Виртуальные путешествия по маршруту парусника "Надежды"

Весь мир (рассказы).
 

1) Вальпараиса, о.Пасхи (Чили) - начинаем путешествие

2) Редкая птица долетит до середины Тихого океана (остров Пасхи)

3) Непомнящий Н. Н. По следам великанов

4) Папуа Новая Гвинея

5) ТАИТИ:

Таити Французская Полинезия (столица г. Папете, о. Таити) находится в Тихом океане, в 17.700км от Европы и занимает около 5000 км2 водного пространства. Расстояние от Таити до Калифорнии - 6520км, до Австралии - 5390км, до Токио - 9500км.

Французская Полинезия состоит из 118 островов. Самые популярные из них, это Таити, Моореа, Хуакин, Райатеа, Бора Бора, Рангироа, Манихи и Маркизовы острова.

"Там я буду рисовать все, что мне захочется, не заботясь ни о славе, ни о мнении других", - сказал Поль Гоген. Замените глагол "рисовать" на любые другие, более близкие Вам, истинность этих слов не изменится.
МУЗЕЙ ПОЛЯ ГОГЕНА на о. ТАИТИ

Еще один повод побывать на Таити - легенды о Баунти. Писатель Джеймс Норман Холл в соавторстве с Чарльзом Нордхоффом написал трилогию, посвященную матежу на корабле Баунти: романтичной и трагической истории из серии "встреча варварства и цивилизации".        Первая часть трилогии повествует о том, как в 1788 году экипаж судна "Баунти" взбунтовался против капитана Блая и отказался возвращаться в жестокий западный мир и остался на островах Таити. Вторая - о судьбе тех, кто вернулся вместе с Блаем. А третья - про тех, кто остался жить в земном раю. Все книги были экранизированы по нескольку раз, но публике больше всего запомнился тот фильм 1962 года, где Марлон Брандо играет Флетчера христиана, поднявшего мятеж. В музее стоят книги тех, кто вдохновлял Холла - Джека Лондона, Роберта Стивенсона, Мелвилла. В конце концов, именно приключенческие романы да, пожалуй, творчество Гогена создали Таити его нынешнюю славу



 

Чили

О стране
История Чили очень похожа на историю других Латиноамериканских стран. До прихода испанцев на территории страны жили индейские племена кечуа, аймара, мапуче, алакуфы и она. В XIII веке южную часть Чили завоевали инки. А в XVI в. сюда на целых три столетия пришли испанские колонизаторы.
Сегодня Чили независимое государство. Самые красивые места посещаются туристами, приезжающими из разных уголков земли. Археологические памятники Копакилья и Сапауира, Патагония, остров Пасхи, вулкан Паринакота, гейзеры и горные озера - все это Чили.
Столица Сантьяго-де-Чили, основанная испанскими конкистадорами, пережила немало бурь. Именно здесь совершались государственные перевороты и отстаивалось право на свободу. Сегодня это огромный город с центральной площадью Пласа де Армас, дворцовым комплексом Ла Монеда, известным как место последнего боя президента Альенде (кстати, два века назад дворец являлся королевским монетным двором), множеством музеев, Дворцом искусства и "Парижским кварталом" с нескончаемыми развлечениями.
Пласа де Армас - популярнейшее место в Сантьяго. Здесь находятся самый большой в Чили кафедральный собор, первая в стране почта и музей национальной истории. В старейшем районе Барио Беллависта у подножия горы Сан-Кристобаль когда-то построил себе дом знаменитый чилийский поэт Пабло Неруда. Постройка интересна тем, что врезана в гору и буквально "висит" на стене. А на вершине горы, откуда открывается прекрасная панорама города, возвышается почти сорокаметровая статуя Девы Марии.
Вальпараисо - не только порт и второй по величине город страны. Это место, откуда испанские колонизаторы начали завоевание будущего государства, где жил злодей Негоро из романа Жюля Верна "Пятнадцатилетний капитан", и где родились два известных всему миру человека, чьи имена навеки связаны с историей Чили - Сальвадор Альенде и Аугусто Пиночет. На главной площади Сотомайора расположено старинное здание морского министерства и памятник-мавзолей Артуро Пратту и павшим героям, тем, кто погиб в боях за независимость страны. Центр площади Виктория украшают Кафедральный собор и фонтан, вокруг которого четыре женских скульптуры символизируют четыре времени года. Музеи Вальпараисо - искусства, естествознания и Морской музей признаны лучшими в стране.
Недалеко от Вальпараисо расположился пляжный курорт Винья-дель-Мар, который пользуется большой популярностью из-за своего пейзажа, пальм и банановых деревьев. Роскошные парки, песчаные берега, старинные особняки привлекают сюда многих туристов.
Вообще все места в Чили уникальны. Ла-Серена - город-памятник, город-курорт на побережье тихого океана, с живописными окрестностями, музеями, виноградниками. Пуэрто-Монт - с собором из красного дерева, Сан-Педро-де-Атакама с Музеем мумий. Потрясающе красива долина гейзеров Татио с бьющими из-под земли горячими минеральными источниками.
И, конечно же, всем интересен таинственный остров Пасхи, затерянный когда-то в бескрайних просторах Тихого океана. Около пятисот лет назад посреди Тихого океана голландец Якоб Роггевен наткнулся на маленький клочок суши. Случилось это в праздник христианской Пасхи. С тех пор остров Те Пито о те Хенуа носит название острова Пасхи и манит к себе путешественников со всего мира. Ни одна из многочисленных экспедиций, побывавших здесь, не смогла объяснить, как можно было изваять, доставить и установить сотни многотонных статуй-колоссов, если на 2 тысячи километров вокруг нет ни одной населенной земли.
Но чудеса продолжаются дальше. Есть еще одно место, еще одна земля, которую называют "крючком", зацепившимся за Южную Америку. Протянувшаяся к бескрайним ледяным пустыням Антарктиды Огненная Земля была открыта португальским мореплавателем Фернаном Магелланом в 1520 году. Проплывая по проливу, известному теперь как Магелланов, он увидел костры, зажженные индейцами вдоль берега, и назвал неизвестный архипелаг Terra del Fuego (Огненная Земля). С тех пор здесь побывало множество экспедиций. В 1578 году сэр Френсис Дрейк открыл неподалеку еще одну группу островов, названную мысом Горн. А проводивший подробное исследование Огненной Земли натуралист Чарльз Дарвин заметил о горах и ледниках: "Едва ли можно представить себе что-то более прекрасное".
И, коль уж вспомнилось о ледниках, обязательно нужно вспомнить и о горнолыжных курортах Чили. Сезон катания там длится с июня по сентябрь. Самое большое количество трасс на курорте Валле Невадо. Самый "высокий" курорт (выше границы распространения лесов) - Портильо. Оба места отличаются прекрасными условиями для катания, очень подходят начинающим лыжникам. В отелях созданы все условия для полноценного отдыха. По вечерам работают рестораны с местной кухней.
Одно из местных блюд - "куранто", весьма распространенное на юге страны и острове Пасхи, в общем-то является разновидностью шашлыка. Разница в том, что готовится оно на раскаленных камнях, лежащих на земле. Быстро раскупаются местные пирожки "эмпанадас" с самой разнообразной начинкой Стоит попробовать суп из морских ежей, суп из курицы "касуэла де аве". И, разумеется, все блюда из морепродуктов, которые предлагаются не только в ресторанах, но и в любом из многочисленных кафе. Таких фруктов как авокадо, папайя, бананы, ананасы и киви в Чили тьма-тьмущая. Можно сорвать прямо с ветки и съесть, а можно попросить отжать из них сок. Тем же, кто предпочитает соку что-то покрепче, всегда предложат бутылку хорошего чилийского вина, признанного во всем мире.


Редкая птица долетит до середины Тихого океана.

Автор: Вероника Хлытчиева
Октябрь 2002.

В детстве, наверно, как и многие советские люди, я любила смотреть Клуб Кинопутешествий. Из этих передач я и узнала об острове Пасхи, и он врезался в мою детскую память. С тех пор я периодически вспоминала о нем, но всегда очень абстрактно. Он был категорией инопланетной, абсолютно недостижимой. Но всего не рассчитаешь…

Поездка моя состояла из двух абсолютно разных частей – первую неделю я ездила одна самостоятельно и жила в резиденциях или дешевых гостиницах, вторую неделю я провела в группе из 30 человек со всего мира с сопровождающим и жила в отличных гостиницах.

Москва – Сантьяго де Чили

Начиналась поездка крайне нервозно. У меня был билет на Lufthansa Москва – Франкфурт – Сантьяго со стыковкой 2 часа. На день прибытия в Сантьяго я купила билет до острова Пасхи. Вот эта моя легкомысленность, чуть не стоила мне посещения острова.

Но обо всем по порядку. На регистрации в Шереметьево девушка с милой улыбкой выдала мне приглашение в Ирландский бар, со словами: “ Рейс задерживается” . У меня в запасе был 1 час. Дальше все происходило как в страшном сне: самолет не вылетел из Франкфурта, мой багаж вернуть уже нельзя, самолет вылетел из Франкфурта, без объявления начался досмотр, долго ждали посадку, сотрудник Lufthansa успокаивает, время в моем запасе стремительно тает, наконец, посадка. Вежливые стюардессы сдержанно объясняют, ситуация со стыковочными рейсами будет объявлена за 15 мин до посадки во Франкфурте. Но мы пока никуда не летим! Еще почти получасовое ожидание, наконец, взлетели. Как выяснилось, мы ждали пассажиров, которых не впустили в Россию и отправляли во Франкфурт тем же самолетом. После взлета мне становится понятно, что по всем законам течения времени на свой рейс до Сантьяго я успеть не должна. Но я надеюсь на чудо. Всю дорогу, пребывая в полуистеричном состоянии, перебираю в уме варианты, как попасть в Сантьяго на следующий день, с пересадкой в Рио или Каракасе или Боготе. За 15 мин до посадки, как и обещали, назвали города, стыковочные рейсы на которые уже улетели. Сантьяго не назвали, и я воспряла духом. Самолет посадили в соседний выход (спасибо Lufthansa) за 2 мин до времени вылета в Сантьяго, проставленном в моем билете. Растолкав всех пассажиров бизнес класса, вылетела из самолета второй и через минуту была на посадке. Трясущимися руками протянула сотруднице Lufthansa посадочный талон. Вид у меня был по-видимому совсем плачевный – она даже поинтересовалась, не нужна ли мне помощь. Теперь помощь мне была не нужна, через минуту я зашла в абсолютно полный самолет, очевидно, я была последняя. Заняв свое место, смогла спокойно вздохнуть. Взлетели мы только через полчаса. Тогда я наивно полагала, что в это время перегружают мой багаж. Забегая вперед, скажу, чем они занимались эти пол часа, осталось тайной, а вот с багажом своим я встретилась ровно через неделю.

Надо сказать после этого случая я стала поклонником Lufthansa (даже несмотря на проблемы с багажом на пути и туда, и обратно). Мне плевать, что авиакомпания производит впечатление хорошо отлаженной машины по перевозке человекоединиц. Она хорошо отлажена и это для меня главное. Дело в том, что не успей я прилететь в Сантьяго на следующий день, я не успевала на рейс на остров Пасхи, который летает два раза в неделю. У меня не было возможности по времени лететь на несколько дней позже.

После этого случая, ничто не заставит меня строить маршрут в такие дальние и редкие места с минимальными стыковками.

Тем не менее, я сижу в огромном самолете (Boeing 747) , где всего трое говорят по-русски, и второй мой сосед. Присутствие соотечественника скрасило перелет, но сделало адаптацию к чужой стране более резкой. До Сантьяго самолет делает посадку в Буэнос Айресе. Время в пути до Буэноса 14 часов. Сославшись на плохую погоду в Буэносе, нас посадили в бразильском городе Порту Аллегри. Вообще у меня сложилось впечатление, что над Буэносом всегда или дожди или туман. Пропарились мы в самолете час и полетели таки в Буэнос, а оттуда еще 1.5 часа до Сантьяго. Мы с соседом ждали Анд, думали там начнет трясти. Ничего подобного – трясти начало через 15 мин взлета из Буэноса. Трясло нешуточно. Самолет пару раз проваливался по 2 – 3 сек. Самое страшное – ужас на лицах стюардесс. И еще, когда видишь, как разные части этого монстра (телевизоры, багажные полки и туалетные кабины) ходят ходуном, а за окном хорошо различимо машут крылья. Нет, все понятно, они для того и ходят свободно, что б не разломало, но зрелище жуткое. До этого я не боялась летать, теперь каждый раз садясь в самолет, просила виски. К слову сказать, налетала я за поездку один оборот вокруг Земли (40 000км). Да и перелеты внутренние не из легких, вся стана горы, поэтому садятся и взлетают, как с вертикальным взлетом, и при этом еще виражи закладывают.

Остров Пасхи

В Сантьяго я утрясла все свои вопросы, пересела на другой рейс и полетела на Пасхи. На остров самолет садится около 10 вечера, его встречает толпа местных и предлагает комнаты. Тех, кто заказал размещение заранее, встречают с цветочными веночками на шею. Всего несколько минут мне понадобилось, что бы расспросить местное население и найти хозяйку пансиона, рекомендованного в форуме Lonely Planet . Она посадила меня в свой джип и повезла к себе домой. По дороге, несмотря на темноту, она провезла меня по городку и показала где – что. Несмотря на то, что поток туристов на остров ограничен и плюс не высокий сезон - мне показалось много свободно путешествующей молодежи. У моей хозяйки ( а я жила  в частном секторе) жили два австралийца, англичанин, два голландца, двое  то ли венгры, то ли немцы - все не старше меня - и я русская. Русских они - местные - видели, но крайне мало. Для них это экзотика. Вообще при своей оторванности от мира - хозяйка сказала, что телевизор у нее появился лет 5 назад - на острове есть Интернет кафе и в любом сувенирном магазинчике берут кредитные карты. При банке есть банкомат, правда во время моего пребывания он обслуживал только Мастер/ Еврокард.  У хозяйки стоял компьютер, накрытый тряпочной салфеткой на деревенский манер. Во дворе дома, в местах свободных от построек ( чем-то очень напоминает Крым – частный сектор) растут бананы, авокадо и прочие экзотические пальмы. Это все свежее в разумных количествах давала хозяйка на завтрак в виде салата.

