (детей) учить рисовать, но все было некогда – приходилось кормить пятерых детей.
Внутри меня всегда бродили нереализованные силы, и вот они стали проявляться через живопись. 


Воспоминания

После потери семьи я почти впал в кому, спал дни и ночи, просыпался от жажды, заходил в ванную пить из-под крана, и каждый раз, когда пил, глядя на себя в зеркало замечал, что во мне происходят какие-то изменения. Я худел, из меня уходила жизнь, глаза теряли осмысленное выражение, взгляд становился пустым, безразличным.

Меня словно что-то придавило, внутри что-то сломалось. Я пытался вести наблюдение за собой той частью сознания, которой ещё мог управлять (в психологии это называется интроспекция – взгляд внутрь самого себя). Во мне сломались какие-то важные механизмы самосохранения, исчез инстинкт выживания, полная пустота, безразличие. Я превратился в зомби, хотел только пить – и опять проваливался в сон.

Так продолжалось несколько дней. После пробуждения подумал, что надо есть, даже если не хочу. Попытался встать, но ноги плохо слушали меня, я столкнул их руками с кровати и с трудом встал, затем отправился за хлебом.

Дул ветер, светило солнце, кругом ходили люди, стояли дома. Я заметил холмы (оказался на каком-то возвышении), но я был словно один во всем мире и на все это смотрел, как через стекло из замкнутой кабины. Передвигаясь мелким, семенящим шагом, подумал, что за несколько дней из здорового мужчины я стал инвалидом. Меня пугала мысль, что могу остаться таким инвалидом навсегда. Понимал, что надо в себе что-то изменить, но как, я не знал. Механизм разрушения был замкнут, развивался по своим законам  и по своей логике, и я ничего не мог сделать. Когда приехали родственники, то они решили, что меня надо срочно поместить в больницу, и вызвали врачей.

Когда привезли в больницу, женщина, которая оформляла прием больных сказала, что поместят меня в общий отдел, так как в пограничном отделении нет мест, но как только освободятся места меня туда переведут, поместят в хорошую палату, где живут санитары.

Затем выдали одежду – полосатые штаны и куртку. Они были в заплатах, но чистые и отглаженные. Когда я оделся, то подумал – как заключенный в концлагере.

Санитарами оказались здоровые мужики с наколками по всему телу и уголовного вида. Надо мной они смеялись, что попал в психушку, но относились нормально, снисходительно, без злобы.
Утром с меня со спящего, сестра сдернула одеяло и сделала укол большим шприцем, на мои возражения и рассуждения о СПИДе она захохотала и ответила, что у них всЁ стерильно. 


Памяти друга

Сергею Филипповичу Крившенко

В микрорайоне Солнечный города Иркутска, где я уже проживаю лет тринадцать. Растет дикая груша. Плоды у нее маленькие, но их так много, что они порой покрывают зеленым ковром большие участки земли и звонко хрустят под ногами. Мой знакомый армянин Рудик (который умеет шустро договариваться и проводить асфальтные работы) удивлялся, почему у нас в Сибири не делают из дикой груши вино.

Последовав совету Рудика, я со своим другом Кольком отправился на сбор плодов. Расстелив под деревом полиэтиленовую пленку, мы начали трясти деревья и вскоре наполнили два больших мешка горьковатыми плодами.

Дома они еще дозревали несколько дней, наполнив не только мою квартиру, но и весь подъезд винным запахом. После чего были раздавлены, дали сок, который я собрал в большую бутыль. Всё это несколько дней бродило (по выражению Рудика, «кипело»), превращаясь в долгожданное вино. Глядя на эти бурные катаклизмы, которые происходили за стеклом бутыли, я думал: Где и с кем мне предстоит выпить это вино?

Сегодня получил из Владивостока сообщение: умер Сергей Филиппович Кривщенко. Мысли мои перенеслись на Восток, в прошлое...

С Филиппычем (мы его так звали меж собой) я познакомился во время проведения выставки своих работ во Владивостоке через своего друга Болотова.

Он был уже в годах, грузный, крупный, основательный человек. Несмотря на то, что он был профессором, в нём были знания, полученные не столько от занятий наукой, сколько от большой школы жизни. Свои принципы и убеждения, которым он всегда следовал, были выстраданы в самой жизни, от перенесённых ударов судьбы.