На острове есть офис авиакомпании LanChile , где за наличные или по карте можно купить билет на любой внутренний (или международный) перелет этой компании. Эта авиакомпания широко использует электронный тикетинг, т. е. вы бронируете и оплачиваете билет. На руки Вам дают не обычный билет, а распечатку брони (что удобно потеряешь или украдут не страшно, можно сделать хоть сотню копий). На регистрации надо прийти на свой рейс и дать паспорт. Проверено неоднократно, работает и крайне удобно. Все внутренние билеты можно заказать на сайте авиакомпании и, оплатив по карте, получить туже самую распечатку.

С утра я пошла обследовать окрестности. Город или деревня на всем острове одна называется Анга Роа. А остров размером с пол Москвы и гористый / холмистый. Пешком не походишь. Я взяла в аренду велосипед и поехала  в церемониальную деревню Оронго. Это в 17 веке  она была деревня, а  сейчас археологическая зона. Находится она в очень необычном месте. Кратер вулкана, одна сторона, которого уходит  прямо в океан. Вот на кромке кратера, между кальдерой и океаном она и находится. Вниз к океану скалы, метров 150 - 200.  Вообще берега  обрывистые вокруг всего острова. Где 5 м обрыв, где 200. Остров демонстрирует мощь  природных стихий и вместе с этим, глядя на рукотворных колоссов, понимаешь, что, и люди здесь жили не простые. Нужно быть очень сильным и целеустремленным, что бы высекать, передвигать и возводить этих исполинов. Но о них позже. Возвращаясь к Оронго. Именно отсюда вождь племени наблюдал соревнование на право в течение года носить титул птицечеловека.  Для этого надо было сплавать на камышовой лодке к  острову напротив деревни, найти и привести первое птичье яйцо. Велосипеды в аренде вполне современные с 21 скоростью, тормозами и главное очень гуманным сиденьем. На вершине меня продуло, заболело горло, и начался насморк.

Отступление.  Вывод из этой поездки - три составляющие и три необходимые части успешной  поездки  за границу: паспорт,  билеты и деньги.  Все остальное нафиг не надо. Только таскать :-))). Неудобство одно - сувениры приходится носить и сдавать в багаж в целлофановых пакетах. А  они имеют свойство накапливаться.

На следующий день мы объединились с соседом ( англичанином) и поехали на велосипедах вдоль северного побережья. Ближе к городу стоят несколько аху и моаи, а дальше они пропадают. Последнее аху Акиви примечательно тем, что стоит в глубине острова, а не на берегу как почти все остальные. Зато смотрит в сторону моря. Я долго пыталась разобраться, когда и зачем их делали, но какого- то окончательного варианта не нашла.

Еще на острове поражает количество коров и лошадей. Такое впечатление, что их гораздо больше, чем людей. Когда едешь на велосипеде все время на них натыкаешься, иногда страшно. Стоит корова с теленком посреди дороги смотрит на тебя и непонятно о чем думает, а тебе проехать надо. А вокруг ни души. Деревьев очень мало, несколько относительно недавно посаженных рощ эвкалиптов и пару пальм в Анакене, вот собственно и все. Зато поражает обилие цветов и плодово-фруктовых деревьев в домах у жителей городка Анга Роа.

Так вот на второй день мы поехали по северо-западному побережью. Места не тронутые, сначала грунтовая дорога, потом тропинка, а в конце уж совсем ниточка, заваленная камнями величиной с футбольный мяч. Вверх-вниз. Почти полпути я прошла пешком, по-другому просто не возможно. Часть этих камней, как я поняла, остатки ранних поселений. Если присмотреться, то на камнях кое-где видны петроглифы. Иногда явственно видны фундаменты домов – камни выложены по контуру перевернутой лодки. Пару раз попадались оазисы жизни – пастухи строят дома, а вокруг пастбища для лошадей. Очень жаль, что было мало времени (мы стартовали в 11, а дома были в 21 затемно), там интересно полазать, внимательно присмотреться ко всему. Эта часть самая дикая и нетронутая ни современными жителями, ни археологами. Наградой нашим мытарствам был залив и пляж Анакена. Едешь, кругом скалы, трава слегка пожелтевшая, и вдруг длинный язык белейшего песка, дно бирюза. Вблизи песок оказался чуть розоватым от красной коралловой крошки. Длина пляжа метров 100 - 150, отдыхающих не больше 15 – 20 человек может местных, может туристов. От города Анга Роа к пляжу ведет асфальтированная дорога, по большому счету она одна на острове, и поэтому на машине ехать ну 10 – 15 мин. Отсутствие купальника меня не остановило от омовения в Тихом океане, когда еще доведется, да еще в самом сердце. Полный штиль, вода чуть бодрит, прозрачная до самого дна, дно плотный песок – можно сказать идеальный пляж. После 6 часов на велике, лучшего не придумать. Часок отдохнув, мы двинулись к дому по той самой асфальтовой дороге. Всего то км 10 – 12, а ехали около 2 часов. К моей простуде и насморку прибавилось то, что я сгорела. Спасло меня только то, что за неимением большого ассортимента одежды я ездила в длинных брюках и водолазке с длинным рукавом. Шея, ноги и плечи были спасены.

На след день я сдала к черту арендованный велосипед. Выбирала взять машину в аренду или заказать экскурсию. Машину в аренду стремно – опыта мало и одна, экскурсия – дорого. В аренду предлагают в основном джипы Suzuki два вида – побольше и поменьше. Можно взять в аренду мопед. Но в одном рента каре мне предложили экскурсию за деньги меньшие, чем аренда машины. Мужик видимо просто решил подработать, а меня все устраивало. Что посмотреть я знала сама, а возить он меня будет. Отлично (все удовольствие 30 USD). В 1 час дня он закрыл свою контору, и мы поехали. Каково было мое удивление, когда, подойдя к его машине, я узнала в ней нашу НИВУ. До этого я видела в городе несколько четверок. Вот ведь как занесло. Путь наш в этот день лежал по западному побережью. Берега изрезанные и скалистые только низкие. И огромное большое количество аху с моаи. Надо отметить, что все ныне стоящие статуи, были подняты после 1950 года (экспедиции Хейердала) и их гораздо меньше, чем поверженных. А повержены они были в 18 веке, уже после открытия острова европейцами, во время некой междоусобной войны. Но с войной опять неясность кто, с кем и почему. Темная история. А сейчас это выглядит так. На большой площади множество фундаментов жилых домов, дома для кур (это везде особо подчеркивается, т к куры единственное домашнее животное известное древним поселенцам, до прихода европейцев), сторожевая башня, выложенный камнями спуск к морю (где спускали каное), крематории – прямоугольное каменное сооружение, где высушивали тела умерших (далее они имели широкое применение, особенно кости). У моря параллельно берегу выстраивали аху – площадку, на которой стаяли моаи. Моаи чаще всего это члены данной семьи или общины. Они только мужского рода, но есть как взрослые, так дети. (Первоначально моаи не ставили, только строили аху, и под платформами найдены камеры для погребения и сами останки.) Сейчас большинство моаи лежат ничком, поверженные с аху. Вообще-то говоря их могло свалить и цунами, и такие факты тоже зафиксированы, но все таки наиболее широко распространенная версия междоусобная война. Таких поселений – только больших и заметных – на этой стороне острова около десятка. В этой же стороне острова находится вулкан Рано Рараку. Это место где высечено подавляющее число статуй (всего их насчитано что-то типа 80 0 штук!). Надо отметить, что различают статуи двух периодов. В ранний период высекали разные статуи (высотой от 0,6 до 3 м, с круглыми головами, есть одна стоящая на коленях и даже одна двухголовая – она вывезена с острова, и головы, насколько я поняла, отбиты). В средний период высекались однотипные статуи (те, что на всех картинках), с шапками – волосами на голове. Еще им вставляли глаза, но делалось это, только после установки на аху, т к считалось, что после этого статуя прозревает и набирает силу. Так вот Рано Рараку. Это небольшой такой конвейрчик по производству моаи на отдельно взятом острове. Промышленное производство. На склонах вулкана осталось множество статуй, которые поставили вертикально для шлифовки и отделки спины. Здесь есть статуя, на которой уже европейскими моряками (на заре открытия острова) вырезан парусник. От года к году жители высекали статуи все большего и большего размера. Самый большой моаи около 20 м лежит на склоне Рано Рараку, его так и не доделали. Отсюда со склонов вулкана статуи тащили вдоль восточного побережья для установки на аху – так сейчас и называют – дорога моаи. Некоторые так до сих пор по дороге и лежат. Очень большой вред наносят коровы и дожди. Все же под открытым небом. Коровы топчут, дожди размывают. Мой импровизированный гид очень много рассказал и на многое обратил мое внимание, с ним мне очень повезло. Так вот он говорит, что сотня – пара лет и мало что останется. От Рано Рараку рукой подать до аху Тангарики. Оно, пожалуй, самое значительное. Во-первых, рядом с ним огромное поселение, во-вторых, здесь статуи изображают не членов семьи, а вождей племени. Поднимали заново этих колоссов (до 10 м высотой) японцы. Захотелось им вот и проспонсировали. Волосы / шапки (пукао) на многие вновь установленные статуи не поднимали (много голов отколото и боялись, что они не выдержат этих шапок). Так они и валяются рядом.

Еще гид показал мне забавный камень, он просто валяется рядом с дорогой, в диаметре около 80 см. Бульник, как бульник Он весь в дырках, но если в одну из них сильно дунуть то камень издает утробный, трубные рев. Но не у в всех хватает сил его извлечь.

Вдоль дорог растет гуаява, говорят если ее съесть, то обязательно вернешься на остров навсегда. Гид по дороге дюжины две нарвал, они были сочные и сладкие, и мы их с удовольствием съели. Хотя конечно я в приметы не верю.

Забавное место – этот остров. Безусловно, с научной точки зрения уникальный, ничего подобного в мире нет. Но сказать, что бы это все производило какое-то яркое впечатление?... Может я чего-то ждала, но ведь были же места, где я ждала и находила именно это. (Кстати ярким примером является Канайма. Я бредила ею, и посещение этого мета оправдало мои даже самые смелые ожидания) Пасхи интересен, слов нет, и сейчас по истечении времени воспоминания положительные, но вот что б взахлеб – нет такого. А может дело в том, что я была, сгоревшая, с насморком, больным горлом, без багажа и одна, поэтому все время какая-то уставшая.

Сан Педро де Атакама

Итак, на 5 день утром я улетела из этого гостеприимного места. Летела я в пустыню Атакама с пересадкой в Сантьяго де Чили. Самолет прибывал в город Калама в 10 вечера. Мои надежды встретиться с багажом не оправдались, и я начала немного истерить, т к через 3 дня у меня начиналась официальная часть и мне нужна была цивильная одежка. Но речь не об этом. Из Каламы меня повезли в городок под названием Сан Педро де Атакама. По дороге поразили звезды. Они были видны у самого горизонта. При въезде в городок поразило отсутствие освещения напрочь, фонарей нет, а окна закрыты ставнями, и стайки мрачных личностей вырываемых из тьмы фарами микроавтобуса. Как хорошо, что гостиницу я заказала заранее. Приехав около часа ночи, я бодро договорилась с водителем об экскурсии в долину гейзеров. Экскурсия начиналась в 4 утра, и когда я заказывала wake up call, девушка посмотрела на меня с сожалением и восхищением одновременно. В 4 часа поехали. Опять темно. И жутко холодно - минус, едем на высоту 4500 м. Хорошо у меня куртка от Москвы осталась. К гейзерам специально возят ранним утром, перепад температур и их лучше видно. И вправду приехали и прямо у нас на глазах Земля начала куриться. Те гейзеры, что поменьше становились все заметнее, а потом в эту игру вступило солнце, стало заливать все ярким светом, краски заиграли. Ну и теплеть стало. Хотя сами гейзеры бьют не высоко, в окружении гор какого-то красно – коричневого цвета, очень впечатляет. Здесь не редки несчастные случаи. Через несколько дней после моего визита мужчина сварился. Два гейзера, между ними узкий как бы мостик. Он пошел по мостику, очки запотели, и он оступился. О такой опасности сразу предупреждают. После гейзеров нас долго возили по пустыне, тут тебе и кактусы, и викуньи, и нанду, и вискачи (почти заяц) живенько очень и красиво. Кое-где снег лежит, а днем здесь пекло до 40С. И опять все красно-коричневое. Завезли нас в местную деревню – 8 человек живет, церковь, печь по-черному топится и местные жители нарядные все, в основном женщины. Забавно. По возвращении городок Сан Педро оказался очень веселеньким, таким лубочным, мазанные одноэтажные дома, почти без окон, с причудливыми разноцветными ставнями и надписями. Но есть Интернет кафе и берут кредитки. Город живет туристами. Утром толпы на экскурсию, днем толпы по едальням, вечером с экскурсий. В остальное время жидкий люд прячется на теневой стороне домов. Печет нешуточно. Я просто накидывала платок на голову, как на птичью клетку. Уж больно уши было жалко. В дополнение к аренде машин и велосипедов, можно взять в прокат лошадь, но я их боюсь. Кстати на Пасхи тоже можно взять лошадь, прокатиться по острову. О велосипедах – в Сан Педро сама не брала, но то что видела в конторках по аренде ужаснуло. Старые, ржавые, без скоростей и, по-моему, без тормозов. У моей бабушки в глухой деревне лет тридцать назад и то лучше велосипед был.

Вечером поехала на экскурсию на соляные озера. На закате. Все в дымке. Соль похожа на снег. На озере живут фламинго. Только они далеко и мало что видно. И все это на фоне Боливийских пяти, шеститысячников.

Еще в окрестностях Сан Педро есть Лунная долина, но у меня с ней не сложилось, да и не когда уже было. Вместо этого на второй день я пошла в Музей (вот уж чего никогда не делала). В музее среди всяких забавных штучек, откопанных в окрестностях, две мумии. Одна в глиняном горшке, очень распространенный способ захоронения, а вторая просто в позе эмбриона. Как установлено – это молодая женщина, ей даже имя дали – Мисс Чили. Еще есть немного золота, приятный музей, а главное по делу и немного. Вечером я улетала с Сантьяго. Пару слов об аэропортах. Все они не зависимо от расположения новые, светлые и удобные. В стране поддерживается некий стандарт. Кстати это касается не только аэропортов. В Каламе наконец-то встретилась с багажом, насморк прошел, зато все лицо после ожога покрылось твердой коркой.

Сантьяго де Чили

В Сантьяго у меня был адрес гостиницы и заранее заказан трансфер. Это было очень кстати. Прилетела я опять около 11 ночи. Первое впечатление от Сантьяго ночью из окна микроавтобуса. Довольно чисто, очень узкие дорожные полосы и броуновское движение машин. Но после Москвы не страшно. Еще было заметно, как увеличивается количество этажей в домах, по мере нашего следования. Город вытянут кишкой, и мы ехали из старой части в новую, более современную. А еще меня поразили столбики, проходящие по всей длине дороги между 3 и 4 полосами (всего 5 полос в одну сторону). Первые три полосы зарезервированы для городского транспорта, и частники могут туда переехать только на перекрестке для совершения поворота или остановки. Чудно.

Переночевав, я пошла искать гостиницу Радиссон, которая была забронирована мне уже в рамках официальной части. Доехала на метро. Оно похоже на парижское, очень чистое и пустынное по случаю утра субботы. Пятизвездочный Радиссон разительно отличался от всех предыдущих мест моего пребывания, чем я и не применула воспользоваться.

С этого момента началась официальная часть поездки. Всего участвовало 150 человек из более полсотни стран. Надо отдать должное чилийцам, ТАК организовать ТАКОЕ мероприятие. И все без путаницы, без суеты, без накладок. Четко, быстро. Просто фантастика. На мой взгляд, чувствуются немецкие корни, ну и по их собственному признанию Пиночет заставил их работать. В этом смысле удивительная страна. И подавляющее большинство – молодежь. Один у них минус, языков не знают, а точнее английского.

Сантьяго де Чили производит очень приятное впечатление. Очень чистый много зеленых площадей с памятниками. Дома старые довольно в приличном состоянии, и много новых небоскребов. Иногда в старой застройке заметно французское влияние – вдруг натыкаешься на настоящие французские шато. Удивляет отсутствие трущеб, очень типичных для латиноамериканских мегаполисов. Город вытянутый по долине, но в него врезается несколько холмов. С них на город открывается панорамный вид. Растительность, пожалуй, средиземноморская, только больше цветов.

Особого внимания заслуживает еда. Я мало разбираюсь в кушаньях, но все продукты очень, качественные, свежие и добротно приготовленные. Дары моря в широчайшем ассортименте. Говорят, что типичное чилийское блюдо – это пирожки с различными начинками - возможно. Вино – да много разного и вкусного. Из напитков в качестве аперитива почти всегда и везде подают коктейль из писко. Хотя сам напиток перуанский. Писко - это крепкий напиток типа водки, его смешивают в шейкере с лимоном, яйцом и колотым льдом.

Остров Чилоэ – Пуэрто Моннт - Пукон

В Сантьяго мы пробыли один день и переместились на юг Чили – край озер и вулканов. Самолет приземлился в городе Пуэрто Монт, а нам предстояла поездка на целый день на остров Чилоэ. С материком остров соединяет паромное сообщение. Долгое время, пока не было регулярной связи с материком, остров развивался обособленно и сохранил богатые традиции и фольклор. Бросается в глаза нетронутая природа и яркие насыщенные глубокие краски, Темно-зеленые склоны холмов, какие-то кустарники с маленькими яркими темно-желтыми цветами, как ковром покрывающие огромные пространства, белые с черными пятнами холеные коровы на изумрудной траве, на фоне яркого опять же темно-голубого неба. Океан всех оттенков синего, голубого и бирюзового. Деревья с невиданными цветами. Краски действительно поражают. Еще остров примечателен своей архитектурой. Многие дома стоят у берега на сваях, что б в прилив можно прямо к двери подплыть. И почти все дома как черепицей облицованы деревянными дощечками. Дощечки из эндемичного дерева алерсе, оно очень рыхлое и легкое, и почти не подвержено гниению. Как растет к сожалению не видели, мало где растет. Дома все покрашены один веселей другого. Я заметила, чем суровее край (Патагония ли, Гренландия – по картинкам), тем ярче люди красят дома. Для поднятия настроения что ли? Вообще-то на Чилое мы ехали пингвинов смотреть. Одели нас в резиновые штаны с сапогами (комбез), посадили в надувные плоты. На море волны, но надо смотреть. Поехали к островам (метров 50 от берега), где пингвины живут. Нет пингвинов – не погода – попрятались все. Вместо колонии проводник еле-еле одного высмотрел, так и тот убежал. Вот так мы пингвинов смотрели.

Но вернусь на остров Чилое. Один штрих. Кормили нас в семейном ресторанчике, одно из национальных блюд – фарш из сырого мяса.

Еще небольшое отступление – гостиницы. Сочетание дерева и камня. Например, полы дерево с мраморными вставками, зеркала в деревянных панелях на стенах, панорамные окна на верхнем этаже в ресторане и лифты – дерево и стеклянные стены с видом на город. Дерева в Чили много и разного и они осень умело используют его при отделке.

Переночевав в Пуэрто Монт, мы (150 человек), перелетели в Темуко (чуть севернее) и переехали в город – курорт – Пукон. Курорт расположен у подножья вулкана Вилларика на берегу одноименного озера. Здесь отдыхают богатые чилийцы, а совсем богатые имеют здесь дома. Зимой можно кататься на горных лыжах, летом купаться в озере и штурмовать склоны вулкана Вилларика. Край этот называется Араукания, по имени дерева араукарии. Дерево настолько символично для этих мест, что даже индейцев мапуче, которые здесь живут, называют арауканами. А дерево и правда прикольное – у него нет отдельно веток и листьев – они как бы срослись вместе и ветки напоминают то ли очень длинную шишку, то ли кактус. Сложно словами объяснить, а на что похоже не приходит в голову. В Пуконе у нас была деловая программа, и города самого мы не видели, и через день, разделившись на 6 групп человек по 30 разъехались в разные части страны. Я полетела в Южную Патагонию, в город Пунта Аренас на берегу Магелланова пролива.

Патагония (Пунта Аренас – Торрес дель Пайн – Пуэрто Наталес)

Прилетели по традиции за полночь. Патагония, и конкретно город Пунта Аренас встречала холодом и ветрами. Суровый край Земли. Утром, встав, пораньше пробежались по городу. От моря город расползается вверх на холмы, а сверху через Магелланов пролив открывается вид на Огненную Землю. Аллеи засажены деревьями, которые подстрижены как тумбы, в некоторых домах несколько сросшихся ветвями деревьев выполняют роль забора. У одного из жителей города во дворе стоит два столба, на них прибиты таблички – указатели на многие главные города мира. Есть и Москва – около 14 тыс км. Еще в городе несколько потрясающе красивых особняков семей разбогатевших во времена бума выращивания овец. И очень красивое кладбище. Очень жаль у нас не было времени его осмотреть (проехали на автобусе), хотя может это и к лучшему. Город абсолютно не производит впечатления захолустья. Наоборот. У них есть Музей старых машин (автомобили, сельхоз техника, паровозы и по-моему даже пушки), и по городу разбросано множество прикольных памятников. Например, человек, ведущий за собой десяток овец. Впечатления от города сугубо положительные. Город Пунта Аренас - это ворота южной Патагонии. Главная достопримечательность – Мекка – южной Патагонии – Национальный парк Торрес дель Пайн (в переводе с индейского – Башни Голубого Цвета). Вот туда мы и направились ранним утром. Отъехав буквально 15 мин от города по сторонам стали попадаться гуанако и нанду. Октябрь здесь самое начало весны (северной, а точнее южной), поэтому зелени нет и деревья с черными голыми кривыми от ветров ветками, кажутся декорациями к сказке о Бабе Яге.

По дороге мы заехали на обед в город Пуэрто Наталес и осмотрели Куэва де Милодон. Это пещера, где были обнаружены останки некоего существа, названного учеными Милодоном. Туловище, лапы и размер как у медведя, хвост кенгуру и морда лошади – нашли только один экземпляр?. Кроме этого здесь была одна из самых ранних на континенте стоянок человека. Пещера сама размером в сотню метров. Ледник вмялся в горную породу, а когда растаял, образовалась пещера. Здесь на краю Земли очень заметны следы того, как природа трудилась над обликом планеты.

По мере нашего приближения к Парку (350 км) погода портилась. Небо заволокло, временами сыпал не то дождь, не то снег. При въезде в парк нас выгрузили из большого автобуса и разместили в 2 маленьких, по размерам как Рафики. Дело в том, что нам предстояло переехать реку Пайне по мосту – размеры которого по ширине ровно на 5 см больше размера нашего транспортного средства. Это не преувеличение. С утра мы долго рассматривали наш автобусик, но не нашли не одной царапины. До Парка мы как всегда добрались затемно, к ужину повалил снег. Наутро все было белым-бело, а небо напрочь закрыто тучами. Это было очень некстати, потому что лишало нас возможности увидеть Башни – то ради чего мы сюда так долго добирались. Собственно Башни – это три отдельных вертикальных столба или башни, возвышающиеся над средней высотой местности более, чем на 2000 м. (Их высота над уровнем моря 2600 – 285 0 м). Образовались они при столкновении двух плит (в результате которого образовались Анды). Окружающие более мягкие породы были примяты ледником, а башни так и остались. Кроме башен в массив входит еще несколько пиков, не менее живописных, но более стандартных по конфигурации. В хорошую погоду весь этот массив является как бы осью, акцентом парка. Где бы ты ни находился, он всегда виден, но с разных ракурсов, поэтому как бы все время разный. Очень-очень жаль, погода приготовила нам очень неприятный сюрприз.

Тем не менее с утра мы поехали на экскурсию по парку, как одеялом укутанному низкими облаками. В такой погоде было свое очарование. Все вокруг стало как будто черно-белым, с редкими яркими вкраплениями то малиновых ягод, то желтого лишайника. По парку разгуливают гуанако и в огромном количестве Магеллановы гуси. Видимо у них начало брачного сезона, они практически все ходили парами. Белый самец и темно-коричневая самка. Наша первая остановка была у Большого водопада. Водопад сам по себе ничего особенного, но цвет воды очень необычный – неярко бирюзовый. В 15 мин ходьбы смотровая площадка на Башни, но мы туда даже не пошли в виду полной безнадеги. Потом был Маленький водопад, и обед в лодже на озере Грей. Перебравшись пешком по подвесному мосту, мы экипировались и сели на кораблик, который повез нас к леднику Грей. Озеро заполонено льдинами, для айсбергов они маловаты. Тем не менее, когда железная обшивка кораблика сталкивалась с такой льдиной, ощущение достаточно неприятное. По мере приближения к леднику температура воздуха ощутимо падала, чувствовалось в прямом смысле ледяное дыхание. Вода серая, как будто грязная с еле заметной зеленью. Ледник возвышается над уровнем воды местами до 10 м. Белый с голубым, растрескавшийся, с местах сколов лед темно-голубой и кажется прозрачным. Надо отметить цвета очень нетривиальные, думаю при ярком солнце все выглядело бы более обычно. Но нас ждал грандиозный сюрприз. От ледника начали откалываться куски. Сначала образовалась небольшая дырка, потом она начала расширяться, потом образовалось некое подобие арки, потом сформировалась дыра насквозь, потом это все с грохотом обрушилось. Естественно при этом возникла волна, и наш кораблик начал трусливо пятиться от ледника. Все увиденное произвело столь яркое впечатление, что затмило коктейль из виски со льдом от ледника возрастом несколько миллионов лет. После всех этих впечатлений была долгая дорога в ночи до Пуэрто Наталеса.

На следующий день мы отправились на экскурсию по фьорду с красивым названием Залив Последней Надежды к ледникам Балмаседа и Серрано. Однако после того, что мы увидели за день до этого, впечатлений практически никаких не было. По дороге видели колонию корморанов и одинокого морского льва. Вечером все направились в бар отмечать окончание тура, поскольку некоторые улетали на следующий день. Для столь небольшого городка в баре было достаточно оживленно, даже несмотря на поздний час. Вино, танцы и ночные сборы. С утра нас отвезли в аэропорт Пунта Аренас и мы перелетели в Сантьяго. Прилетели затемно, идти смотреть город, не было ни времени, ни смысла, ни охоты. Радовал потрясающий панорамный вид на Сантьяго с 16 этажа гостиницы Hyatt. К этому моменту я уже изрядно подустала от путешествия и рвалась домой. Поужинали в обычной кафешке, вкусно и недорого и в ночь снова сборы. Наутро в аэропорт и домой. На обратном пути, мне сказали, что моей брони от Сантьяго до Франкфурта нет. Все обошлось, и на рейс меня посадили, но вот из Франкфурта в Москву не зарегистрировали. Самолет во Франкфурт немного опоздал, стыковка была очень короткая и на московский рейс я прибежала, еле успев, зато меня посадили в бизнес класс. Видимо за это багаж мой не перегрузили, и он прибыл в Москву следующим рейсом, и его привезли мне на дом только ночью.
 

Поскольку не думаю, что найдется много желающих посетить эту чудную страну, я не стала перегружать текст деталями и ценами. Однако, если эта информация нужна с удовольствием ей поделюсь. Фотографии можно посмотреть по адресу: http://photos.yahoo.com/bc/khl_vero/lst?.dir=/Chile+October+2002


Папуа Новая Гвинея

"ОСТРОВА КУЧЕРЯВЫХ"

Автор: Николай Баландинский mediatourism@mail.ru

"Страдаете ли Вы заболеваниями, представляющими опасность для Папуа-Новой Гвинеи и/или являлись ли когда-нибудь пациентом сумасшедшего дома?"

Откровенно говоря, такой вопрос посольской анкеты для "соискания" визы поставил меня в тупик. Даже в английской анкете вопрос об "отношениях со спонсором поездки" звучал более корректно. Я перебирал в уме, какие заболевания, завезенные из России, могут представлять опасность для страны, которая сама является заповедником практически всех наиболее опасных тропических хворей. Разве только желтой лихорадки здесь нет. Хоть это радует.