Мы часто с Филиппычем и с нашим другом Вещуновым заходили вечером после дневных дел в кафе, закусочную, брали немного водки, закуску (Владивосток меня всегда поражал изобилием и разнообразием блюд из морепродукотов; на местную кухню также сильно оказывает влияние близость Востока – Китая, Кореи и Японии) и проводили время в острых и жарких дискуссиях. В этих дискуссиях мы затрагивали многие темы: о смысле жизни, политике, о литературе (Филиппыч был профессором по литературе, доктором филологических наук)... На все вещи он имел свою точку зрения, нам всегда она была интересна.

Сейчас перед глазами стоит такая картина: вот мы уходим после нашего диспута поздним вечером; я обычно забегал вперёд и, оглянувшись, видел как идут два таких непохожих внешне друга – один крупный, седой, основательный, другой – небольшого роста, живой Вещунов – и продолжают спорить, приводя друг другу все новые доводы, жестикулируя и обращая на себя внимание проходящих мимо людей.

Теперь я наливаю и пью горьковатое грушевое вино в память об этом добром человеке. 


Сбор жимолости

Курагинские мотивы

Сбор жимолости – это целое мероприятие, если хотите экспедиция. В Красноярском крае она созревает во второй половине июня.

Среди населения жимолость ценится, эту ягоду любят – из нее можно варить компоты, делать морсы, её сушат. Там жимолость не такая горькая, как в Иркутской области, видимо, сказывается более мягкий климат. В поход готовимся заранее, берём продукты: хлеб, консервы, чай, сахар, ёмкости под ягоды из фанеры или листового алюминия, их называют горбовики, потому что нести их надо на спине. На электричке Абакан-Кошурниково надо ехать часа два до станции Журавлёво, там с местными договариваемся и за небольшую плату нас на моторной лодке переплавляют через быструю горную реку Кизир. Мажем лица, руки мазью от комаров и гнуса, дальше по тропинке идём к горе Жалынжа. Она – наш ориентир, синей копной маячит в утренней дымке. Вдоль тропинки журчит ручей, цивилизация заканчивается – вокруг тайга. Целые облака бабочек-капустниц заводят любовные хороводы и большими белыми пятнами покрывают тропинку. Как бы ни было жалко их, но эти хрупкие создания тысячами гибнут под нашими ногами.

У Жалынжи делаем перевал, пьем воду, но надо идти дальше. Через несколько часов подходим к местности, где сплошной стеной стоят кустарники жимолости. Забираемся в эти заросли.

Ягоды так много, что она порой закрывает небо. В этих местах пасутся медведи, об чём говорят сломанные и обжёванные кусты. Несколько раз видели, как они рядом бродят в высокой траве среди кустарников. Бессознательно проверяю, на месте ли нож, заряжаю обрез картечью. Разводим костер возле палатки – дикие животные боятся дыма (вестника лесного пожара) и стараются быстрее уйти от этого места.

Жимолость, казалось бы, растёт в одном месте, но отличается одна от другой по размеру кустарников и по форме самих ягод. Они бывают круглые в виде вишни, в виде бочонков (наподобие таких, какими играют в русское лото), в виде кубышек, как греческие амфоры (конечно, без ручек), будто сосульки, но заостренные с двух концов.

Собираем ягоду и ссыпаем в ёмкости. К концу дня набираем столько, что её хватит на всю длинную сибирскую зиму.

Вечером – костер, чай. Представляем, что с утра предстоит обратная дорога, но уже с тяжёлой ношей. Усталые мы проваливаемся в глубокий сон.

20.02.2007 


Людмила

Есть женщины, с которыми легко общаться, не надо перед ними играть какую-то роль. Например, роль образованного, порядочного человека или человека со связями. Ведешь себя естественно и непринужденно, не задумываясь, как тебя воспримут и что о тебе подумают. Присутствие таких женщин тебя не раздражает.

Людмила относилась к такой категории, когда женщина – друг. Познакомился с ней на улице. У меня были какие-то крупные неприятности, я сидел в летнем кафе и пил пиво, не зная, чем разрешится моя ситуация и как из неё выпутаться.

Людмила была средних лет, высокого роста, с немного вычурной прической. Оказалось, что она раньше работала заведующей клубом в каком-то районе. Теперь вышла замуж за парня значительно моложе себя (я предполагал, что основной причиной была иркутская прописка и наличие квартиры у этого парня). Первый раз пришла ко мне в гости со своей подругой – та торговала на рынке сосисками, но принесла не только их, но и много свежей рыбы. По этому поводу мы устроили хорошую пьянку, продолжили возлияния на заливе (хорошо, что не утонули) – были очень пьяны.