А если я не был и не являюсь "пациентом", то чем еще можно объяснить возникшее непреодолимое желание отправиться к папуасам?

Понятно, что первый стимул - сами приглашают. Конечно, по большому счету, сам первый напросился да еще и товарищей за собою поволок целую тьму тьмущую ( а чего и не поехать, коли и кров и харчи дают дорогим гостям). Второй стимул: экзотика, как ни крути. Далекая и недешевая, однако. И для нас дорогая еще тем, что земляк наш, Миклухо Николай Николаевич, впоследствии ставший еще и Маклаем, не убоявшись болезней и людоедства, приплыл на этот остров, подружился с туземцами и доказал, что они тоже люди, не хуже остальных. Он даже хотел берег, названнный в его честь Берегом Маклая, присоединить к России, чтобы папуасам жилось вольготно и беззаботно в пику разным там английским, немецким и голландским колонизаторам. Но русские уже к тому времени Аляску продали. Что там какая-то Новая Гвинея. Так что, не получилось нам стать соотечественниками. И теперь у нас из туземной экзотики только чукчи и остались. При СССР хоть узбеки были. А теперь только чукчи.

У нас даже посольства папуасского нет. Говорят, нет надобности в таковом. А ежели у кого возникнет надобность съездить в Папуа-Новую Гвинею, то визу в эту страну надо через австралийское посольство оформлять и ждать её месяц-полтора. Можно в Лондон или Брюссель слетать и открыть визу там самому (поскольку австралийское посольство всё равно документы переправляет туда). Можно по почте переслать и по телефону справляться, дали визу или нет, а если нет, то когда дадут. Я все наши документы по почте UPS переслал в Лондон прямо в Верховную Комиссию Папуа-Новой Гвинеи, и нам визы поставили за несколько дней. Хотя наш пример - не совсем удачный, так как мы ехали по приглашению Министерства Туризма и все согласования были получены мгновенно, а как простых смертных могли бы мурыжить гораздо дольше. Конечно, не обошлось без некоторой неразберихи, но в общем и целом мы расстались с посольством хорошими друзьями. От нас они, от греха подальше, постарались поскорее отделаться, выдав всем визы с правом работы в ПНГ до декабря 2002 года.

Конечно, никто из нас там работать не собирается. Для работы, если уж приспичит, есть соседняя Австралия. Но и там придется работать нелегально. В Папуа у нас другая цель, а именно - пощелкать фотоаппаратами и пожужжать камерами. Кто-то это будет делать по работе, т.е. профессионально, кто-то как любитель. Хотя у иных любителей такая внушительная аппаратура, что скорее профи за любителей сойдут, чем наоборот.

Параллельная задача - познакомиться с Папуа как с туристическим направлением. Поскольку поездка носит почти официальный характер, то нас ждут встречи и фуршеты с представителями местного туристского "бомонда". От этого никуда не денешься - правила хорошего тона надо соблюдать. Это - дипломатия.

Самая "навороченная" камера - у Ильи. И сам он оператор навороченный: единолично снимает и в значительной мере режиссирует программу, выходящую аж по двум телеканалам - НТВ и ОРТ. Выходят они в один день, паровозиком друг за дружкой, как раз тогда, когда страна пьет утренний субботний кофе (или что там ещё). За своё мастерство получил в прошлом году премию ТЭФИ. Но снимает он, в основном, только одного человека - Павла. Он там в кадре с разными зверьми общается, в том числе с довольно опасными и хищными тварями, а он всё это снимает. Павел тоже едет, естественно. Он, конечно бы, не поехал, но кто ж ему даст это сделать. От него, правда, скрывали, что он едет на Новую Гвинею, но шила в мешке не утаишь. Скрывали это от него из гуманных соображений. Почему, я понял из его интервью в журнале, ему же посвященном: жары не переносит. Вообще, из этого интервью я понял, что совершаю убийство, предлагая поучаствовать в "экспедиции" в Меланезию. Во-первых, жары не переносит, во-вторых - любит читать литературу "по теме" перед поездкой. А если он её читает, то значит обмануть тем, что там "погода - как у нас в июле-августе" соучастникам по убийству не удастся. Но всё обошлось, к счастью. Ко всему можно привыкнуть и со всем смириться в этой жизни.

Для моральной поддержки и переноски громоздкой аппаратуры с Ильей и Павлом послали Лену. Вообще, женщинам в таких поездках, по мнению многих, в том числе и меня, делать особо нечего. Но Лена оказалась человеком абсолютно адекватным, что женщинам свойственно не всегда, особенно когда они оказываются в экстримальных условиях в окружении красивых, но не всегда "адекватных" мужчин в какой-нибудь забытой Богом глуши, как Папуа, например.

Но они втроём - "новички" в нашей теплой компании, в которой люди прикипели друг к другу в странствиях по африканскому континенту. В разном составе мы вместе колесили по ЮАР, Свазиленду, Лесото, Гане, Кении и Танзании. Каждый из нас знает, чего стоит его попутчик, и это замечательно. Самое худшее, когда в течение четырехнедельной поездки приходится путешествовать с "чужаком". От него и не избавиться толком, если только в речку с крокодилами случайно не толкнуть. Но иного и крокодилы не едят; и тогда приходится добивать...

Душа компании - Александр. Отличный рассказчик и шутник. Он руководит другой съемочной группой. В ее составе - Дима и Володя (тот самый, который чуть зулусскую деревню не спалил, залив костерок ведром керосина; но об этом уже знает почти вся страна). Олег - "ветеран" Ганы. В отличие от многих, он зарабатывает на жизнь пером не в переносном смысле слова, а в прямом. Как именно, лучше спросить у него самого. Может оказаться полезен, как полезен Жорж (Георгий), у которого весьма недурственный магазин фототехники и аксессуаров, а также Серж (Сергей), у которого фотостудия, в которой можно напечатать фотографии любого формата, хоть в виде постера со своим изображением.

Замыкает этот список "избранных" Анна. Она социолог и ведущий специалист ведущего российского фонда, который занимается составлением всевозможных рейтингов и мониторингом (читай: созданием) общественного мнения. Рейтинг - это вещь хитрая. Никто не знает толком, откуда он берется. Я так думаю, что он берется у ведущих специалистов. Будет у Анны хорошее настроение - будет высокий рейтинг у Папуа-Новой Гвинеи. Даже рейтинг Турции затмит. А не будет настроения - останется её рейтинг там, где есть сейчас. И всё тут.

Я не оговорился. Наша поездка занимает почти четыре недели, если считать день отлёта и день прилета в Москву. Три недели в Папуа-Новой Гвинее плюс четыре дня в Сингапуре. Там еще перелеты прибавить. Из Москвы до Порт-Морсби лететь почти сутки со всеми стыковками. До Сингапура через Бангкок - 12 часов. Стыковка в Сингапуре - 4 часа. Перелет Сингапур - Порт-Морсби - 6 часов. Когда в прошлом году Сергей Винский собирался в Папуа, его отпугнула высокая стоимость авиаперелета Сингапур - Порт-Морсби. Сообщение ПНГ с внешним миром осуществляет одна авиакомпания - национальный перевозчик "Air Niugini", а потому стоимость билетов при покупке в обычной авиакассе может навсегда отбить охоту посетить ПНГ. Платить 2300 долларов за билет может себе позволить не каждый, а если позволит, то полетит не в ПНГ, а еще куда-нибудь. Но желание видеть нас на своей гостеприимной земле у папуасов столь велико, что "Air Niugini" удалось уломать на тарифы, в три раза меньше заявленного. Так и должно быть! Если и в следующий раз не обманут, то за $1400-1500 через Токио или Сингапур можно будет добраться, что сопоставимо с дорогой до Австралии, хоть и все равно недешево. Или автостопом до Сингапура, а там уже самолетом. Дерзай!

Программа нашего пребывания неоднократно менялась. Сначала планировалась одна неделя в Папуа-Новой Гвинее и неделя на Соломоновых островах. Потом визит в ПНГ растягивался до двух недель. Потом на Соломоновых островах начались обычные для этой страны беспорядки, да и папуасы предложили ещё одну неделю пробыть у них за их счет. Ко всему прочему, бюджет недельного пребывания на Соломоновых островах перекрывал бюджет трехнедельного путешествия по ПНГ. Поэтому решили не мешать Божий дар с яичницей, а посвятить себя Папуасии в полном объеме. Изначально папуасы хотели показать Тари, Каравари, реку Сепик, Алотау, Маданг, Лаэ и Новую Британию. Потом, не договорившись с организаторами круиза по реке Сепик, этот интереснейший регион вычеркнули из программы, поставив вместо него остров Новую Ирландию, Маунт Хаген (Нагорья) и добавив пару дней в Маданге. То, что Сепик "отрезали", оно может и неплохо - места там "гнилые", малярийные. Помрешь от лихорадки, как Миклухо-Маклай. Такие же опасные места - Западная Провинция. Леса, болота, комары, пиявки. Здесь, на Новой Гвинее, три основные природные зоны: побережье, нагорья и долины рек. Самое здоровое место - нагорья. Побережья - так себе. Долины рек - на любителя... Вторая Амазония. Хотя на пару-тройку деньков рвануть туда можно. В долине реки Сепик очень интересны деревенская архитектура и "народные промыслы" - в других местах такого точно нет. Папуасская классика: лучшие маски, барабаны, перья райских птиц, кожа крокодила - сепикского пук-пука.

По срокам, конечно, поездка вышла внушительная. Все охали и ахали, что на такой срок ехать - убийственно, прежде всего для тех, у кого бизнес свой в Москве на самотек оставлен. С другой стороны, ехать в такую даль, чтобы недельку потусоваться с аборигенами и лететь обратно сутки в Москву, а потом еще неделю приходить в себя после смены часовых поясов - еще менее рационально. Да и вкусить всех прелестей "жизни в раю" уж очень хочется.

Билеты на "Air Niugini" получили в Сингапуре. У стойки регистрации спросили: "Вы те самые одиннадцать персон из России?" Да, те самые. Выписали билеты. На обложке - девиз: "Эйр Ньюгини - Ваш билет в рай". Звучит двусмысленно. Даже как-то зловеще. Ну что ж, проверим!

**********************************

Когда едешь в страну с некоторым предубеждением, то многое поначалу кажется "не так". И стюардессы в самолете "не такие" красивые, и униформа у них "не такая". Конечно, униформой даже это назвать нельзя: ситцевые платьица со скромненьким рисунком, а поверх - фартучки. Вид у стюардесс "Air Niugini" поэтому какой-то по-домашнему простой. Про самолет ничего плохого сказать не могу - "Боинг" он и в Папуа "Боинг". Откровено говоря, меня тяготила мысль о тех воздушных судах, на которых мы должны были передвигаться внутри самой Папуа-Новой Гвинеи. Воображение рисовало поршневой самолет с заклепками на корпусе, тронутыми ржавчиной, пилота в пропотевшей маечке и самокруткою в зубах, заливающего в баки керосин из ведра, и смотрящего сощуренным глазом на осоловевшую от жары кучку пассажиров: "Обождите, граждане! Щас полетим!". Но нет. У папуасов самолеты нормальные. На внутренних линиях - "Фоккеры". На внешних - "Боинги". Для пассажиров на мониторах крутят кино. Сразу видно, что не лаптем щи хлебают.

Прилетели в Порт-Морсби утром по местному времени. Зал прибытия впечатления не произвел. Таможенные правила, для особо непонятливых снабженные картинками и вывешенные на самом видном месте, гласили, что в страну можно ввозить только один литр спиртного. Перед стойкой паспортного контроля - "Duty free" со строем конфискованных бутылок. Еще в самолете прокрутили ролик, в котором законопослушная старушка, прилетевшая в ПНГ, демонстрирует таможеннику литровую бутыль. Конечно, для старушки литра водки или рома, может, и достаточно, но нам, для защиты иммунитета и профилактики желудочных болезней, данного объема явно недостаточно. Совсем рядом с пограничником на колонне еще один запрещающий плакат. На нём изображен некий продолговатый предмет, напоминающий то ли барабан, то ли усеченный мяч для игры в регби. Предмет перечеркнут. Рядом - изображение сигареты; тоже перечеркнуто. Из этого я сделал неправильный вывод, что в здании аэропорта нельзя курить и играть на барабане. Но потом, однако, знающие люди объяснили, что это наверняка орех бетеля, который местные жители жуют и балдеют. Оттого у них зубы красные. Оттого на полу, на асфальте и т.п. встречаются красные пятна, словно кровавые, но то, не кровь, а кашица, которую бетель жующие сплевывают. Пятна эти чрезвычайно трудно отмываются и потому правительство борется со сплевыванием бетеля в общественных местах, как в Сингапуре борются со жвачкой.

Бутыль свою запрятал поглубже в чемодан, но нас особо и не "шмонали". Однако бирки на багаже в ПНГ проверяют строго. Даже номера сверяют. Стоят охранники в строительных касках (а у секьюрити в Папуа все каски - строительные), и сверяют бирки с багажными квитанциями. Никак иначе. Вообще, ПНГ славится своим воровством. Папуасы это знают и порядки соблюдают строго. На выходе из магазинов всех покупателей обыскивают, обхлопывают (кроме нас - белых людей, конечно). У банков во время инкассации - охрана с собаками, по десятку полицейских охраняют входы-выходы.

То, что с криминалом у них не всё в порядке, стало понятно, когда после трехчасового утреннего акклиматизационного сна нас повезли смотреть Порт-Морсби. Сначала мы не поняли, где же город. Как оказалось, мы по нему колесили уже двадцать минут. Вообще, город в Папуа-Новой Гвинее - это некая территория, на которой крупные постройки встречаются чаще, чем в других местах. Вот там, за кустами - дом. Вон еще один. Вот там - школа, там - университет. За пустырем - Парламент Папуа-Новой Гвинеи. Потом заборы, заборы, а поверх них - колючая проволока. Она здесь, наверное, самый ходовой товар. Наверное, прежде, чем дом поставить, папуасы огораживают участок колючей проволокой. Вся страна - за колючей проволокой. Такое вот сравнение. Но с другой стороны, видно, что земли навалом, селись - не хочу. Можно не на земле. Можно прямо на воде селиться. В пригородах Порт-Морсби - рыбацкие поселки. Дома на тонких сваях, на "тонких эротических ножках", словно мангры продвинулись в море.