Утром я проснулся, гостей уже не было, как они ушли не помню. Когда зашёл на кухню, то обнаружил, что стены и потолок были облеплены чешуёй и требухой, но самой рыбы не было. Когда и кем она была съедена или унесена, я не помню. Вместе с рыбой исчезли и все мои вилки с ложками, пачки кофе, кожаная куртка и плавки, которые сушились после выхода на природу.

Немного расстроившись, я подумал, хорошо, что еще не устроили пожара или другой неприятности, и, побрившись, пошёл на работу.

В то время работал в институте труда научным сотрудником. Примерно к полудню в институт неожиданно пришла Людмила и принесла пропавшие вещи, аккуратно завернутые в пакеты и свертки. Она сказала, что не помнит, как они оказались у нее, поскольку была очень пьяна. Дома муж обнаружил их, нашёл среди них плавки и немного побил её. Мы договорились больше не вспоминать об этом недоразумении, поскольку все хорошо разрешилось, и в дальнейшем доверять друг другу.

У Людмилы был красивый голос (одно время работала певицей). Когда она выходила на балкон и исполняла арии, мои соседи по дому и из других домов оставляли свои занятия и с упоением слушали неожиданный концерт. Мы стали настоящими друзьями, я познакомил Людмилу со своими знакомыми, подругами, а она меня со своим мужем.

Он вначале её очень ревновал ко мне, но поскольку оснований не было (мы с Людмилой были только друзьями) и я мог спокойно смотреть ему в глаза, то он оставил свою ревность и мы иногда вместе проводили время.

22.02.2007 


Мысли о женщине, которую никогда не видел

В начале перестройки, когда как грибы после дождя возникали и исчезали новые банки, фирмы и предприятия, возникла потребность в вывесках с новым российским гербом, в надежных металлических решётках. Я в то время познакомился с Георгием. Он был по профессии инженер, имел свою маленькую литейку, где можно было из расплавленного металла отливать в формы разные необходимые вещи. Засучив рукава, мы с ним взялись за выполнение многочисленных заказов.

Литейка Георгия находилась на базе Вторчермета, он жил прямо в мастерской, другого жилья у него не было. Георгий вырос в детдоме, вел спартанский образ жизни. Мы носились как угорелые, работали не только в выходные дни, но и в праздники. Деньги текли рекой.

Однажды подвернулся заказ – установить кованые фигурные решётки на окна и двери для одного банка. Изготовив решётки, мы на выходные дни привезли их для монтажа в банке.

Когда устанавливали решетки в кабинете директора банка (в это время директор был в командировке в Москве), надо было передвинуть шкаф. Дверки шкафа открылись, и я увидел несколько пар туфель на высоких каблуках и платья. Мы же с Георгием предполагали, что директором банка мужчина.
По размеру обуви и фасону платьев мы представили, что женщина была стройной, имела хороший вкус. Интерьер помещения также говорил об изысканном вкусе: цветовое решение, подбор и расстановка мебели и другие неуловимые детали. Сексуальная притягательность той, которая обитала в этом помещении, витала в воздухе. Воображение усиливал запах неведомых духов.

Уж не раскрываются ли во мне неизвестные черты фетишиста, подумал я тогда. Но успокоился, когда Георгий заявил, что, скорее всего, директриса порядочная блядь, судя по её кабинету и одежде.
Решётки мы укрепили, получили деньги, но память иногда возвращала меня в тот кабинет и к той женщине, которую я никогда не видел.

27.02.2007 


Курагинские кореша

Хочу написать о некоторых своих земляках – курагинцах. Курагино – крупный поселок на юге Красноярского края, стоит в живописном месте, на берегу таёжной реки Тубы, притока Енисея, по которой перегоняли лес в плотах с ее верховий.

Чтобы хоть как-то передать неповторимость тех мест, надо сказать о горах, окружающих это селение, о лугах с душистыми цветами и травами, о лесах: хвойнх, лиственных и смешанных, поскольку посёлок стоит на границе Минусинской котловины с её тёплым микроклиматом и Саянами, где климат более суровый.

Жители, кроме своей работы, выращивают овощи, рыбачат, собирают дикую ягоду, ходят бить кедровую шишку, на охоту.

Одним из развлечений, или формой борьбы со скукой, среди молодёжи в период развитого социализма были драки. Правда, они проходили по негласным правилам: не применялись ножи, кастеты – в остальном никаких ограничений не было. Драки проходили, как правило, на танцах в парке, возле ресторана или пивнушки. Боёв без правил в то время не было, запрещено было даже каратэ, вот люди и находили возможность выпустить накопившийся пар таким образом, да еще в частых пьянках.
Там много было интересных людей – о некоторых я расскажу, о тех, с кем (в одной команде) приходилось не один раз участвовать в групповых драках.