А то, что в нашем представлении напоминает столичный город - это несколько кварталов в даунтауне. Там - банки, отели, ночная жизнь. Пешком всё это можно обойти за пятнадцать минут вдоль и за десять - поперек. Самый "крутой" отель в городе - "Холидэй Инн". Когда мы туда заехали кофейку попить, приехал автобус с тремя десятками дряхленьких американских ветеранов в белых шляпах. Их потом покажут по телевизору: они приехали навестить могилы боевых товарищей, которые выкуривали вместе с ними японцев с Новой Гвинеи.

Пока ездили смотреть Порт-Морсби, у Александра из номера вытащили бутылку рома, а у Анны - тысячу российских рублей. То, что народ здесь тёмный не только в прямом смысле, но и в переносном, мы поняли почти сразу. Легко представить себе отчаяние несчастной горничной, которая, надеясь на вырученные средства купить бетеля и клубней таро, стирая вкровь босые ноги об асфальт, обегает банк за банком, но нигде, нигде у нее не берут странные деньги с какой-то абракадаброй вместо букв. Никто не знает не только их обменного курса, но даже того, что это и откуда это. Ужас.

Хотя, может отель и не при чем. Забрался кто-нибудь через окно. Бывает. Отель у нас "Gateway" зовется. Неплохой. По телевизору в определенное время вещает наше НТВ (дальневосточный выпуск; мы как раз сейчас под Камчаткой находимся). Вечером у бассейна собрались на фуршет, организованный в нашу честь новогвинейским туристическим "истеблишментом". Был глава "PNG Tourism Promotion" господин Камбова, с которым к концу нашей поездки случилось большое несчастье (об этом - по порядку), была мисс Хелен и мистер Питер, с которыми я вел ожесточенную переписку почти четыре месяца по поводу нашего визита. Было много разной публики, солидной и не очень. Какие-то туроператоры из нагорий, с бородами лопатой (а бороды у папуасов не хуже, чем у наших старообрядцев в свое время) на радостях так напились к шапошному разбору, что еле стояли на ногах. Каждый совал свою визитку и нахваливал свой "товар". Корреспонденты новогвинейских газет обступили меня, с куриным шашлычком в руках, и я давал им пространные интервью о том, какие мы молодцы, что приехали сюда, и какие они молодцы, что нас пригласили. Потом мне всунули вместо шашлыка микрофон и заставили толкнуть речь. И я толкнул, и поведал о том, как преобразится эта земля после того, как толпы русских туристов хлынут в Новую Гвинею, после того, как цепочки первоклассных отелей, построенных специально для их приема, вырастут как грибы вдоль белоснежных новогвинейских пляжей, как будут построены новые аэродромы, новые ночные клубы и казино, и деньги новых русских рекою потекут в карманы новых новогвинейцев, как русский вытеснит английский из обихода и папуасские дети не бетель понесут с базара, а Некрасова и Гоголя, или кого там еще, я уже не помню, но это уже не важно, а важно то, что Вы, господин мэр, и Вы, господин губернатор, стоите на пороге невероятных свершений и преобразований, грядущих в нашем лице....

...И тут я наконец проснулся. На часах была уже половина восьмого. Пора было завтракать и ехать на экскурсию в ботанический сад, чтобы успеть до полуденной жары.

************************************************

Странное ощущуение не покидало меня в первые дни нашего пребывания в Папуа-Новой Гвинее. Я чувствовал себя...как не в своей тарелке. Конечно, странно было бы ощущать себя здесь в "своей" тарелке. Чай, не ближнее Подмосковье. Но я ощущал некий внутренний разлад, поскольку менялись, а лучше сказать, расширялись представления о мире. Вокруг меня ходили темнокожие люди, вроде бы негры, но не те. Не те, которые в Африке, Бразилии, США или на Кубе. Совсем не те.

Откуда они пришли сюда? Раньше думали, что из Африки. Так считали одни. Другие, наоборот, считали, что африканцы пришли отсюда. Неправы оказались и те, и другие.

Сейчас, если спросишь "новогвинейца", кто он, он ответит, что он меланезиец. "А папуасы тогда кто?" "Да никто. Нет никаких папуасов". Опять выходит нестыковочка. Мы-то знаем, что папуасы есть. Миклухо-Маклай у кого гостил? Знамо дело, у папуасов!

А где же они? А нету...

В 1526 году португалец Жоржеш Менезиш стоял на борту своего корабля, совершавшего привычное для того времени многомесячное, кажущееся бесконечным, плавание по Островам Пряностей и Тихому Океану. Корабль огибал западный конец безымянного острова, и капитан спросил стоявшего рядом малайского купца, что это за земля, и что за люди здесь живут. "Что за люди? Да дикари! Черномазые и кучерявые". По-малайски - "папуа". Так и стали папуасы папуасами.

А потом в 1545 году испанец Ортис де Ретес, проплывая вдоль северного побережья острова "кучерявых" подумал про себя, что очень уж африканское побережье Гвинеи напоминает. И люди почти такие же. По цвету. И назвал безымянный остров Новой Гвинеей. Так папуасы стали еще и новогвинейцами. И судьба у них, кстати, очень схожая была. Потому что до европейцев, которым до Новой Гвинеи дела особо не было, здесь вовсю малайцы охотились за "кучерявыми" рабами так же, как на побережье Африки арабские купцы устраивали сафари на "черных птиц". И отношения складывались здесь почти такие же: папуасы побережья враждовали с папуасами нагорий, воевали, ели друг друга, а тех кого не съедали, продавали тем же малайцам в рабство (вернее, выменивали). Когда Маклай в 1871 году высадился в бухте Гарагаси, он обратил внимание на то, что многие папуасы носят знакомые уху имена: Гассан, Каин, Саул и т.п. Так что не надо никогда думать, что если европейцы что-то не открыли да что-то там не исследовали, то до них там никто не побывал. Побывал. И исследовал. Только он неграмотный был и писать не умел, а потому мы об этом не знаем.

Предки папуасов - великие люди. Все великие мореплаватели - великие люди. Человек - существо сухопутное. Когда он пересекает полосу прибоя, он переступает через свою настоящую сущность и возвращается к своей прошлой сущности, ибо все живые организмы вышли из моря. По крайней мере, по старику Дарвину всё выходит именно так. Предки меланезийцев (читай: папуасов), полинезийцев и микронезийцев пересекли тысячи километров моря, заселив почти бескрайнее пространство Тихого Океана. Это всё равно что заселить Евразию от Шанхая до Лиссабона. Заселение шло волнами; маршруты "колонистов" порою даже не пересекались или же пересекались спустя тысячелетия. Оттого и различия в облике и языках жителей трёх основных географических зон Океании. В прошлом году читал монографию "Освоение человеком Тихого Океана". Подробно, детально, местами занудно, но всё равно - впечатляет. Как всё великое.

Сами папуасы считают себя меланезийцами. Хотя, в строго научном смысле слова, "лингвистическими" меланезийцами можно считать только 15-20% новогвинейцев. Остальные - "папуасоязычные". Здесь языков, многие из которых не имеют сходства в лексике, насчитывается то ли 700, то ли 800. В "антропологическом" смысле различий между папуасами и меланезийцами уже практически нет: они уже стёрты в ходе взаимного "общения". По идее, папуасы - более древние жители Новой Гвинеи, чем меланезийцы. Их предки пришли сюда примерно 40000 назад как охотники и собиратели. Пришли из Малакки (где до сих пор живут родственники папуасов - семанги) и островов современной Индонезии. Потом была еще одна волна "автралоидов" - 10000 лет тому назад. Далее, как полагают, 5-6 тысяч лет тому назад в Океанию двинулись носители австронезийских языков. Их прародина - Вьетнам, Южный Китай. Эти - классические меланезийцы, которые знали земледелие и выращивали свиней для еды, а не бегали за ними по джунглям. Потом они отсюда заселили острова, которые затем стали государствами Вануату, Самоа, Фиджи, Соломоновыми Островами, Новой Каледонией и т.д. 3000 лет тому назад на севере Новой Гвинеи и Архипелаге Бисмарка появились племена, которые производили керамическую посуду, т.н. "носители культуры Лапита". Они новой волной заселили острова Меланезии, положив последний камень в фундамент современной меланезийской расы.

С виду она кажется малосимпатичной. Особенно её женская половина. К тому же, внешность у меланезийцев настолько "типическая", что кажется, что "все на одно лицо". Черты лица довольно грубые, фигуры угловатые. Растительность на лице сильно развита, в том числе у женщин, даже молодых. Детишки симпатичные, но они у всех таковы. Раньше считалось, что у папуасов волосы пучками растут. Иногда действительно так кажется со стороны, но это заблуждение. Не может у человека этого быть, если только специально прическу такую не заказать. Впрочем, в Меланезии какую прическу не заказывай, все равно одна и та же будет, потому и парикмахерские здесь встречаются крайне редко. Одно слово - "кучерявые". Причем, густокучерявые. Они даже в волосы вставляют разные полезные предметы, например, авторучки. Очень удобно.

"На лицо ужасные - добрые внутри". Эта песня всё время здесь вспоминается. Не может не вспоминаться. Ибо папуасы - как дети. Удивительно, но в наш жестокий век, который с прибавлением латинской единицы к двум русским "Х" гуманнее не стал, есть целые народы, сохранившие...простодушие. Новая Гвинея - не остров "кучерявых", а остров "простодушных", хотя одно другому не противоречит. Здесь никто не пристает к тебе на улице с привычным восточным "Купи!" или "Дай!". Не требуют денег за то, что попал в объектив твоего фотоаппарата. Тебе улыбаются и машут рукой не с тем, чтобы потом потребовать "бакшиш", а просто так... А когда сам предлагаешь деньги, смотрят с удивлением. Конечно, не отказываются, но удивляются. Могут обсчитать в ресторане, а в следующий раз не включить в счет вино или пиво, которое тут же заказал и на их же глазах выпил, или телефонный разговор из отеля с Москвой на 15 минут. Каждый раз выписка из очередного отеля превращалась для нас в своеобразный аттракцион: кого обсчитают, а с кого недоберут. Сколько сдачи нужно дать с бумажки в 5 кин, если "Тоник" стоит 1,90? Бармен потел, пыхтел, морщил лоб, надувал губы. Соображал. Варианты были разные: 1,50, 2,50, 3,50. Задача не из лёгких. Решил ее хозяин, да и то, потому что австралиец.

Конечно, в уме, может, считать тяжело. Но и с калькулятором папуасам считать не легче. А всё почему? Да потому, что в деревнях, откуда в города на работу приезжают, к деньгам стали привыкать не так давно. До этого ( а зачастую и сейчас) - натуральнй обмен. Я тебе - курицу, ты мне - мешок таро и т.п. Не имеют для папуасов деньги первоочередной ценности! Вот так вот! И в школе плохо учат, наверное. И не торгаши папуасы по природе своей. Нет, не коммерсанты. В какой-нибудь арабской семье детей сызмала учат торговать и, по меткому выражению нашего замечательного сатирика Михаила Задорнова, быть "потрошителями туристов". Там тебя обсчитают, сдерут три шкуры за дерьмовую вещицу, назвав при этом "братом", а здесь ты еще продавца ненароком нагреешь.

Вы будете смеяться, но даже местные "жрицы любви", скучающие в редких здесь ночных заведениях, согласны провести время с заезжим гостем "за спасибо", просто потому, что интересно. Конечно, папуаски - не такие красавицы, как таитянки, и в данном случае еще надо найти желающего. Но всё равно - деталь примечательная.

Правда, случается, что крадут. Но у папуасов отношение к собственности такое. Лежит вещь долгое время. День лежит. Два лежит. На третий день, даже если хорошо лежит, но без должной охраны, то становится общественным достоянием. Поэтому и колючая проволока везде. Поэтому и сторожевые злющие псины, мешающие справедливому распределению собственности.

Бывает, идешь по улице, а на тебя вся улица глядит. Во многих местах появление белого человека вызывает искреннее удивление: "А чего он здесь делает?". Неприветливых взглядов немного. В основном - улыбки. Улыбаются папуасы красными отбетеленными зубами. У многих красные воспаленные глаза. Выглядят зловеще. Вот раньше считали, что папуасы поголовно людоеды. Потерпел человек кораблекрушение, выбрасывает его на берег. Сбегаются дикари. Глаза красные, изо рта - аки кровь. И не людоеды вовсе. Просто была у них вечеринка с бетелем. Но уже кажется: "Вот и конец мой пришел!". И, как дурак, обратно в море. Потом рассказывает подобравшей его потом команде, как от людоедов чудом оторвался.

Конечно, как мы подозревали, людоедство кое-где, местами и временами, практикуется в Папуа-Новой Гвинее. Но когда говорят о людоедстве папуасов, то забывают, что помимо ПНГ еще индонезийский штат Ириан-Джая существует, а там места, куда правительственные чиновники даже под охраной войск не решаются отправляться. Места там опасные. К тому же, местные патриоты ведут долгую вооруженную борьбу против "индонезийского господства". Тамошние ирианские племена, как считают папуасы ПНГ, будут на порядок "дичее", чем они сами. И людоедство точно есть. В сугубо ритуальных целях, разумеется. Конечно, в отдаленных уголках нагорий или в непроходимых джунглях Западной Провинции настоящие дикари, т.е. те, кто разукрашенный и в перьях не только на праздники для туристов ходит, наверное, и существуют, но "цивилизация" всё равно берет своё. Да, ходят папуасы голые. Да, лица у них разукрашены и перья в голове, но это по праздникам, т.н. "синг-сингам", и необязательно это туристическое шоу. Туристов-то здесь "кот наплакал". В остальные, "рабочие", дни папуасы ходят в шортах и в майках.

А людоедство... Ну кто же воткрытую признается?

Вот у них еще один варварский обычай существует, который в глаза бросается чаще, чем обглоданные человеческие кости. Они любят кроссовки со связанными шнурками закидывать на провода. Кроссовки на проводах - визитная карточка Папуа-Новой Гвинеи, можно так сказать.

****************************************************

В 1873 году капитан Джон Морсби водрузил английский флаг над удобной бухтой недалеко от деревни Моту и основал порт, дав ему название в честь себя. Миклухо-Маклай на северном берегу водрузил русский торговый флаг за два года до этого. Можно потешить патриотическое самолюбие и сказать, что после "высадки Маклая" англичане засуетились и решили опередить русских, но это было бы явным "передергиванием фактов". Маклай действовал самостоятельно, по своей инициативе и на свой страх и риск. Он вообще, выражаясь современным языком, "наколол" Русское Географическое Общество: получил средства на исследование губок южных морей, а отправился проводить антропологические исследования. Можно поёрничать малость и сказать, что Маклай морские губки променял на губки молоденьких папуасок, но факты его личной жизни на Его берегу очень умозрительны и, по понятным причинам, недоступны ни для опровержения, ни для подтверждения. Воспоминаний его возможные пассии тоже не оставили, также, как и белокурого потомства, поэтому эту щекотливую тему лучше опустим.

Англичане создавали империю; на это работал гигантский "маховик" и одинокий Маклай всеми своими призывами и письмами заморским государям противостоять ему не мог. В 1884 году восточная часть Новой Гвинеи была поделена между Германией и Англией. Южная, английская часть этой территории, получила название Папуа. Потом, по Версальскому договору, Англии отошла и северная, немецкая, Новая Гвинея и Архипелаг Бисмарка. Таким образом, появились две колонии : Папуа и Новая Гвинея. Поэтому в 1975 году, при обретении полной государственной независимости (после Второй Мировой Войны ПНГ подчинялась формально Австралии), название Папуа-Новая Гвинея и досталось по наследству первому в истории государству папуасов.

В столице страны если и останавливаться, то только проездом. Ни город, ни его окрестности ничем не навевают грёз о "земном рае". Если и был тут рай, то он уже давно "потерян". Холмы окрестные - почти лысые. Громадная (по здешним меркам) территория города, незаметно переходящего в пригороды, представляет собою скопище ничем не примечательных строений барачно-ангарного типа. Попадаются христианские храмы и даже одна мечеть сюда затесалась. Школы, в том числе "церковно-приходские" - тоже частенько. За портовыми доками и грузовыми причалами - современный деловой квартал, но он, как я уже говорил, крохотный.

Из достопримечательностей - Национальный Музей и Ботанический Сад. Как ни странно, даже следов "колониальных" построек тут не осталось. То есть, одного дня здесь вполне достаточно. Да и ехать в Папуа-Новую Гвинею, чтобы смотреть города - глупо. Не за этим сюда едут.

А зачем тогда, спросите? "А за природой: бабочками, птицами, рыбами и разными чудищами морскими!" - отвечу. Ну еще людей посмотреть. "Дикарей", так сказать.

Вот мы отправились в Ботанический сад. Он небольшой, но помимо растений здесь еще небольшой зоопарк. Живности, правда, немного: птица-носорог, венценосный голубь, попугаи, казуар и древесный кенгуру. Побывали мы в клетках у всех, за исключением казуара. Во первых, не нашли в нее входа, а во-вторых, эта птица может запросто убить человека, если что. Древесные кенгуру - сонные и очень милые; разве только шляпу ненароком стянут, если на руки взять. Вообще, животный мир Новой Гвинеи схож с австралийским, и это естественно: так называемая Линия Уоллеса разделяет флору и фауну Юго-Восточной Азии и Австралии на две разные природные зоны. Пожалуй, только рептилии - змеи и крокодилы - как наиболее древние виды преспокойно пережили разделение континентов и вольготно себя чувтвуют по обе стороны "разделительной полосы".

Мы тоже сразу разделились по интересам; фракции получили условные названия "Звери" ("Натуралисты"), "Могилы" и "Центристы". Павла, Илью и Лену интересовали звери, птицы и "аксессуары" (бабочки, орхидеи, разные экзотические, эндемичные и не очень, растения), и это естественно, ибо это их амплуа. Александр, Володя и Дима - охотники за "человеческими артефактами". Так как кладбищенское надгробие с тевтонским крестом в Папуа-Новой Гвинее выглядит порою очень экзотично из-за своей неэндемичности, то это тоже интересно снять. "Центристы" - это все остальные, кому интересно и то, и это. Они примыкают то к одной, то к другой группе, в зависимости от их дневного маршрута. Обычно "натуралисты" заканчивали "культурную" программу раньше, потому что с животными в ПНГ оказалось не очень...

Но бывало и наоборот. Главное, что папуасы сразу смекнули про разделение и всегда нас ждало сразу несколько машин. Как минимум, две для нас и две - для сопровождающих лиц... Для них наш визит - своеобразное развлечение и способ как-то занять время. Для пущей важности я при каждом удобном случае, указывая на Павла, заговорщески намекал, что он - "русская суперзвезда", чем приводил папуасов в благоговейный трепет, с которым они смотрели в последний раз, наверное, только на Маклая - "Человека с Луны".

Культурная программа в Порт-Морсби включала в себя поездку на катере на остров Лолоата, на котором расположен один из курортов. Попутно посетили еще одну рыбацкую деревню на сваях. На отрове Лолоата курорт оказался безлюдным и пустынным. В основном сюда приезжают обеспеченные жители Порт-Морсби, но на дорожке, огибающей остров, я встретил двоих европейцев. Сюда приезжают заниматься дайвингом, как и в остальные курортные места ПНГ. Бунгало стоят у кромки моря, от которого их отделяют густые мангровые заросли. Хозяева устроили небольшой зверинец с венценосными голубями и древесным кенгуру, но нас уже это мало забавляет: "натуралисты" сюжеты уже сняли, а остальным уж тем более всё "по барабану". Солнце печет нещадно; к полудню начинаешь потихоньку "плавиться". Вот если бы нам настоящего "ропена" показали, нас бы это удивило. Даже потрясло бы. Потому что ропен - это "Новогвинейская Несси". Чудовище, живущее где-то в дремучих лесах. Уцелевший птеродактиль, гигантская птица-динозавр ни больше, ни меньше. Но где найти его, не говоря уже о том, чтобы отснять? В населенной Шотландии нет подлинных снимков, при том, что куча народу за "чудовищем" специально охотится, поджидая его, нацелив на водную гладь объективы. А здесь, как искать? Не прочесывать же горы и леса цепью...

Из Порт-Морсби в Лаэ, столицу провинции Моробе, нас перевезли по воздуху, самолетом. Здесь этот вид транспорта отнюдь не элитный, а самый обыденный. Папуа-Новая Гвинея - это южные лесистые и болотистые равнины, северные лесистые и болотистые равнины, а между ними - горные цепи, кое-где (у Лаэ, например) перемежающиеся долинами рек. Ну и куча достаточно населенных островов к северу и востоку. Железных дорог здесь не было и нет, что касается автомобильных, то они редки и не всегда гладки. Интенсивного движения и, тем более, пробок на них не наблюдается; хоть это хорошо. Самолеты здесь летают, как маршрутные такси; не в том смысле, что их можно на повороте тормознуть, а в том, что летят они сложным маршрутом, делая несколько посадок, ссаживая и забирая пассажиров. От Порт-Морсби до Лаэ лёту всего полчаса; самолет летит дальше - впереди еще несколько городов. Не "кукурузник" - "Fokker". Так что, всё очень даже "цивильно". Интересно то, что нам всё время давали одни и те же посадочные места, так что мы уже заранее знали, где в самолете и с кем будем сидеть. Еще забавнее было то, что стюарды и стюардессы в полетах нам тоже попадались одни и те же ( а в ПНГ мы совершили, в общей сложности, восемь перелетов), так что на борту чувствовали себя как дома. Единственный минус - ограничения по весу багажа у "Air Niugini" составляют строго 19 килограммов. У нас была "охранная грамота" на всю группу от самого главного начальника "Air Niugini", освобождавшая нас от необходимой "доплаты за перевес", а иначе в каждом пункте пришлось бы раскошеливаться на приличную сумму, вылезшую бы в итоге в стоимость перевозки "тела", то есть себя самого.

Природа в Моробе - полная противоположность "столичноокружной". Вот где чувствуешь, что попал в "экваториальный рай" (а кто говорит - "зеленый ад")! Пышная сочная зелень, буйство растительности. Она повсюду; она буквально "так и прёт" из каждого сантиметра земли, словно взрываясь, и рвется к небу. Закон тяготения мешает ей подняться до облаков и заполнить собою всё пространство. От аэропорта до Лаэ - приличное расстояние; дорога занимает полчаса. За окном микроавтобуса - та Новая Гвинея, какой себе ее и представлял до встречи с ней. Мелькают "плетеные" меланезийские дома на сваях. Всё как во времена Маклая. По крайней мере, внешне ничего не изменилось. Только шоссе асфальтированное.

В Лаэ нас поселили в отеле "Melanesian". Благо то, что в его бизнес-центре для постояльцев интернет бесплатный после 17:00, да и скорость нормальная. Вообще, ПНГ занимает одно из последних мест в мире по уровню "интернетизации". В иной африканской стране интернет-кафе на каждом шагу. Правда, не везде и не всегда там интернет работает, но, тем не менее, интерес к интернету и осознание его важности местным населением нельзя не оценить. Папуасы же пока к интернету не привыкли. Провайдеров немного, качество соединения неважное. Найти в городе место, откуда можно было бы отправить домой письмецо по электронной почте, за исключением центра Порт-Морсби, - очень большая проблема. На многих островах интернет вообще отстутствует. И с досугом в Папуа тоже, не очень. Всё время вспоминали Сергея Винского. И ведь хотел ехать в Папуа-Новую Гвинею! Спасибо Леониду Круглову: после просмотра "Возвращения к папуасам" Винский повторять опыты Круглова передумал. Как бы он здесь мучался! Три-то недели! От безнадеги кое-кто из нас, не буду даже намекать, кто именно, решился попробовать бетель, предварительно закупленный на единственной центральной улице в Лаэ у местного населения. Бетель был употреблен по всем правилам, с добавлением извести. Эффект был достигнут быстро. После успешного завершения эксперимента у испытуемого пропали все вкусовые ощущения и не возвращались несколько дней. Он не мог в полной мере наслаждаться пищей, находя удовлетворение в долгих беседах за длинным столом, когда мы все собирались на ужин. Эти разговоры за ужином были обязательным, но ненадоедающим развлечением для всех нас во время нашего невероятно долгого, по современным меркам, совместного путешествия. Благо, каждому было, что рассказать, ибо за спиною - десятки, а то и сотни тысяч километров дорог.

В Лаэ программа такая же, как всегда. Да, да! Как всегда. Деревни, синг-синги, немного ботаники, немного зоологии. На крокодиловую ферму нас не повезли - там сейчас забой крокодилов. Ферма снабжает мясом всю Папуа-Новую Гвинею. Снимать трупы крокодилов ни в чьи планы не входит. Также, как и тушки крыланов на рынке; крыланы для папуасов - лакомство. Как морские свинки для перуанцев. В Лаэ Павлу повезло по-крупному. Он нашел кускуса (маленький симпатичный глазастый зверек, ну очень эндемичный) и зашел в клетку с казуаром. Правда, казуар в это время кушал, а иначе неизвестно, чем эта встреча закончилась бы. Произошло это в так называемом Rainforest Habitat. Это большой крытый сеткой павильон, внутри которого летают птицы, в том числе и райские, бабочки, в водоемах плавают черепахи и спят крокодильчики. Но самый большой крокодил живет в вольере в прилегающем парке. Там же "загон" с древесными кенгуру и норой, в которой живут другие "эндемики" - ехидны. Мы ждали их появления с полчаса. Служитель вынес им таз с дождевыми червями и они потихонечку "подтянулись". В "хабитате" провели почти полдня, но никто не пожалел об этом.
 

Но Анне здесь больше всех повезло: её "заловил" корреспондент "местной прессы" и через день в газете "National" на первой странице появилось анино фото на фоне дерева "пламя лесов", с цветами в руке и подписью: "Русская туристка в Ботаническом саду Лаэ". Отличный сувенир из Папуа-Новой Гвинеи! Газета с твоей фотографией! Но на этом все не кончилось. Этот, с позволения сказать, "корреспондент" стал названивать Анне в разное неурочное время, например, в два часа ночи, в пять утра, и спрашивать, где мы будем завтра и где еще её можно будет поснимать. Запал он на неё. Под конец она его вежливо послала сонным голосом, да и улетели мы вскоре из Лаэ в Маданг. Прощальный вечер нам устроила местная администрация и расстроганный мэр произнес душещипательную речь о том, как они ждут русских, которые прямиком должны будут направляться в Лаэ. Завершилось всё это синг-сингом: хоровым пением сводного ансамбля папуасских женщин в возрасте от шести до шестидесяти под аккомпанимент заводной музыки, исполняемой на бамбуковых трубах при помощи тапочек. Трубы разной длины, связаны в "обоймы". На них сидит "барабанщик" и барабаня тапком по их отверстиям, производит на свет неплохие, весьма заводные мелодии. Потом появились "глиняные люди" из Гороки, с луками и стрелами. На головах у них - белые глиняные "шлемы" с прорезями для глаз, ушей и рта. Не просто шлемы, а физиономии "с выражением". Невольно представляешь себе, что испытывал тот, папуас иль европеец, кто повстречал в лесу этот "спецназ" - то ли духи, то ли инопланетяне. Мэр предлагал "гудеть" всю ночь, как принято у нас в России, но к девяти вечера тусовка начала расходиться. Илья произнес фразу, ставшую впоследствии знаменитой: "Ну всё. Надо валить отсюда!". Это означало: "Снимать больше нечего. Пора ехать". И мы повалили. В Маданг.