Анатолий Шишкин (Ляпсик). Не один раз сидел в лагерях. Вся спина в наколках и шрамах. Во всю спину наколота картина – человек, сидящий на краю могилы, большой крест. Значительная часть зубов выбита в драках. Развитые надбровные дуги делают Ляпсика похожим на первобытного человека. Но по своей натуре он не подлый, наоборот – душа-человек, предан в дружбе. Любил вспоминать о своей жизни в лагерях. В драках был надёжен, смел. Такого убивай – не бросит друга. Анатолий– хороший таёжник: бить шишку кедра, охотиться – это его стихия.

Николай Шалушинин (Шалупонь). Невысокого роста, худой, чем-то был похож на актера Андрея Миронова. Так же танцевал, как он. У родителей он был один, они жили в постоянной нищете в небольшом домике на улице Тютчева. В домике стояли две железные кровати, маленький телевизор «Рассвет», старый стол и тумбочка из фанеры. Отец часто пил. Николай не закончил даже средней школы, но всегда был опрятен, ходил в хорошо отглаженных брюках.

Хотя физической силой он не выделялся, но мог морально подавить противника, посеять и неуверенность в его рядах, распустить ложные слухи. Здесь наш Шалупонь был незаменим.
В армию его призвали поздно, он служил не со своими сверстниками. Попал в Казахстан, где испытывали ядерное оружие. После ядерных взрывов в шахтах (штольнях) оставалось оборудование, которое они тайком с сослуживцами продавали местному населению. Там он и получил облучение.
Лучевая болезнь развивалась стремительно, Николай стал хромать, получал мизерную пенсию. Так в нищете и умер.

Александр Никулкин (клички не было). Здоровенный бык. Постоянно занимался спортом, играл в футбол, таскал гири, штангу, качался. Как примерный спортсмен, получил от районного начальства путёвку на Московскую Олимпиаду в 1980 году. Был немного медлителен. Его трудно было разозлить, а еще труднее успокоить, когда уже разозлили. Товарищи уже вовсю дерутся, а Сашок все еще ведет разговоры – докапывается до истины, действительно позднее зажигание. Свои рассуждения о жизни, политике, людях считал единственно правильными.

Другие гладиаторы не менее колоритны: Лабан, Возжай, Тухлый, Кузя, Бандит... Но уже сейчас можно представить состав команды – люди все разные, но они были связаны невидимыми нитями.

P.S. У Бандита – Геннадия Дягилева – был физический недостаток: одна нога значительно меньше другой, он носил протез на шнуровке еще со школьных лет, воспитывала его бабка, мать жила на севере и иногда посылала деньги. Этот недостаток не мешал Бандиту в драках, он ловко делал подножку тем же протезом, так и получил кличку по аналогии с пиратом Джоном Сильвером.

03.03.2007 


Художник Димура

Потомок солдата наполеоновской армии

Евгению Сергеевичу Димуре была за семьдесят, когда я с ним познакомился во Владивостоке. Его прапрадед де Мур служил в наполеоновской армии, остался в России, пустил корни, так впоследствии появился на свет Димура, судьба его привела во Владивосток.

Это был интеллигент от природы, никогда не повышал голоса, умел внимательно выслушать собеседника, мог тонко пошутить над слабостями других. В углу его художественной мастерской стояла маленькая иконка, Димура подходил к ней, шептал молитву, крестился, и делал небольшие поклоны.
Он раньше работал на китобойном флоте, объездил почти весь мир.

В его мастерской на полках были собраны раковины, морские звезды. Особенно мне запомнились зубы кашалотов, касаток, акул. Некоторые челюсти величиной с человеческую голову, идеальные не только по форме (словно их вытачивал ювелир), но безупречной белизны, прочные, как сталь. Природа за миллионы лет эволюции создала совершенные орудия для убийства и разрывания плоти.

Сюжеты работ Димуры в основном связаны с морем: сцены добычи морского зверя, рыболовства, моряки, корабли, яхты, морские пейзажи, виды Севера с собачьими упряжками... Евгений хорошо знал Федора Конюхова, повлиял на его судьбу.