В Маданге всё почти то же самое, что и в Лаэ. Программа идентична, но здесь у нас пять дней, поездка по северному побережью и в бухту Астролябии к мысу Гарагаси. Поселили в лучшем отеле ПНГ - "Madang Resort". Два бассейна. Номера с большой гостиной. Мой номер дверью выходит на "олимпийский" бассейн с морской водой. Каждый вечер сюда "на помывку" ходит взвод австралийских солдат. Вертолетную эскадрилью в полном вооружении перебросили в Маданг ввиду исламистской угрозы со стороны Индонезии и для возможной защиты австралийских туристов. А их здесь на удивление много. Также, как и японцев. У них, наверное, ностальгия. У англичан, например, ностальгия по землям, которые когда-то были их. У японцев - по тем, которые могли бы быть японскими. В 1942 году победители Цусимы захватили почти всю акваторию Тихого Океана, вышвырнув англичан из Малакки и победным парадом пройдя по улицам и площадям Сингапура. Голландцев они выбили из Индонезии. Что там какая-то Папуа... Маданг при немцах был главным городом Новой Гвинеи. Они оставили после себя немецкое кладбище в центре Маданга на рыночной площади и бесконечные плантации кокосовых и масличных пальм, а также шоссейные дороги вдоль побережья. Японцы - заржавелые пушки на берегу, танки в лесах и на дне океана, самолет у заросшего полутораметровой травой военного аэродрома. К нему мы ездили специально. А что? Это не музей, а живое (простите за сравнение) свидетельство войны. Он не дотянул до аэродрома несколько сот метров и остался лежать с обломанными крыльями посреди леса. Крылья увезли, в конце концов, в музей, а корпус фюзеляжа оставили. И американцы тоже кое-что "подарили" Мадангу, а именно, ходовую часть танка с треками. Можно сесть в кресло и подергать рычаги. Вспомним детство золотое?

Плавали мы на катере по изрезанной бухте Маданга с остановкой у острова для ныряния и "снорклинга". Этим самым "снорклингом" занимались мы и тогда, когда нас переселили в "Malolo Lodge", что в 17 километрах от Маданга. В этом отеле работает Саймон, чья семья живет в деревне Сококо. Туда он возит постояльцев на экскурсию и его родственники устраивают синг- синг по известному сценарию: полуголые папуасы с перьями в волосах танцуют и поют. Мы уже к синг-сингам привыкли. Жаль, что в них, в массе своей, участвуют пожилые папуасы и папуаски. Если папуаски молодые и участвуют, то прелести свои они прикрывают, к вящему неудовольствию зрителей.

Еще гостям демонстрируют разные обряды, например, инициации или приготовления лекарств из целебных трав. Показали травку, которой малярию лечат. "И что, вконец излечивают?" - спрашиваю. Отвечают, что вконец. Это хорошо. Для нас малярия - излюбленная тема разговоров и вообще, навязчивая идея какая-то. Патологический страх в нас живет, что ею мы здесь заразимся. А уж если кого комар укусил, то с тем мы устраиваем церемонию прощания... Больше всего кусали Лену. Ежечасно она демонстрировала страшные следы комариных укусов, причем кусали её они даже днем, когда вообще-то кусать не должны. Однако потом, оценив воспаления чутким глазом медика-непрофессионала, я позволил высказать сомнение в том, что это комариные и блошиные укусы и поставил иной диагноз: солнечные ожоги под влиянием сильносоленой морской воды. Я надеюсь, что Лена читает эти строки, а значит, все в порядке, а если и чуть-чуть не в порядке, то всё равно всё нормализуется и из больницы её выпишут, и она когда-нибудь сможет вернуться к нормальной жизни и снова отправится погостить в Папуа-Новую Гвинею, как того хотят папуасы.

К поездке в Бухту Астролябии готовились с особым волнением. Хотя бы потому, что она вообще была под вопросом: дороги и мосты размыло дождями. Рек на нашем пути - аж целых двадцать пять. Нам дали два джипа и мы поехали. Вот это действительно Дорога! Реки форсируем с ходу. Ныряем вниз, взлетаем на ухабах вверх. Джипы раздолбаны, параллон из-под обивки торчит. То и дело стукаешься затылком о потолок. Машины подогнали в последний момент и то, в результате нашей настойчивости. То дороги размыло, то местное начальство не дало разрешение на посещение Гарагаси. Но, в финале, всё срослось. И мы приехали к папуасам Маклая.

Вот он, мыс, к которому пристала шлюпка "Витязя" с Маклаем на борту. Вот "памятная стела", поставленная моряками советского "Витязя". Да, господа, было время, когда Академия Наук могла позволить содержать исследовательский флот и посылать экпедиции к далеким берегам. Теперь уже только по частной инициативе и на частные деньги можно такое плавание осуществить. Люди этот последний визит российского судна помнят. К нам сразу подвели потомка Туя, наверное, его праправнука и родственника Маклая, так как Маклай, обменявшись с Туем именами, стал его родственником. Туй-младший еще помнит некотрые русские слова, хоть и довольно искаженные: "топор", "абруз" (арбуз), "бик" (бык). Когда Маклай пытался объяснить папуасам, что такое бык, то он сказал, что это свинья с зубами на голове. Все вместе мы сфотографировались у витязевского памятника, причем я на заднем плане с шофером-папуасом растянул российский триколор, предусмотрительно прихваченный из Москвы Олегом именно для такого исторического случая. Мы Тую-младшему, который, судя по рисункам Маклая, на своего предка действительно очень похож, подарили маленький российский флаг. Ну, чтобы к следующему визиту русских гостей как следует подготовились. Вынесли бы хлеб-соль на рукавишнике или стакан водки "Маклай" (пора наладить производство таковой) с соленым огурцом, и флажок трехцветный для антуража пристроили бы. Через речку, "в которой Маклай мылся", нас провели в Горенду по тропе, на которой Маклай повстречал первого папуаса. "Маклай!"- представился Маклай. "Туй!" - ответил Туй. Так, 130 лет назад, на этом самом месте зародилась великая российско-папуасская дружба.

А Горенду теперь на новом, более высоком месте стоит. Жители такие же приветливые. И пейзаж такой же. Острова Кар-Кар и Били-Били так же виднеются на горизонте. Жители деревни Билбил также гончарят, как и полтора столетия назад (вообще, гончарное производство папуасам несвойственно; только носители культуры Лапита знали керамику). Дома такие же, только посуда пластмассовая и выцветшие портреты кандидатов в депутаты на стенах кое-где пришпандорены. Конечно, приветливые горендовцы наш скоротечный визит скоро, может быть, и сразу, забудут. Но мы не забудем. Для них Маклай уже не "Человек с Луны", но для нас...

Здесь я сделал "ход конем". Сразил папуасов знанием местного наречия. "Маклай нангели авар арен", - сказал отчетливо, глядя потомку Туя прямо в глаза. И всё увидел. Есть контакт! Он меня понял! И улыбнулся, одобрительно покачав головой. "Маклаю женщин не нужно". Глупая фраза, но единственная, что я помнил.

**************************************

Американцы сняли фильм "Пирл-Харбор" очень хорошо, особенно в отношении сцецэффектов и батальных сцен. За 7 декабря американцы отомстили-таки не только всей Японии, но и адмиралу Ямамото лично, чей бункер, из которого он руководил операциями на Тихом Океане, находился здесь, в Рабауле на Новой Британии.

Когда мы прилетели, никакого подвоха не почувствовали. Пальмы кругом. Солнышко светит. Стоило отъехать от аэропорта несколько километров, как сразу увидели: что-то здесь не так. Дорога пыльная донельзя. Причем, чем дальше, тем хуже. Окна приходится наглухо закрывать. Все деревья и кусты на обочинах - серые от пыли. Дождя, судя по всему, здесь не было давненько. Асфальт на дороге то пропадает, то появляется снова; крупные колдобины приходится, сбавляя скорость, объезжать. Тем, кто едет по этому "хайвэю", сидя в открытом кузове, не позавидуешь: после пары километров по цвету волос начинаешь напоминать старца Зосиму. Виновник этого - мелькающий справа по курсу вулкан, над которым поднимается мутное облако. Вулкан Тувурвур невысок, но для вулкана не это главное. Тувурвур периодически выбрасывает "гриб" вулканичесого пепла, причем делает это бесшумно. Бухта Рабаула расположена в так называемой "кальдере" по кромке которой "вскочили" несколько вулканов. Они-то в 1994 году сначала Рабаул хорошенько тряхнули, а потом дружно засыпали город пеплом.

Конечно, это не Помпеи, но кое-что общее есть. В городе остались кварталы, засыпанные пеплом, из которого торчат балки разрушенных строений. В первые же дни после катаклизма местные жители растащили буквально всё, что можно было бы использовать как стройматерал. Самый цветущий город Папуа-Новой Гвинеи практически прекратил свое существование. А тем не менее, здесь как раз есть, что посмотреть из исторических памятников, которых в ПНГ вообще мало, хотя и они находятся в руиноообразном состоянии. При немцах на острове была столица всех тихоокенанских имперских владений (с 1884 - в Хербертсхохе, а с 1903 года - в Рабауле). От резиденции "гауляйтеров" остались только въездные ворота у холма Наманула. В 1914 году отряд австралийских солдат атаковал немецкую радиотелеграфную станцию в Битапаке близ Кокопо и понес потери, окропив австралийской кровью поля сражений Первой Мировой Войны. Теперь об этом напоминает кладбище австралийских и английских солдат в Битапаке. О потерях японцев в 1942-1945 годах напоминает японский Военный Мемориал . О "Королеве Эмме" - американке Эмме Коу Форсайт, первой основавшей факторию по продаже копры и обширные плантации кокосовых пальм на Новой Британии в 1878 году - ступени её дворца и , опять же, кладбище её же имени. Но больше всего "материала" оставили, конечно, японцы. Они окопались на островах основательно. Два дня мы потратили на то, чтобы посмотреть на их "творения". Помимо вулкана это главное, что показывают здесь туристам. Кроме бункера Ямамото "японские военные реликвии" включают в себя вырубленные в скалах туннели для подводных лодок и барж (в одном из пропахших сыростью и пометом летучих мышей туннелей эти проржавевшие баржи до сих пор стоят), бункеры, огневые точки, пушки и т.д. Японцы буквально врылись в остров. Если бы не капитуляция, с боем отсюда их выбить было бы возможно только ценою колоссальных потерь. Надо же, в 1904 году Николай II о перспективах войны с Японией сказал сакраментальную фразу: "Мы побъём этих макак!". Это не макаки. Это хорьки какие-то!

Конечно, любителям военной истории здесь раздолье. Есть где полазить, и даже если спуститься с аквалангом под воду, то на дне морском можно найти немало всего такого: там и корабли потопленные, и самолеты и даже танки. В военном музее в Кокопо под открытым небом собрана военная техника японцев, американцев и англичан. Есть даже рубка "летающей крепости", подбитой японцами.

Вулкан Тувурвур спал до нашего приезда. Словно специально ждал. В конце октября проснулся. И теперь он для нас - "аттракция". С каких только точек им не любовались и с каких только не снимали. Даже на лодке к нему специально ездили. Павел с Ильей на ранней зорьке ездили к нему персонально для того, чтобы снять сюжет про сорных кур, которым вулканы очень даже нравятся, так как они их яйца согревают, как в инкубаторе. Можно и самому при желании очень даже согреться, окунувшись в воду в месте, где она прогревается до 300 градусов... Посетили мы "вулканологическую обсерваторию", где научные сотрудники продемонстрировали нам всю свою технику, с помощью которо они наблюдают за всеми вулканами Папуа-Новой Гвинеи. Здесь, оказывается, вообще место неблагоприятное: сходятся две плиты и на их стыке - с десяток действующих или пока спящих вулканов. Когда следующее извержение? Обещают за неделю предупредить. Надеемся, что до "часа Икс" успеем отсюда "свалить".

Отель, в котором мы живем - "Hamamas" - еще три недели назад был, наверное, лучшим в Рабауле. Он один из трех отелей, уцелевших в округе после 1994 года. Единственный в городе ночной клуб рядом с бункером Ямамото находится в запустении. Жители Рабаула какие-то все "заторможенные", с потухшим взором и крайне воспаленными глазами. Еще бы - ежесекундно вдыхать вулканический пепел, облако которого перманентно висит над городом. И глаза режет. Пока дойдешь из номера через гостиничный двор в ресторан на завтрак, уже все волосы, вся одежда в пепле. "Главное - белое не надевать" или "Занесенные пеплом". Как астранавт на Луне, оставляешь следы на покрытой ровным слоем "серого снега" дорожке. Возвращаешься - следы уже почти занесло... Очень необычные ощущения. Но бассейн в отеле чинят! Да и кухня неплохая в гостиничном китайском ресторане. Как говорят, он лучший в городе. Правда, других в городе просто нет...

Что персонал в гостинице, что люди в магазинах и на улице по-английски если и говорят, то так, что понять невозможно. Это не "пиджин-инглиш" - официальный язык Папуа-Новой Гвинеи, это гораздо хуже - напрочь исковерканный английский. Прибавьте к этому упомянутую "тормознутость" жителей Новой Британии и вы поймете наше чувство дискомфорта. На второй день мы поняли, что единственным адекватным человеком на острове является в данный момент Мисс Хелен, которая нас самолично сопровождала в поездке по Архипелагу Бисмарка, но и она справлялась с ролью "нормального человека" не всегда. Потом выяснилось, что сама она из этих мест. Тогда все ясно! Просто есть такие зоны на Земле. Аномальные.

Но самое сильное впечатление ждало нас впереди. Вечером хозяева гостиницы - белые австралийцы - решили устроить нам барбекю на природе. Чертыхаясь, засыпаемые пеплом, залезаем в машину. Почему-то она без водителя. За руль садится Володя, а едущая впереди машина с еще одной группой "барбекюшников" показывает нам дорогу. И без того жидкие огни Рабаула изчезают и в свете фар мы видим, что едем по заброшенной, засыпанной пеплом, дороге. Она расширяется и мчимся мы уже по полю. Потом соображаем, что это - бывший рабаульский аэродром, который построили рядом с Тувурвуром и очень за это поплатились. Вокруг не видно ни зги, но впереди горят костры и маячат люди. Ну вот и всё... Приехали! Сейчас будет барбекю из нас самих. Эх, чуяло моё сердце, что папуасы нас недаром так к себе заманивали. Хорошо, что если просто дело ограничится требованием выкупа. Можно, конечно, с разгону въехать во всю эту банду, маячущую в свете костров, подавить и рвануть назад, но в темноте дороги не найдешь. Но, однако, не хочется своими подозрениями обижать хозяев и вот так пороть горячку. Запрыгнуть в машину мы, в большинстве своём, успеем. Как оказалось, публика собралась мирная и дружелюбная. При свете фонариков и свечей отлично отужинали за по всем понятиям сервированным столом и вина хорошего отведали. Поднимали тост за тостом, дарили водку как вдруг... вулкан рванул!!! Представьте: темень, звезд на небе не видно. Перед тобою в полукилометре лишь угадывается конус вулкана, а над головой - вулканическое облако чуть светлее неба. И тут - раскатистое "ба-бах", разряды молний и брызги раскаленной лавы! И русский мат (от переизбытка чувств и искреннего, неподдельного удивения)! Нет, такого словами не описать. Лучше езжайте сами в Рабаул. Езжайте, и закажите то же самое!

В отличие от Новой Британии, где каждый по-своему отвел душу, в Кавиенге на Новой Ирландии нас ждала "расслабуха". Было такое впечатление, что к нашему визиту и не готовились особо. "Культурная программа" была откровенно высосана из пальца, вымучена. И это обидно, потому что на Новой Ирландии есть, что показать при желании. Но это при желании. А при отсутствии такового в программу можно включить такое мероприятие, как "съемки велосипедной езды". Немцы проложили великолепное шоссе (Булуминский хайвэй), ровное, как и сам остров. Как в Голландии, по шоссе можно гонять на велосипеде без особых усилий, да и машин здесь очень мало. "Съемки", по замыслу организаторов, должны были заключаться в том, что они сами со светящимися от радости лицами должны были ехать мимо нас на велосипедах, а операторы - их снимать. В итоге этого фарсовое представление вылилось лишь в то, что я сам сел на велосипед, сделал почетный круг по деревне и Сергей меня снял. Можно будет потом рассказывать, что я Новую Ирландию на велосипеде пересек.

Но Тихий Океан я пересек точно. Причем, в одиночку. На меланезийской лодке-долбленке с балансиром. Её я ангажировал у одной папуасской семьи. Они от денег сначала отказывались, но всё-таки потом я их им вручил. Я ловко управлял веслом, пересек океан в проливе между островами Новая Ирландия и Нуса. На обратном пути ко мне подплыл Олег, забрался на лодку и перевернул её. До этого момента я преспокойно плавал вокруг лодки, т.к. просто решил искупнуться. Но на берегу папуасы во главе с Хелен решили, что я упал с лодки, не умею толком плавать, стараюсь подтолкнуть лодку к берегу, но у меня ничего не получается. Они послали Олега проверить, не нужно ли мне помочь. Чем закончилась эта "помощь", я уже сказал: перевернутой лодкой, которую мы в полузатопленном состоянии действительно толкали вдвоем к берегу.

Отель назывался "Malagan Resort". Малаган - это культура новоирландцев, с которой нас толком и не познакомили. Мы с нею столкнулись мельком, наскоком, вломившись незваными гостями на деревенские поминки. Маски, заготовленные для ритуала, стояли прислоненные к кладбищенской ограде. Жители седели по периметру поляны, а староста обходил каждого и собирал пожертвования. Наш гид никак не объяснил нам происходящее (да и всякое проведение экскурсий в ПНГ проходит по схеме: "Вот это дуб. Он - дерево. А вон другое дерево", иными словами, отправляясь в эти края, читайте предварительно нужную литературу, если сможете ее достать), и мы оказались в довольно пикантной ситуации, решив, что это какой-то плановый праздник. Сама "культура Малаган" - это сложный комплекс обрядов, прежде всего погребальных, которые тянут за собой искусство резьбы по дереву и изготовления искусных масок, уникальных для Папуа-Новой Гвинеи. Новая Ирландия является завершением гряды островов, которая тянется с юго-востока на северо-запад и включает в себя Соломоновы острова и остров Бугенвиль, который "соломоновцы" оспаривают у ПНГ. Это, по сути, один географический регион и в культуре новоирландцев и жителей Соломоновых островов много пересечений. Например, в обоих местах практикуется обряд "вызывания акул". Говорят, наиболее отчаянные даже запрыгивают на спины "акулам по вызову" и катаются верхом. Еще здесь в ходу "деньги", употребляемые в виде тонких и длиных ожерелий из ракушек. На рынке такими деньгами всерьез можно расплачиваться.

Нас "промурыжили" два дня, никаких акул не показали, а представление с масками, организованное силами местной самодеятельности, какого-то яркого впечатления не произвело. По сути, наше пребывание в Кавиенге свелось к ленивому "островному времяпровождению" - немного купания, немного рыбалки, сон и лобстеры с кавиенгскими крабами на обед и на ужин. Красивые закаты и рассветы. Побывали мы на островке Нуса, где для любителей экотуризма создан "Nusa Retreat". Простые бунгало, построенные из пальмовых листьев по традиционной меланезийской технологии. Никаких кондиционеров, удобства во дворе. Над входом - керосиновые лампы. Над кроватями- противомоскитные сетки. На самом деле, не знаешь, что безопаснее - задраенный наглухо номер в отеле или открытое всем ветрам бунгало, но с противомоскитной сеткой. Насекомы здесь вездесущи; я в "Маданг Резорт" две ночи боролся с громадными тараканами; уже победил, но на третью ночь один из них прямо на меня свалился. Так что, сетка - она, выходит, надежнее.

Для бэкпекеров в Папуа-Новой Гвинее есть подходящее размещение не только здесь. Периодчески встречаются лоджи, в которых ночь стоит от 6 до 15 кин (1 доллар равен 4 кинам). Вообще же, туризм при помощи местных турфирм - штука очень дорогая. Я деликатно поинтересовался у одного хотельера, почему так, за что так. Он начал сокрушаться, что местные туроператоры накручивают по 300% прибыли потому, что туристов мало, а туроператоры тоже люди и им кушать хочется в остальное время года. "Не остальное" время года - это тогда, когда проводятся фольклорные фестивали, грандиозные синг-синги, собирающие по 30 - 40000 участников со всей Новой Гвинеи. Приехал на такой синг-синг, пощелкал фотоаппаратом, и мешок фотопленки с суперэкзотикой у тебя за спиной. Поскольку туризм в ПНГ носит "событийный характер", туроператоров как таковых немного, отелей тоже, при этом многие отели и лоджи построены и "держатся" теми же туроператорами, то цены на туризм здесь дороже, чем в Швейцарии. Мыслимо ли брать 1750 долларов за четырехдневный круиз по реке Сепик? Или 4750 долларов за двухнедельный тур по стране? Причем, сюда еще внутренние перелеты не включены! Хоть и наседали на папуасов христианские миссионеры, да всё равно креста на них нету. Их цены расчитаны на "основных клиентов" - американцев и японцев. Тем всё равно, сколько платить: едут в отпуск раз в год и отрываются по полной программе. Русскому человеку, да и любому другому нормальному, такие цены кажутся дикими. Я это папуасам пытался объяснить и они обещали исправиться. Поинизят цены. Процентов на пять.

Начинался сезон дождей. Обычно дождило по ночам, но теперь всё чаще и чаще дожди стали идти и в дневное время. В последний день нашего пребывания в Кавиенге над морем нависла такая тяжелая туча, что стало ясно и без напоминания Ильи: "Надо валить отсюда". Впрочем, быстро свалить нам судьба не позволила: рейс в Порт-Морсби задержали на пять часов, а там у нас пересадка должна была быть до Маунт-Хаген. Естественно, мы опоздали и вместо Нагорий ночевали опять в Порт-Морсби. Но с отелем повезло: "Air Niugini" во искупление вины поселила нас в отель "Airways". Шведский стол отменный. Когда мы там отъедались, словно приехав из голодного края, к нам подошли наши соотечественники, вертолетчики из Красноярска, которые здесь, как Мимино, возят жителей горных селений. "О, а мы про вас в газете читали и по радио слушали!" - сказали они нам. Да мы знаем. Читали сами и на память газетки купили. Посоветовали нам ночной клуб "Аэропорт" с "местной спецификой". Кое-кто изъявил желание посетить это заведение в последнюю нашу ночь в Папуа, перед отлетом на Родину, что и было сделано, но их рассказ я здесь не привожу, ибо он выходит за рамки данного повествования, хотя он мог бы быть для кого-то поучительным на тот случай, если его занесет нелегкая в эти гостеприимные края.

В последующие два дня мы получили от нашей поездки всё то, чего нам не хватало почти три недели, а именно - настоящей папуасской экзотики. Понятно, что это шоу. Понятно, что "в живую" всё это можно было увидеть давным-давно, лет пятьдесят тому назад. Нагорья миру-то открылись только в тридцатых годах уже прошлого века, когда сюда пришли золотоискатели (и золото они, кстати, нашли, и теперь оно наряду с какао и не очень хорошим кофе экспортируется и приносит ПНГ кое-какие деньги). Думали, что в нагорьях живут небольшие малочисленные племена, а оказалось, что межгорные долины довольно плотно заселены, и не "охотниками и собирателями", а оседлыми земледельцами. В Нагорьях папуасов больше, чем на берегу. И это правильно, как говорил Михал Сергеич: климат здесь здоровый, прохладный, комаров малярийных нет, в отличие от заболоченных низин или побережья. Мы просто отдыхали здесь после вязкого новогвинейского зноя. Ну ничего, скоро опять в Порт-Морсби, а там четыре дня в Сингапуре - еще попаримся!

Наша программа была столь насыщенной и плотной, что было не передохнуть. Синг-синги, представления следовали одни за другими. Кстати, самый грандиозный фольклорный фестиваль ПНГ проходит в Маунт-Хагене каждый август. Мы побывали в трёх нагорных провинциях: Восточные Нагорья, Энга и Чимбу. К сожалению, не посетили Южные Нагорья (Тари), чьи папуасы племени хули с раписанными желтой краской лицами стали буквально "лицом" Папуа-Новой Гвинеи. На открытках, проспектах, календарях и даже хозяйственных сумках - везде хули. Вообще, выходит, что в Папуа-Новой Гвинее надо смотреть Нагорья, реку Сепик и "маклаевские места" под Мадангом. Там же можно и на море отдохнуть. Правда, у дайверов свои маршруты. В Алотау (Милне Бэй) смотрят китов. На островах Архипелага Бисмарка - гигантских мант. Короче, есть чем заняться. Ну там для "натуралистов" - трекинг по лесам и горам. Есть лоджи прямо в горах; в одном из них побывали. Одним словом, этно- и экотуризм.

А в городах не стоит задерживаться. К примеру, Маунт-Хаген считается наиболее опасным с точки зрения криминала городом ПНГ. Наш отель "Highlander" ("горец", значит) окружен железным забором, как воинская часть, а поверх забора - колючая проволока. Охранники с собаками патрулируют окрестности ночью. Но всё - для нашего же блага. Но мы стремимся на природу, подножию горы Хаген, к нашим лучшим друзьям папуасам и нам пока нет никакого дела до того, что некоторые несознательные элементы из их числа могут нас ограбить или убить. К тому же, ходим мы все кучкой, клином: дамы внутри, а наиболее крепко сбитые мужики по периметру; и в случае чего дадим отпор, быть может даже и вооруженный. Кстати, гору эту Хагеном немцы назвали, так что неэндемичные элементы германской мифологии органично срослись с новогвинеийским ландшафтом. Интересно то, что в Новой Гвинее есть Пик Вильгельма, а в Москве - улица Вильгельма Пика. Я думаю, совпадение не случайно и я обещаю в этом разобраться.

В Нагорьях случился у Ильи день рождения. Это приятное событие нужно было отметить по-особому. Не каждый год его празднуешь среди папуасов. Местному населению была дана "ориентировка" и в каждой деревне группа танцоров, исполняя хвалебную песнь, подносила Илье подарок. "А на золотой прииск у нас сегодня экскурсии нет?"- с осторожной надеждой осведомился юбиляр. Увы, туда экскурсии у нас не было...

...Я покидал Папуа со сложным чувством. Я не испытывал разочарования, ибо моя натура "наблюдателя жизни человеческой" не знает его. Ну не было захватывающих приключений в нашем путешествии, ну и Бог с ними. Новая Гвинея была красивой легендой, в которой главным героем был Миклухо-Маклай. Герой-одиночка, как и положено законом жанра. "Зеленый ад", влажная духота, комары - и все равно, что-то тянет сюда неумолимо. Надо, Федя, надо! Хотя бы раз в жизни побывать там, где время, как воздух, застыло в "райских кущах", оглашаемых криками таких же райских птиц. Миклухо-Маклай заплатил за найденный им рай своею жизнью, но даже на смертном одре он не оставлял надежды вернуться сюда, в "детство человечества". Это, наверное, подсознательная тяга к "своему берегу", месту душевного успокоения. Он так и рисуется в воображении: пальмы, нависшие над широким пляжем белоснежного кораллового песка. Многие его находят.

А вот сына Рокфеллера, пропавшего в джунглях Новой Гвинеи, не нашли. Жорж намеревался посвятить всю поездку его поискам. "Хоть череп найти; можно будет поездку отбить", - говорил. Куда там! Это всё равно, что золото Маклая раскопать (которое англичане, кстати, искали на полном серьезе!). Конечно, топоры, копья и стрелы мы себе привезли. Даже небольшие опахала из перьев райских птиц, хоть они и к вывозу запрещены. Я в Маунт-Хагене приобрел резного крокодила. Не знаю зачем. Просто всучили за двадцать кин. А может, в память того сепикского "пук-пука", которого я съел за ужином. С Жоржем вообще получилось смешно - какой-то папуас в вязаной шапке продал ему "крокодиловое яйцо". Как будто мы не знаем, что в горах крокодилы не водятся! И странное какое-то это яйцо; это мы уже в самолете его внимательнее рассмотрели и "взвесили". Раза в три больше, чем у нормального крокодила или казуара, и скорлупа твердая. Постучали, потрясли - как будто что-то булькнуло внутри. А может, померещилось. Ладно, поставит на видное место, будет любоваться, гостям показывать. Конечно, это не череп Рокфеллера, а всего-навсего яйцо. Но не пропадать же вещи, в самом деле!

P.S. За время нашего отсутствия господин Джон Камбова был снят с занимаемой должности. Как говорят, за растрату.

НИКОЛАЙ БАЛАНДИНСКИЙ. 2002 г.



 Юар. Письма от друга


Рецепты

Гриле в фольге по малазийскому рецепту

Рыбам вспарывается брюхо, внутренности собакам, а вместо них специи, соль и лук.
Потом рыба заворачивается в фольгу и кладётся на решётку мангала.