Мы брали настойку «Золотой фазан» (Димура предпочитал ее сотням других, которые красовались на витринах винных магазинов), закуску из морских деликатесов, и затем можно было услышать много интересного из уст бывшего китобойца. О том, что их судно за сутки могло добыть до шести китов, что китовый жир входил в состав ракетного топлива, что сердце кита весит более 200 кг.
Много было услышано интересных историй о его женщинах, посвящать в эти истории других я не имею права – они были рассказаны только мне.

Посидеть, поговорить по душам, забыть о своих проблемах за интересными разговорами с Димурой – это были незабываемые минуты.

Грустно говорить о таких людях в прошедшем времени, так как Евгений Сергеевич от нас ушел, может, его душа встретилась с душами своих предков – французов.

05.03.2007 


Как мы плавали к практиканткам

Курагинские мотивы

Однажды летом, когда я отдыхал у своих родителей в родном Курагино, вечером меня позвали друзья прокатиться на моторной лодке до селения Ойхи, там, по их сведениям, находились студентки из Красноярска – проходили производственную практику.

Ойха находилась недалеко, поэтому мы планировали вернуться в этот же вечер обратно, только проведем разведку, что к чему, и домой. Итак, мы втроем, купив дюжину бутылок (огнетушителей) красного вина, сели в железную лодку «Казанку» и отправились навстречу приключениям.

Река Туба имеет много притоков, иногда разделяется на множество рукавов и проток. Ну а так как успех нашего мероприятия мы уже начали отмечать с самого начала, с основного русла заплыли в какую-то протоку, уровень воды постепенно упал до критического, одним словом вместо встречи со студентками мы оказались в водной западне. Лодку приходилось тащить волоком по мелководью, мы избили все ноги о каменистое дно, думали, надеялись, что этот путь вот-вот кончится, но проходили часы, а русло становилось все сложнее.

Думали повернуть обратно, но пройден большой путь, и была надежда, что мы, наконец, выберемся на основное, заветное русло.

Постепенно стало темнеть, делать нечего, мы вытащили лодку на берег. Хорошо, в багажнике оказалось ватное одеяло. Сложили большой костер, у нас оставалось еще много вина, копчёное мясо.

В разговорах, под звездным небом мы провели славный вечер, нисколько не жалея, что сбились с пути.
Ранним утром, когда стоял густой утренний туман, деревенские лошади, как призраки, появлялись ниоткуда и уходили в никуда – божественная картина врезалась в память до настоящих дней, ради этих минут можно было разбивать ноги о камни.

Утром через какое-то время мы, наконец выбрались на большую воду, завели мотор и уже через полчаса были на берегу родного поселка. Родственники нас потеряли, немного поругали, что уехали, не предупредив, а мы пошли отсыпаться.

06.03.2007 


Воры и мошенники

Почему в России так много воров и мошенников всех мастей и разного калибра? Может, из-за большой территории, которая заселена неравномерно, а местами и вообще дикие области. Поэтому много соблазнов, с одной стороны; легко затеряться и избежать наказания – с другой.

А может, эти качества уже запрограммированы в генной памяти нации? Запрограммировано же у китайцев трудолюбие, а у немцев – точность и аккуратность. Кочевники Чингисхана и Мамая тащили и грабили всё на своём пути. Может свои гены по части тащить несвоё они передали двести лет ига русскому народу?

Воры и мошенники пролезли (а может, всегда там были) во власть, в другие структуры и сферы. Даже учредили особую касту – воры в законе.

Можно условно выделить:
воры и мошенники в медицине,
воры и мошенники в политике,
воры и мошенники в правоохранительных органах,
воры и мошенники в бизнесе,
воры и мошенники в быту,
воры и мошенники на транспорте,
воры и мошенники в науке,
воры и мошенники в спорте,
воры и мошенники в армии,
воры и мошенники в торговле,
воры и мошенники в банковском деле,
воры и мошенники в искусстве,
воры и мошенники в литературе,
воры и мошенники  на телевидении и в СМИ,
воры и мошенники в церковной среде.
воры и мошенники в самой воровской среде – особый род
воров, по этому поводу есть народная пословица: вор у вора дубинку украл. (Только почему именно дубинку?)

Есть множество других пословиц на эту тему. Рыба, которая гниёт с головы. О руке, которая моет другую руку. Ёще раз о руке, которая себе владыка. Взять от многого немножко – не воровство, а делёжка. О шапке, которая горит на воре.

Воры и мошенники – да где их только нет? Они везде!

Видимо, трудно найти область человеческой деятельности, чтобы там не развелись они.
Само звучание этих слов – «воры и мошенники» – уже стало привычным, чуть ли не родным.

07.03.2007